Партнеры журнала:

Мнение

Выявить и наказать «черного лесоруба»

Настоящим бичом лесов России стала нелегальная заготовка древесины. Такое ли новое это явление для страны и где корень проблемы?

Проблеме незаконной порубки деревьев не одно столетие. И только сейчас, в век современных технологий, появились методики, которые помогают правоохранителям брать браконьеров за руку.

Порубка древесины никогда не считалась чем-то зазорным. Лес рубили всегда, хотя в современных реалиях она квалифицировалась бы как незаконная лесозаготовка. Помните, у Некрасова:

«Откуда дровишки?
– Из лесу, вестимо;
Отец, слышишь, рубит, а я отвожу.
(В лесу раздавался топор дровосека)…»

У живущих рядом с лесом заповедь «не укради» по отношению к хозяйскому добру не работала. Люди не воспринимали порубку нескольких деревьев в господском лесу на дрова или для строительства жилья как преступление. По понятиям крестьян, воровство у помещика грехом не считалось. Жители деревень утверждали, что лес «это не людское, а божье». На их взгляд, и вода, земля, дикие звери, птицы и рыбы созданы богом для всех людей на потребу и в равном количестве. Вот и лес никто не растил, он сам вырос. Им может пользоваться каждый, и это нашло отражение в народном фольклоре: «Вырос лес, так выросло и топорище».

Крестьянская логика в данном случае проста и понятна: не может быть собственностью то, к чему не приложен труд. Сегодня такое отношение к лесу неприемлемо, ведь он, кроме сырьевого, имеет средообразующее значение и является жизнеобеспечивающим для подавляющего количества сельских жителей России. Лес хоть и возобновляемый, но все же исчерпываемый ресурс, для восстановления которого нужен определенный, и немалый, срок.

Однако это не значит, что лес рубить нельзя. Ни один работник лесного хозяйства такого не скажет. В некоторых случаях это просто необходимо для нормального функционирования лесных экосистем. По существу, рубку можно сравнить с операцией, которую проводит хирург: отсекает пораженный участок в нужном месте. Такого нельзя сказать о браконьерской добыче древесины, которая проводится без соблюдения необходимых параметров и в дальнейшем чаще всего приводит к деградации здорового насаждения.

Отношение к лесу, как к общему ресурсу для всех и каждого, которым можно пользоваться даром для поддержания своего благосостояния, а зачастую и ради наживы, привело к появлению людей, прозванных в народе черными лесорубами. По сути, это те же браконьеры. Такой человек считает, если его за руку не поймали, значит, пронесло, ведь не пойман, не вор. При этом «черные лесорубы» прекрасно знают, что нарушают закон, но пользуются тем, что сегодня трудно доказать виновность в таком преступлении.

Трудно, но все же можно. Для практики лесного хозяйства, без сомнения, интересно, какими инструментами владеет криминалистика для сбора доказательств по преступлениям, связанным с лесом. Для привлечения к ответственности «черных лесорубов» разработан механизм различных научных экспертиз. И многие, благодаря кино и СМИ, хорошо известны. Это генетическая экспертиза – по ДНК, дактилоскопическая – по отпечаткам пальцев, трассологическая – по следам, оставленным преступниками и орудием преступления. Есть также в арсенале специалистов почвоведческие и ботанические экспертизы. Весь этот набор может быть использован для сбора доказательной базы при борьбе с лесными преступлениями.

Дендрохронологическая экспертиза занимает особое место. Будучи разновидностью ботанической экспертизы, она предлагает более широкие возможности, чем классическое определение родовой и видовой принадлежности растений. Особый статус она получила из-за высокой информативности и широкого спектра решаемых проблем. Эта экспертиза имеет серьезное научное обоснование, поскольку, по сути, является частным случаем дендрохронологического метода исследования. То есть любой специалист, обладающий знаниями и занимающийся дендрохронологией, может ее провести.

Дендрохронологические методы давно применяются в судебной практике. Известный пример такого рода экспертизы – дело о киднеппинге в штате Нью-Джерси, когда в качестве существенного доказательства служила самодельная деревянная лестница. Благодаря дендрохронологической экспертизе удалось доказать, что отдельные фрагменты древесины прежде были в составе единого целого.

Другим примером использования этого метода в борьбе с незаконными рубками является опыт WWF в Чили. Там без методов дендрохронологии установить легальность происхождения древесины оказалось невозможно. Были разработаны методики определения года, сезона гибели дерева и его состояния на момент рубки. Апробация методик показала, что они являются быстрым и четким экспертным инструментом.

В странах Европы накоплен опыт использования дендрохронологии для идентификации подлинности произведений искусства, имеющих деревянные части.

В России наиболее актуальным вариантом использования метода является контроль за легальностью оборота круглых лесоматериалов. В качестве одного из первых примеров использования дендрохронологической информации в интересах лесного хозяйства можно привести расследование Михаилом Розановым дел о самовольной порубке леса с начала 60-х годов ХХ века. Метод доказал свою эффективность.

В настоящее время благодаря целому ряду базовых научных и методических трудов и усовершенствованию оборудования дендрохронологическая экспертиза претерпела качественные изменения. Сегодня с ее помощью с высокой надежностью можно установить дату рубки или гибели дерева, установить связь ствола дерева или пиломатериала с пнем, обнаруженным на месте рубки, установить и доказать принадлежность отдельных фрагментов древесины одному дереву, сделать заключение о состоянии дерева на момент рубки.

Метод основан на ряде общеизвестных биологических принципов, основанных на связи изменений величины годовых колец с почвенно-климатическими условиями. У деревьев одной породы, произрастающих недалеко друг от друга, изменения размера годичных колец совпадают.

В России дендрохронологический метод уже широко используется при расследовании незаконных рубок. Рабочие группы экспертов созданы в экспертно-криминалистических центрах УМВД по Вологодской и Иркутской областям, Алтайскому краю и других экспертно-криминалистических центрах. А ученые и рабочие коллективы, проводящие дендрологическую экспертизу, работают во многих регионах страны. Благодаря их деятельности в бюджеты всех уровней поступили миллионы рублей, изъятых у «черных лесорубов».

Методики, применяемые в лесном хозяйстве, постоянно совершенствуются и множатся. В последнее время повысился спрос на лесоводственную и лесотаксационную экспертизы. Первая заключается в исследовании лесных участков для проверки соблюдения заявленных в технологических картах параметров рубок. Речь идет как об уходе за лесом, так и о мероприятиях, связанных с заготовкой спелой и перестойной древесины. Применяют лесоводственую экспертизу и когда возникает необходимость проверки соблюдения санитарных правил и противопожарного обустройства лесов. Лесотаксационная экспертиза используется для определения объема ущерба вследствие нарушений при пользовании лесом и его расчета в денежном выражении.

При проведении экспертных действий в рабочую группу всегда входят представители следствия, понятые и представители органов исполнительной власти. Если исследования проводятся на лесном участке, а не в лаборатории, в группу включаются эксперты. При этом в их роли могут выступать как специально обученные представители правоохранительных органов, так и специалисты, имеющие ученую степень и звание или высокий общественный статус в отрасли.

Как показывает практика, проведение экспертизы в помощь следствию всегда трудоемкий процесс. Научные и следственные методики зачастую разнятся. Например, научные предполагают не сплошное изъятие материалов для исследования, а выборочное; а методики следственных органов, наоборот, предписывают изъятие всех следов преступления. Кроме того, время проведения экспертизы ограничено сроками проведения следственных мероприятий, регламентируемых Уголовно-процессуальным кодексом РФ.

К примеру, при расчете ущерба, причиненного лесным насаждениям в результате незаконной рубки всего лишь на 20 га, были привлечены все сотрудники Вологодской региональной лаборатории и кафедры лесного хозяйства Вологодской ГМХА – всего 10 человек. К каждому были прикреплены сотрудник полиции и понятой, то есть на лесном участке находились 30 человек.

Конечно, лесные криминалистические экспертизы находятся только встали на путь становления, но подвижки в сторону усиления доказательной базы уже есть. При этом уже сегодня необходимо упрощать бюрократические процедуры при расследовании, больше доверять специалистам, особенно из ученого сообщества, и чаще привлекать их в качестве экспертов к расследованию лесных правонарушений. Ведь ученые могут провести комплексную оценку ситуации с учетом тонких, известных только узким специалистам нюансов экологии леса. Все это позволит выявить и наказать «черного лесоруба». 

Владимир Вернодубенко, канд. с.-х. наук, доцент,
Вологодская государственная молочнохозяйственная академия им. Н. В. Верещагина

Фото на превью pixabay.ru