Русский Английский Немецкий Итальянский Финский Испанский Французский Польский Японский Китайский (упрощенный)

Партнеры журнала:

В центре внимания

Партнеров успокаивают отсрочками

«Вывозить нельзя перерабатывать»… Расставить знаки препинания в этой фразе не могут даже государственные мужи! Введение заградительных таможенных пошлин на вывоз круглого леса по итогам российско-финляндского саммита снова отложено, скорее всего, до 2011 года. Но вряд ли стоит сразу после этого решения ожидать притока иностранных инвестиций в российский ЛПК. Для создания благоприятного инвестиционного климата могут потребоваться прямо противоположные меры — снижение пошлин. Надолго.

Новость по теме:

4 июля 2015
Россия может прекратить экспорт леса в Финляндию
Евгений Шварц, директор по природоохран-ной политике WWf России
Евгений Шварц, директор по
природоохран-ной политике WWf
России

В начале 2009 года таможенные пошлины на вывоз круглого леса должны были стать заградительными. Стоимость вывоза 50 евро за кубометр делала экспорт кругляка совершенно невыгодным. Замыслы правительства были просты: в закрытую для экспорта леса Россию должны были вкладывать средства как отечественные предприятия, так и западные инвесторы, создавая мощности для глубокой переработки древесины.

Нестабильность спугнула инвесторов

Уже стало очевидным, что ожидания не оправдались. Средств на модернизацию производств у российских компаний нет — есть только долги по взятым в докризисный период кредитам. Так, по материалам доклада главы Сбербанка Германа Грефа, сделанном в Высшей школе экономики, платежеспособность компаний лесного сектора по займам сегодня не превышает 50%.

Затянувшийся мировой финансовый кризис и постепенное повышение российских пошлин (начиная с 2006 года) сказались на объемах спроса Финляндии и Китая — основных стран­импортеров. Совокупная доля этих стран в российском экспорте — около 40%. Ожидая очередного повышения пошлин, партнеры не только не захотели вкладывать деньги в совместные предприятия, но и продемонстрировали готовность перейти на собственное сырье и более дешевую древесину из стран Латинской Америки.

Повсеместное падение темпов строительства и мебельного производства и, следовательно, низкий спрос на продукцию ЛПК как в России, так и за рубежом тоже внесли свою лепту в снижение объемов вывоза круглого леса.

В итоге в 2009 году объемы российского экспорта серьезно упали. По данным Федеральной таможенной службы, за январь — июнь 2009 года вывоз необработанных лесоматериалов из РФ сократился в два раза — с 20,3 до 10,6 млн т. В денежном выражении это сокращение оказалось даже более ощутимым — с $1,945 млрд до $915 млн.

В результате в несколько раз сократились поставки российского круглого леса основным импортерам. Так, по данным Лесной академии Китая, если в 2007 году доля российского леса в импорте Китая составляла 16,5%, то к 2008-му она сократилась до 5,4% и в 2009¬м вряд ли увеличится. Сказалось на объемах ввоза ещё и то, что в Китае часть перерабатывающих мощностей, ориентированных на российское сырье, была закрыта в июне 2009 го. Россия стала постепенно терять позиции на рынке экспорта.

«Политика тарифно­таможенного регулирования только усилила дестабилизацию в области отечественного лесопользования, а в некоторых случаях привела к разрыву договорных отношений между поставщиками и потребителями. Места отечественных лесоэкспортеров все активнее занимают зарубежные предприниматели», — отмечает профессор Санкт-Петербургской государственной лесотехнической академии, заведующий кафедрой экономики и управления лесопользования Владимир Петров.

Финны ищут замену березе

Сари Карвинен, сотрудница Научно-исследовательского института леса Финляндии
Сари Карвинен, сотрудница Научно-исследовательского
института леса Финляндии

По всему выходит, что российский ЛПК, пытаясь стать конкурентоспособным, сам вырастил себе конкурентов, таких как Индонезия, Чили, Бразилия, ЮАР. И бывшие деловые партнеры российских лесопромышленников могут сделать выбор в пользу перечисленных «южан». Например, финские деревообрабатывающие производства при необходимости вполне способны вырабатывать целлюлозу из собственных хвойных пород или из дешевого эвкалипта, поставляемого из южных стран. К слову, если в России оборот рубки березы составляет 35−40 лет, а сосны — 100−120 лет, то оборот рубки древесины в Бразилии — всего 7 лет, в ЮАР — 8−10 лет, а в Чили — 25 лет.

В этих условиях мораторий на введение заградительных пошлин до 2011 года выглядит вполне логичным. И уж никак не является уступкой для поддержания финского ЛПК, который якобы не сможет функционировать без наших поставок лиственного леса.

«В конце 2008 года экспорт российской древесины в Финляндию начал снижаться и значительно сократился — с 12 млн м3 до примерно 5 млн м3 в 2009¬м. На объемы потребления финскими предприятиями сырья повлиял и кризис: объемы производства, а следовательно и спрос, сократились, — говорит Сари Карвинен, сотрудница Научно­исследовательского института леса Финляндии. — Финские предприятия, ожидая запретительных пошлин, стали перестраивать свое производство таким образом, чтобы не зависеть от российских поставок. Лесных ресурсов страны для этого вполне достаточно. Дефицитным для Финляндии является только лиственный баланс — его трудно заготовить в стране в достаточном объеме. Правда, если эти сортименты невозможно будет импортировать из России, часть наших производств перейдет на хвойный баланс или эвкалипты».

Лес обменяли на газ

Владимир Петров
Профессор СПбГЛТА, заведующий кафедрой экономики
и управления лесопользования Владимир Петров

Внутренний спрос сегодня не готов поглотить все объемы заготовленной древесины. Несмотря на общее падение объемов заготовок (с 2007 по 2009 год он снизился с 206 до 109 млн м3), часть невостребованной древесины попросту гниет, теряя потребительские свойства. По оценкам профессора Владимира Петрова, в одной только Ленинградской области сегодня пропадает порядка 400 тыс. м3 заготовленного леса, а в соседней Вологодской, по всей видимости, ещё больше.

«Анализ данных за 2004−2009 годы ещё раз доказал, что экономическое положение лесозаготовителей Ленинградской области имеет устойчивую тенденцию к ухудшению. Освоение лесов становится с каждым годом все более капиталоемким. Цены на энергоносители растут, опережая цены на круглый лес, — добавляет Владимир Петров. — Рентабельность лесозаготовки в 2009 году стала отрицательной. Сегодня практически все предприятия вынуждены реализовывать древесину по ценам на 10−30% ниже себестоимости. В сложившихся экономических и правовых условиях выгодно покупать круглый лес, но не заготавливать его». Эксперт также считает, что скоро Россия выйдет на «рекордный» показатель лесозаготовки, который можно сравнить лишь с довоенным.

Таблица 1. Структура российского экспорта лесоматериалов в
Финляндию

Таблица 1. Структура российского экспорта лесоматериалов в Финляндию

Ленинградская область занимает ведущие позиции по лесозаготовке в СЗФО, и состояние дел в её ЛПК является показательным, а потому можно смело предположить, что и в остальных регионах страны ситуация подобная.

В этих условиях двухлетний мораторий на заградительные пошлины можно назвать небольшой передышкой, но отнюдь не панацеей. Предприниматели лоббируют долгосрочное и стабильное снижение таможенных пошлин. На государственном уровне экспортные пошлины уже давно стали скорее политическим, чем экономическим инструментом. Совсем недавно это подтвердил своеобразный «обмен» уступок в сфере таможенного регулирования на одобрение Финляндией и Швецией строительства газовой магистрали «Северный поток». Таким, не совсем дипломатичным, способом, жонглируя размерами пошлин, Россия получила новый козырь в газовом конфликте с Украиной.

Заграница нам поверит?

Таблица 2. Экономические показатели лесопользования в
Ленинградской области за 2008–2009 годы (условия заготовки
древесины)

Таблица 2. Экономические показатели лесопользования в Ленинградской области за 2008–2009 годы (условия заготовки древесины)

Таблица 3. Экономические показатели лесопользования в
Ленинградской области за 2008–2009 годы (себестоимость 1 м3
древесины)

Таблица 3. Экономические показатели лесопользования в Ленинградской области за 2008–2009 годы (себестоимость 1 кв м древесины)

Последствия подобных политических и экономических решений неоднозначны. Сейчас довольно сложно предугадать, удалось ли российскому лесному сектору снискать расположение инвесторов за счет временных послаблений.

«Льготы всегда приносят более быстрые и действенные результаты, чем принудительные меры. В России и Финляндии у лесной сектора сегодня одинаковые и достаточно серьезные проблемы, в том числе и низкая рентабельность. Очевидно, что государство должно стимулировать, а не тормозить развитие ЛПК. Перенос введения заградительных пошлин в России вряд ли поможет. Финские инвесторы изменят свои планы только в том случае, если они будут уверены, что пошлины и дальше останутся низкими, а лесные ресурсы будут стабильно доступными», — считает Сари Карвинен из НИИ леса Финляндии.

С финскими коллегами согласны и в Петербургской лесотехнической академии. «Несмотря на отсрочку введения заградительных экспортных таможенных пошлин, рынок лесопродукции по-прежнему испытывает риски принятия непредсказуемых решений государственной политики в области лесопользования. Все это сокращает возможности заключения долгосрочных договоров поставки российского леса, — говорит Владимир Петров. — Единственный выход в данной ситуации — отложить введение пошлин минимум на пять лет».

Сегодняшнее положение ЛПК таково, что к отказу от экспорта этот сектор не будет готов ни через два года, ни пятью годами позже. На большинстве российских предприятий средний возраст машин и оборудования достигает 25 лет, износ большей части из них по отрасли составляет более 60%. Наиболее значительный износ на базовых лесозаготовительных предприятиях (62%) и, что особенно печально, в целлюлозно­бумажной промышленности (более 80%). В целлюлозно­бумажной промышленности только чуть более 5% основного технологического оборудования соответствует мировому уровню, более 50% требует модернизации, 45% — полной замены. Фактические сроки эксплуатации основного технологического оборудования превышают нормативные в среднем на 80%. Строительство многих новых перерабатывающих комплексов отложено до 2012−2013 годов. На замену и модернизацию оборудования потребуется не год и не два.

Правда, подобные «плавающие» сроки ввода заградительных пошлин также не стимулируют предпринимателей. Если бы дата ввода была заранее известна, это подтолкнуло бы компании к скорейшему пересмотру стратегий, принятию антикризисных мер и поиску инвесторов.

А нам не стыдно…

Впрочем, некоторые эксперты в области ЛПК считают, что не так уж и страшен экспорт, как кажется.

«Быть „сырьевым придатком“ в условиях, когда это единственный возможный способ выживания для многих отечественных лесопользователей, не так уж и стыдно. Это доказывают и экономические расчеты, — уверен профессор Петров. — Можно сравнить (теоретически!) доход в 18,5 млрд руб., полученный в 2008 году от вывозных таможенных пошлин, и поступления в бюджетную систему страны от всех налогов, как если бы вся древесина перерабатывалась внутри страны. Получается ничтожная плюсовая разница — около 400 млн руб. Но это, подчеркиваю, теоретически. В реальности мы не готовы переработать внутри страны всю экспортную древесину. Для создания производственных перерабатывающих мощностей в России нужно время и благоприятный инвестиционный климат. Последнее условие сильно зависит от органов законодательной и исполнительной власти. Нужно прекратить истерику по поводу вывоза круглого леса и повышения арендной платы. В современных условиях необходимо опираться на экономические расчеты и политические выгоды, прежде всего в отношении отечественного товаропроизводителя».

Но мы говорим о разнице поступлений в бюджет. Модернизация производства в ЛПК — это не только доходы государства, но и новые рабочие места, условия для восстановления экономики целых регионов.

Очевидно одно: вне зависимости от того, когда и по какой причине будут приняты заградительные пошлины, для нормального развития российского ЛПК не хватает многого. И прозрачности политических и экономических решений для производителей и партнеров, и преемственности законодательства в лесном секторе, и учета интересов всех экономических субъектов.

Оксана КУРОЧКИНА