Партнеры журнала:

Лесное хозяйство

Dendriscosticta под защитой

В России появился новый национальный парк, где скрываются краснокнижные и ранее не известные науке виды

7 декабря правительство России подписало постановление о создании в Республике Коми национального парка «Койгородский». Парк занимает 56,7 тыс. га, и на бóльшей его части люди фактически никогда не были – территория это удалена от дорог, рядом нет больших рек, на берегах которых обычно возникали села и города.

Слева: снимок спутника Landsаt-5 от 30 июня 1999 года, справа: снимок спутника Sentinel 2А от 22 июля 2019 года
Слева: снимок спутника Landsаt-5 от 30 июня 1999 года, справа: снимок спутника Sentinel 2А от 22 июля 2019 года

Сюда не заходят охотники – добираться долго и сложно. Так что здешний лес гибнет только от старости, ветровалов и грозовых пожаров, но последние в нем, к счастью, давно не случались.

По словам директора фонда содействия устойчивому развитию «Серебряная тайга» Юрия Паутова, о том, что этот лесной массив, занимающий часть территории двух южных районов Коми – Прилузского и Койгородского, нужно сделать охраняемым, заговорили еще в конце 1990-х. Девственным лесом заинтересовались Гринпис, WWF, Международный союз охраны природы (МСОП), Центр охраны дикой природы. Оказалось, что это последняя крупная малонарушенная лесная территория в европейской части России да и в Европе, на ней сохранились все элементы нетронутой южной тайги, не испытавшей вмешательства человека.

Но процедура присвоения этой территории охранного статуса сильно затянулась, тем временем своим чередом шло освоение южных лесов Коми. В начале 2000-х часть уникальной территории, относящейся к Прилузскому лесхозу, вывели из лесопользования, оформили как особо защитный участок леса, но основная площадь, находящаяся в ведении Койгородского леспромхоза, оставалась в аренде. Понятно было, что рано или поздно сюда придут лесозаготовители.

Лесозаготовители пришли – территория оказалась в аренде у ОАО «Монди Бизнес Пейпа Сыктывкарский ЛПК», которое сейчас известно как АО «Монди СЛПК», крупнейшее лесоперерабатывающее предприятие в регионе. Но промышленники прислушались к мнению ученых и решили не трогать уникальный лес. К тому же при сертификации Койгородского леспромхоза было признано, что по системе FSC этот таежный массив должен относиться к лесам высокой природоохранной ценности. По воспоминаниям Юрия Паутова, возникла сложная ситуация: предприятие готово было отказаться от аренды, но кто мог гарантировать, что эти участки не попадут к менее совестливым лесопромышленникам, которым сертификат FSC не нужен? После долгих переговоров такую гарантию дал Комитет лесов Республики Коми, было решено, что территорию «забронируют» для получения природоохранного статуса.

По мнению директора регионального центра по ООПТ Александра Ермакова, именно так и должны решаться вопросы сохранения уникальных природных территорий, а не в долгих раздорах «зеленых», власти и лесопромышленников.

Реликтовый лишайник Dendriscosticta wrightii на стволе рябины
Реликтовый лишайник Dendriscosticta wrightii на стволе рябины

Похоже, за то, что создание парка не отложили еще на два-три года, нужно благодарить нацпроект «Экология». «В рамках этого нацпроекта по всей стране до 2024 года должны появиться 20 национальных парков и заповедников федерального значения, – пояснил министр природных ресурсов и охраны окружающей среды Республики Коми Роман Полшведкин. – И наш "Койгородский" в их числе. Сейчас нужно провести все процедуры, связанные с созданием парка, формированием его границ, расчетом бюджетов, управлением, переводом земель из лесного фонда. В Минприроды России, департаменте охраняемых территорий обещали все эти процедуры ускорить и до конца 2020 года полноценно запустить парк».

Офис нацпарка, расположенного на территории двух муниципалитетов, скорее всего, будет в Койгородке. В штат войдут 45 человек, по предварительным расчетам содержание «Койгородского» будет обходиться федеральному бюджету в 28–30 млн руб. в год.

«Койгородский» – третья федеральная охраняемая природная территория в Коми, помимо Печоро-Илычского заповедника и национального парка «Югыд ва». На юге «Койгородский» граничит с участком «Тулашор» заповедника «Нургуш», относящегося к Кировской области. Как рассказал Роман Полшведкин, «Нургуш», вероятно, войдет в состав нацпарка. «Стоит объединить эти территории, чтобы обеспечить их должную охрану, потому что для административного центра Кировской области, для основной администрации заповедника "Нургуш" "Тулашор" – территория удаленная, со стороны Коми более доступная, – пояснил министр. – Предварительно мы прорабатывали вариант включения этого кластера в нацпарк. Но в 2017 году, когда этот вопрос обсуждали на уровне Минприроды России, стало понятно, что по процедурам гораздо проще сначала создать у нас нацпарк, а потом организовывать объединение территорий. Руководство Кировской области, минприроды региона эту идею поддерживает. При объединении это будет трансграничная территория с центром управления в нашей республике».

На спутниковых снимках видно, что территория нацпарка отличается от соседних участков. В центре «Койгородского» пятно темно-зеленого, почти черного цвета – это и есть вековой пихтовый и еловый лес, абсолютно нетронутый. Высота елей там достигает 28 м – солидный размер для северных, медленно растущих деревьев. Более светлые участки – следы большого ветровала 1986 года; тогда место упавших хвойных заняли березы и осины, но они уже старятся и их вот-вот окончательно вытеснят подрастающие ели и пихты. Совсем небольшой лиловый участок – место, где сильный ветер повалил лес в 2007 году, там лиственные еще толком не распространились, зато царствует иван-чай, быстро появляющийся на месте буреломов и гарей. А примыкающие к нацпарку участки, где рубки были совсем недавно или 20–30 лет назад, похожи на лоскутное одеяло из светло-зеленых и лиловых прямоугольников.

По словам Юрия Паутова, в «Койгородском» сохранилось много краснокнижных представителей флоры и фауны, которые на соседних территориях уже исчезли либо вот-вот исчезнут. Об этом же говорят и ученые из Института биологии Коми НЦ УрО РАН. «Массив не подвергался воздействию человека. Часть территории нарушена ветровалами, пожарами, там сформировались в основном насаждения осины возрастом до 150 лет. Под пологом осин хорошие условия для возобновления ели и пихты. В первом ярусе уже есть примесь хвойных деревьев, во втором-третьем они преобладают. А большой объем мертвой древесины служит основой для жизни лишайников, дереворазрушающих грибов, насекомых, некоторых видов птиц. Территория пока обследована не полностью, ждем новых находок – редких и впервые отмеченных на наших территориях видов», – говорит врио директора института Светлана Дегтева, по мнению которой создание нацпарка позволяет закрыть вопрос с крупными пробелами в сохранении биоразнообразия.

Старший научный сотрудник отдела флоры и растительности Севера института Татьяна Пыстина в нацпарке бывала трижды, но, из-за гигантской площади и плохой доступности, только на краевых участках. «Но даже там мы были поражены обилием редких видов. Это сравнимо с Печоро-Илычским заповедником. По предварительным подсчетам, 98 видов из Красной книги республики Коми там встречаются, из них девять видов из Красной книги РФ. Очень много лобарии легочной, или пульмонарии. Много реликтовых видов лишайников», – рассказала Татьяна Пыстина.

Летом 2017 года в нетронутом лесу побывали ученые из Бельгии, искали лишайники, которые в Европе уже исчезли, отбирали образцы для исследования. Выяснилось, что на юге Коми растет ранее неизвестный науке вид из рода лишайников Dendriscosticta, об этом сейчас готовится научная публикация.

Ведущий инженер отдела экологии Института биологии Коми Андрей Королев рассказал, что, скорее всего, в нацпарке обнаружится довольно малочисленный уже для Европейского севера вид – дикий северный олень. Его следы видели по соседству, в «Тулашоре». Поскольку в нацпарке много больших, старых деревьев, там много крупных хищных птиц, которые обитают только в старовозрастных лесах, в других им не найти дупла по размеру. Это, например, бородатая и длинно­хвостая неясыти.

«В пойменных угодьях много бобров. Теоретически там может быть много белок-летяг, эти условия для них подходят идеально. Но сколько ни искали, не могли найти следов. Очень скрытный вид, у его ночной образ жизни, я вообще никогда эту белку живьем не видел», – сказал Андрей Королев, выразив надежду, что в «Койгородском» обнаружится и исчезающая европейская норка, которую с других территорий вытеснила американская «сестра». Во времена СССР американскую норку выращивали в зверосовхозах, часто бывало, что зверьки сбегали, селились в российских лесах.

Юрий Паутов назвал «роддомом для лосей» наиболее труднодоступную часть парка. Там для их размножения самые комфортные условия – под перестойными ельниками снега не так много, так что от волков уходить проще, к тому же достаточно еды: пихтового подроста, осины, можжевельника. И охотники туда не ездят – по бурелому и густому лесу на снегоходе не проехать, а пешком или на лыжах сорок километров от ближайшего населенного пункта – тяжело.

Приграничные территории нацпарка, которые относительно близки к дорогам и не такие ценные для науки, от людей закрывать не собираются, по данным Романа Полшведкина, там будет разрешен сбор грибов и ягод, даже лицензированная охота. Есть планы организации туристических экотроп.

Текст Анна Потехина,
Фото:
Фонд «Серебряная тайга»
Татьяна Пыстина
A. Simon T. Dethier
ib.komisc.ru