Партнеры журнала:

Лесное хозяйство

Темный лес

Как решить проблему нехватки древесного сырья

Хотя Россия обладает примерно 20% площади мировых лесов и четвертью мировых запасов древесины, основная проблема ЛПК страны заключается в нехватке древесного сырья для действующих предприятий и планируемых инвестиционных проектов.

К этому положению привела экстенсивная модель, использовавшаяся еще с советских времен, в соответствии с которой лес рубили и шли дальше, оставляя освоенные территории и не проводя работы по восстановлению насаждений. Саженцы если и сажали, то за посадками не ухаживали. В результате вместо елей и сосен вторичные леса формировались самосевом осины и березы, невостребованными лесной промышленностью. Яркий пример – леса Архангельской области. Там в 1980-е годы, не обеспечивая эффективность лесовосстановления, вырубили все наиболее экономически привлекательные и доступные леса. В результате из действовавших когда-то в Архангельске 29 лесозаводов, занимавшихся лесопилением хвойной древесины, осталось только пять. И они полностью зависимы от древесины, выращенной природой, а не человеком.

По оценке экспертов, включенной в проект «Стратегии развития лесного комплекса РФ до 2030 года», которая подготовлена под кураторством Минпромторга, объем расчетной лесосеки в целом по стране завышен примерно в два раза по сравнению с реально возможной. Это означает, что в ближайшее десятилетие может быть уничтожено больше леса, чем мы можем восстановить. Попытки увеличения расчетной лесосеки на арендованных лесных территориях начались под угрозой штрафов и расторжения договоров аренды со стороны бизнеса. В результате страдает биоразнообразие, а лесопромышленники рискуют потерять сертификаты добровольной лесной сертификации по схеме Лесного попечительского совета (FSC).

В России по этой схеме сертифицировано более 46 млн га, то есть около 28% всех лесов, переданных в аренду для заготовки древесины. Сертификат FSC – это пропуск на наиболее экономически важные и экологически чувствительные рынки экспортной продукции, особенно – продукции с высокой долей добавленной стоимости. В результате для российских производителей повышаются риски закрытия наиболее привлекательных зарубежных рынков.

У лесоуправления на арендованных и неарендованных лесных землях есть свои особенности и планироваться оно должно по-разному. На арендованных землях задача арендатора – повышение эффективности его бизнеса, задача органов управления лесами – контроль соблюдения арендатором экологических и противопожарных требований и финансовой дисциплины.

Неарендованные же территории нужно разделить на две категории. Первая – это малонарушенные лесные территории, без дорог и поселений, где леса тысячелетиями растут без участия Рослесхоза. Последние дикие, первозданные чащи нужно оставить в покое и не осваивать – в них идут природные процессы, обеспечивающие их сохранение много лучше, чем любые чиновники. Лесопользование должно выполняться в уже освоенных лесах.

Вторая категория неарендованных территорий – лесные массивы вблизи дорог и поселений. Управление ими должно строиться из соображений повышения устойчивости насаждений к пожарам, а также поддержания рекреационной и экологической ценности, что поможет создать благоприятную среду для проживания людей. На территориях массивов этой категории нет необходимости сажать востребованные в лесной промышленности хвойные монокультуры – это выращивание пороха для новых лесных пожаров образца 2010 года.

И на арендованных, и на неарендованных землях первого типа также необходимо увеличить численность лесных инспекторов. Есть необходимость улучшить их материально-техническое оснащение, в том числе за счет цифровизации лесоуправления (включающей, например, контроль территории благодаря снимкам со спутников, использование электронных баз данных). Эти меры позволят повысить контроль сохранности ресурсов со стороны государства и могут быть важнее и приоритетнее, чем инвестиции в лесовосстановление.

Евгений Шварц
д-р географ. наук,
директор по природоохранной политике WWF России