Партнеры журнала:

Тема страницы

Покупают! Потому что это – «ТАМАК»

Анатолий Ольховский

Генеральный директор ЗАО «ТАМАК» Анатолий Ольховский рассказал о достижениях завода и планах по развитию в ближайшем будущем, а также о том, какие сложности приходится преодолевать, для того чтобы оставаться в числе ведущих компаний в отрасли.

- Анатолий Михайлович, нет ли у руководства «ТАМАКа» желания обзавестись собственными лесными участками, чтобы сократить долю покупного сырья?

- У нас был лесозаготовительный комбинат в Архангельской области. Планировали не только заготавливать там лес, но и на месте распиливать его, а сюда поставлять готовую сырьевую доску. Однако не получилось, и совсем недавно мы подписали договор о продаже комбината.

Одной из причин стало то, что с каждым годом сырьевая база истощается, а плечо вывозки растет. Если десять лет назад можно было заготавливать лес в радиусе 30-40 км от комбината, то сейчас этот радиус увеличился до 200-300 км, что означает дополнительные издержки на транспортировку. В общем, пока мы решили закрыть вопрос о собственных лесозаготовках.

Сейчас большую часть леса мы привозим из Сибири. У нас, в Центральном федеральном округе, тоже растет сосна, которую можно использовать для производства продукции, но, разумеется, по характеристикам она значительно уступает сибирской.

- Какие дома пользуются большим спросом - из бруса или каркасно­-панельные?

- Если сравнивать объемы продаж в квадратных метрах, то за последние годы большим спросом пользовались дома из клееного бруса. Все-таки в последнее время появилось очень много предприятий, которые занимаются каркасно-панельным домостроением по разным технологиям.

Однако в этом году ситуация начала меняться. Спрос на каркасно-панельные дома стал расти. Так что делаем ставку на «каркас» и рассчитываем, что результаты этого года будут существенно отличаться от прошлого.

У нас в Тамбове на площадках, выделенных городом для реализации программы «Доступное жилье...», только каркасно-панельные дома. Брусовый дом мы там поставили всего один - в качестве образца. Хорошо понимаем, что для государственных программ такой вариант не годится по цене.

- В каких еще программах вы участвуете?

- Уже второй год подряд наше предприятие участвует в программе переселения из аварийного жилфонда. Так, в прошлом году построили два 24-квартирных дома и несколько одно- и двухквартирных коттеджей. Кроме того, недавно стали строить жилье для сирот - это тоже федеральная программа.

- К 2016 году «ТАМАК» планирует увеличить объем производства в полтора раза. За счет чего?

- Если говорить о каркасно-панельном домостроении, то мы планируем сделать акцент на повышении степени заводской готовности домов.

Для этого мы на 80% увеличим производство длинноразмерных панелей (среднеразмерные панели при возведении стены объекта приходится стыковать друг с другом, а панели размером во всю стену значительно ускорят процесс монтажа дома), что даст нам возможность нарастить объемы и снизить затраты на строительно-монтажные работы. Планируем выпускать сборные крыши, которые будут монтироваться целыми панелями. Кроме того, в заводских цехах будет осуществляться максимум операций: отделка, прокладка систем инженерного обеспечения, установка некоторых столярных изделий. В инвестиционный план этого года заложена покупка пятикоординатного станка Hundegger (Германия), что позволит наладить производство лестничных систем и увеличить объемы их поставок в комплектах домов. Это важно, ведь 80% производимых «ТАМАКом» домов - двухэтажные или мансардные.

Планируем также поднять объем производства столярных изделий - окон, плинтусов, наличников и т. д. Кроме того, в последнее время резко увеличился спрос на продукцию по линии «Садовой программы».

Что касается производства клееного бруса, здесь основная проблема связана с дефицитом сырья. Производителям сырья сегодня экспорт выгоднее работы на внутреннем рынке. Дело в том, что у наших поставщиков цены напрямую привязаны к валюте. Растет евро - дорожает пиловочник. Поэтому мы вынуждены искать возможности для снижения затрат.

- Если повысится степень заводской готовности домов, то насколько ускорится их сборка на строительных площадках?

- Если сейчас дом площадью 120 м2 собирают минимум за три дня (я говорю только о монтаже, без отделки и кровли), то в перспективе на его монтаж потребуется только полтора дня. И при этом дом уже будет с отделкой, кровлей, окнами и прочим. Останется только установить внутренние двери, оштукатурить стены и покрасить изнутри, настелить полы, подвести коммуникации. И можно жить.

Но дело не только в сроках. Главное - сокращение затрат на строительной площадке. Ведь в заводских условиях многое можно сделать не вручную, а с применением механизмов, что обеспечивает удешевление работ.

- В чем принципиальное отличие продукции «ТАМАКа» от подобной продукции других производителей?

- В высоком качестве. Это то, что наши австрийские инвесторы ставят на первый план. Мне коллеги нередко говорят: «Анатолий Михайлович, слишком дорого стоит наш клееный брус». Но ведь покупают! Почему? А потому что это - «ТАМАК».

- А брус у вас действительно дорогой?

- Согласно последним маркетинговым исследованиям рынка клееного бруса, мы находимся в тройке лидеров российского рынка по ценам. По объемам производства - в пятерке. Цену держим исключительно за счет качества. У нас нет рекламаций: мол, где-то что-то расклеилось, потрескалось, просело. Известно, что скупой платит дважды. Чтобы не платить дважды, заказчик сразу идет к нам.

- Австрийский стиль ведения бизнеса не вступает в конфликт с русским менталитетом?

- Разве что в мелочах. Например, мы застраивали целую улицу по программе «Доступное жилье...» и задумались, какое бы сделать однотипное ограждение. Тогда австрийский архитектор, который уже 15 лет работает у нас на заводе, предложил поставить заборчик высотой 90 см. Кто-нибудь видел в России такие заборы? Типично европейский подход.

- Насколько актуальна для вас проблема кадров?

- Сложность в том, что предприятие нашего профиля в Тамбовской области единственное, поэтому профильных вузов, которые готовили бы специалистов в сфере деревообработки, в регионе нет. Пробовали направлять молодежь в Воронежскую лесотехническую академию, но столкнулись с тем, что из десяти направленных на учебу, к нам возвращаются только двое.

Тем не менее кадровый вопрос у нас в основном решен. По топ-менеджерам полностью. Что касается среднего звена - мастеров, руководителей цехов и участков, - есть определенные проблемы. Но мы готовим этих специалистов сами, растим из среды рабочих.

- Что, на ваш взгляд, мешает развитию отечественного лесопромышленного комплекса?

- Прежде всего отсутствие стабильности в государственной экономике. Мы ведем работу в соответствии с планом, подробно расписанным на год, на квартал, почти как во времена Советского Союза. Но планы верстаются на основании определенных параметров - в бюджет закладываются определенные цены на энергоносители, материалы, налоги. А потом эти параметры вдруг начинают хаотично меняться. Нам приходится переориентироваться, перекраивать планы и неизбежно что-то терять. Нет четких правил - вот в чем беда.

И я уже говорил о проблемах с сырьем. За последнее время из шести поставщиков, у которых с нами долговременные договоренности, пять переориентировались на экспорт. Почему? Потому что экономическая политика это позволяет. А были бы пошлины, которые заставляют работать на российскую экономику, тогда можно было бы регулировать процесс. Я понимаю, что это не рыночный подход, но почему поставщики отправляют пиловочник в Финляндию и Китай, а российские производители остаются без сырья?

- Ваш завод тоже отчасти работает на экспорт. И даже иногда поставляет дома в Германию, Швейцарию, Францию. Почему ваши дома интересны европейцам? Уж там­то собственное панельное и брусовое домостроение развито очень хорошо.

- Дело в цене. Дом, который изготавливает, например, немецкая фирма Streif по той же технологии, что у нас, раз в пять дороже нашего. Правда, это без транспортной составляющей (с ней - примерно в 2,5 раза). Если совершенно одинаковые дома стоят 100 тыс. евро у нас и 250 тыс. евро у них, то почему бы потребителю не взять наш?

- Востребована ли продукция «ТАМАКа» в Тамбовской области?

- Тенденция к увеличению продаж на территории Тамбовской области есть. Когда я пришел на завод шесть лет назад, «ТАМАК» реализовывал в нашем регионе не больше 8% всего объема выпускаемой продукции. В основном это были ЦСП и мелкая столярка. Остальное уходило за пределы области и страны.

Но со временем вступили в действие программы федерального значения, касающиеся доступного жилья для молодежи, для ветеранов. В рамках реализации этих программ в Тамбовской области завод получил несколько заказов, что дало нам возможность наглядно продемонстрировать, какие каркасно-панельные дома мы умеем делать. А построенные объекты, в которых с удовольствием живут люди, это, как вы понимаете, лучшая реклама.
К нам стали обращаться частные заказчики. На этом и основана стратегия нашего дальнейшего продвижения.

Сейчас на окраине Тамбова достраивается церковь из бруса. Решение было принято нашими акционерами, несмотря на то что сами они исповедуют католицизм, а не православие. В 2011 году мы разработали программу так называемого модульного строительства церквей. В основе этой программы модульный принцип: вначале строится хотя бы небольшая церквушка, а потом, по мере поступления средств для финансирования такого строительства, можно поэтапно увеличивать ее площадь. Но, честно говоря, рынок не отреагировал на это предложение. Тогда председатель совета директоров компании Александр Макулан предложил построить за счет предприятия храм в Тамбове. Его возведение станет подарком для жителей спального района, где до сих пор не было церкви, и, может быть, послужит своеобразной рекламой для развития этого направления. Рассчитываем достроить храм к концу августа, когда в области будут отмечать 100-летие святителя Питирима Тамбовского.

 

Беседовала Евгения ЧАБАК

 

Петер Кеттенбаум: «Мне всегда доставляло удовольствие работать в России»

Петер Кеттенбаум

Наш разговор с коммерческим директором ЗАО «ТАМАК» начался с почти провокационного вопроса:

- Не жалеете ли вы, что связали свою трудовую деятельность с российской провинцией?

- Напротив! Я с российскими компаниями имею дело с 1976 года, и мне это всегда доставляло удовольствие.

Немецкая фирма Streif, на которой я тогда работал, вела немало проектов, связанных с Россией. Один из них - создание в 1980-х годах завода «Тамбовагромонтаж», от планирования до поставки оборудования. Я своими руками готовил его проект - еще на чертежной доске, не на компьютере. А в 1999 году пришел сюда работать уже как сотрудник «ТАМАКа».

Надо сказать, уровень производства тогда здесь был весьма невысокий. Оборудование функционировало далеко не все. Работали только завод ЦСП и небольшая сборочная линия каркасно-панельных домов, расположенная в том же цехе. Да еще маленький участок по изготовлению окон и дверей - довольно примитивный. Не будет большим преувеличением сказать, что нам, по сути, пришлось начинать с нуля. В том числе надо было решить, какую продукцию выпускать на имевшемся оборудовании, чтобы ее можно было продавать в России и отправлять на экспорт.

- С чего же началась производственная программа предприятия?

- Мы начинали с «Садовой программы», которая изначально была ориентирована на европейский рынок. Все, что выпускается в ее рамках сейчас: декоративные элементы, мебель, качели, решетки, - появилось не так давно. Вначале мы изготавливали только деревянный садовый паркет. Но очень высокого качества! Образно говоря, по уровню качества наш паркет среди подобной продукции на рынке был как «Мерседес» среди автомобилей. Сейчас мы его почти не производим, только по спецзаказу, и в очень малых объемах. И, как это ни грустно, он уже не такого высокого класса, как тот, о котором я только что сказал. Оказалось, что в России паркет такого качества не востребован. Здесь люди не считают нужным платить за «деревяшку, которая будет лежать на земле». Зато на примере производства этого паркета мы выстроили философию своего предприятия - научили наших сотрудников ориентироваться на по-настоящему высокий уровень продукции.

Кстати, чтобы получить возможность экспортировать тот же садовый паркет на Запад, нам пришлось его сертифицировать. Это было довольно сложной задачей. Мы даже дооборудовали производство в соответствии с дополнительными требованиями: отопление, влажность воздуха в помещении, организация рабочих мест - все должно быть таким, чтобы приехавший на предприятие немецкий или австрийский специалист признал, что здесь не хуже, чем в Европе. Значение имеет не только качество продукции, но и условия, в которых она производится.

Я принимал все решения о модернизации существовавшего оборудования и закупке нового. По понятным причинам я ориентировался прежде всего на немецкие станки. Во-первых, завод изначально был укомплектован немецкой техникой. Во-вторых, общеизвестно: лучшее деревообрабатывающее оборудование делают в Германии. В Италии тоже производят неплохую технику, поэтому у нас стоит пара итальянских станков.

- Как вы оцениваете положение компании на российском рынке?

- Сейчас «ТАМАК» ориентирован в основном на сбыт внутри страны. Это не столько стратегия, сколько требование жизни. В России просто легче работать: здесь пока невысокая конкуренция, высокие цены и большой объем рынка. Большое значение имеет и транспортная составляющая. Например, наши ЦСП дешевле тех, которые производят в Германии. Но если прибавить к их цене транспортные расходы, они подорожают на 20-30%. В таком экспорте нет смысла. К тому же существует проблема сертификации, о которой я уже упоминал. И с паркетом-то было непросто, а представляете, каково это - сертифицировать дом? Очень долго, дорого и самым неприятным образом сказывается на конечной цене продукта.

С момента создания «ТАМАКа» прошло полтора десятка лет. Я рад констатировать, что предприятие по-прежнему на высоком уровне и продолжает совершенствоваться. Думаю, в ближайшее время завод будет ориентироваться на такую продукцию, которая в ходу на Западе, но еще не распространена в России. Это, например, различные виды материалов для отделки фасадов панельных домов. Мне приятно говорить, что «ТАМАК» играл, играет и будет играть большую роль на российском рынке строительных материалов.

Беседовала Евгения ЧАБАК