Партнеры журнала:

Тема номера: кризис и ЛПК

Кризис перед выздоровлением

Дни лесопромышленного комплекса России в том виде, в котором мы к нему привыкли за последние 10 лет, сочтены. Об этом говорят факты. Банкротятся или близки к банкротству крупнейшие компании. Почему это произошло и что будет с лесной промышленностью в ближайшее время?

Унылая статистика

Посмотрим на статистику лесной отрасли в целом и на динамику объемов производства крупнейших компаний. По данным Росстата, в первом полугодии 2008 года наиболее заметное снижение объемов производства отмечено для лесозаготовок (-8,0%), вывозки древесины (-7,9%), производства пиломатериалов (-3,7%). Вместе с тем увеличилось производство фанеры (+3,8%), ДСП (+9,3%), ДВП (+4,2%). На 5,0% выросло производство целлюлозы по варке, на 3,1% - товарной целлюлозы, картона и картона тарного - на 11,2 и 13,0% соответственно. Незначительным приростом отмечен выпуск бумаги (+0,5%) и бумаги газетной (+0,6%). При этом даже крупнейшие лесопромышленные предприятия заявляют о сокращении производств, многочисленных увольнениях, а некоторые оказались на грани банкротства.

В чем причины таких показателей?

В том, что произошло, есть причины, общие для всего мира и характерные только для России. Общая - финансово-экономический кризис. Деньги выводятся из оборота, люди во всем мире стали покупать меньше товаров, и товары из древесины не исключение. Спрос и цены снизились, поэтому во всем мире лесопромышленные предприятия несут убытки, в том числе и российские предприятия. Им стало сложнее получать кредитные деньги. А сложнее всех стало российским лесозаготовительным компаниям и лесозаводам, потому что вступил в действие и российский фактор: рост пошлин на экспорт круглого леса. Так как Россия является крупнейшим в мире экспортером круглого леса, в нашей стране это наиболее ощутимо. Российские предприятия оказались зажаты с двух сторон: во-первых, упал спрос на их продукцию и закупочные цены, а во-вторых, в связи с введением пошлин расходы выросли в несколько раз. И результаты не заставили себя долго ждать.

Кто пострадал в первую очередь?

Первой объявила о банкротстве крупнейшая компания - экспортер круглого леса из России «Миннеско», которая экспортировала 1 млн м в год. Сегежский ЦБК, основной актив «Инвестлеспрома», заявил о беспрецедентных по размерам увольнениях, которые напоминают скорее полное закрытие производства. Учитывая то обстоятельство, что «Инвестлеспромом» владеет банк, логично предположить, что многие другие активы компании ждет та же участь, что и Сегежский ЦБК.

Прекратил работу и единственный крупный производственный актив Дерипаски в лесной промышленности - Байкальский ЦБК. Если взять в расчет то обстоятельство, что Олег Дерипаска владеет большими правами на заготовку леса, но имеет очень маленькие производственные активы, можно предположить, что «Континенталь Менеджмент» ждет распродажа. К тому же дела у металлургов таковы, что им сейчас совершенно не требуется непрофильный актив. Банкротство аффилированного с «Евразом» «Миннеско» является еще одним подтверждением этому.

Наконец, если мы посмотрим на работу Русской лесной группы, то увидим, что выручка у этого (второго в России по объемам прав на лесозаготовку) лесозаготовителя упала вдвое по сравнению с предыдущим годом, а убыток вырос в шесть раз и составил почти $12 млн. Что, кстати говоря, близко к сумме кредита в $15 млн, выданного этой компании Райффайзенбанком. Очевидно, что компания с таким платежным балансом в условиях кризиса не сможет реализовать свои масштабные планы по инвестициям в лесопереработку. А не перерабатывая 1,5 млн м ежегодно заготавливаемого круглого леса, она не сможет без убытков продать его и выполнить кредитные обязательства. Таким образом, у Русской лесной группы есть только два пути: банкротство и переход компании под управление кредиторов либо нахождение стратегического инвестора (то есть попросту продажа всей компании либо ее контрольного пакета).

И перед такой дилеммой стоят многие российские компании, которые имеют в аренде огромные лесные ресурсы, но не могут их перерабатывать (к примеру, «Континенталь Менеджмент»). Недостаток перерабатывающих мощностей и избыток круглого леса в аренде приводят к тому, что лес на корню и лесозаготовительные предприятия дешевеют. И их будут приобретать те, у кого есть две вещи: доступ к кредитным ресурсам и мощная переработка.

Кто и почему выживет и нарастит прибыль?

Такие компании в России можно пересчитать по пальцам, причем одной руки. Можно сказать, что в наилучшей ситуации находится Группа «Илим», у которой есть мощнейшие перерабатывающие целлюлозно-бумажные комбинаты и доступ к ресурсам в лице стратегического инвестора - компании International Paper. Можно смело сказать, что, несмотря на кризис, International Paper гарантирует Группе «Илим» стабильное существование в связи с тем, что у этой крупнейшей в мире лесопромышленной компании есть не только доступ к банковским кредитам, но и огромные собственные средства в несколько миллиардов долларов, вырученные от продажи лесов и комбинатов в Америке.

Правда, заметим, что падение спроса на целлюлозно-бумажную продукцию в России и на крупнейшем китайском рынке потребления может вызвать корректировку инвестиционных программ Группы «Илим» в сторону уменьшения объема инвестиций. По заявлению руководителя компании Пола Герберта, Россия и Китай являются ключевыми рынками сбыта. Но эта возможная корректировка будет сглажена следующими факторами. Во-первых, многие конкуренты Группы «Илим» (как, например, Байкальский и Сегежский ЦБК) прекратят свою работу, что снизит предложение целлюлозно-бумажной продукции из России и отдаст Группе «Илим» рынки сбыта конкурентов. Во-вторых, Группа «Илим» сможет прекрасно воспользоваться девальвацией рубля, которая позволит компании аккумулировать значительную дополнительную прибыль: она будет закупать лес и нести другие производственные издержки в рублях, а продавать в долларах, евро и иенах.

Правда, отметим, что возможны остановки отдельных малоэффективных производств Группы «Илим» в ходе реструктуризации компании. Это показывает недавний пример с остановкой лиственного производства на Братском ЛПК. То же самое отчасти относится к Mondi, с той разницей, что у компании нет таких значительных собственных средств от продажи активов, как у International Paper.

В деревообработке наилучшие позиции у «Тернейлеса», который благодаря кредитным ресурсам, полученным стратегическим инвестором - компанией Sumitomo, активно инвестирует в переработку своих ресурсов, которые составляют примерно 1 млн м3 круглого леса в год.

Какова судьба инвестиционных проектов?

И «Илим», и Mondi, и «Тернейлес» подали в Министерство промышленности и торговли свои инвестиционные проекты, и по вышеизложенным причинам эти проекты совершенно реальны. Что касается таких проектов, как строительство целлюлозно-бумажного комбината в Красноярском крае и тому подобное, то в настоящее время не имеет смысла говорить о них.

Наибольший интерес вызывает судьба совместного предприятия Группы «Свеза» и UPM-Kymmene в Вологодской области. Масштаб заявленного проекта весьма значителен, и тот факт, что в нынешних условиях он реализуем в полном объеме, вызывает сомнения. При этом ситуация у «Северстали», которая владеет «Свезой», в настоящее время не лучше, чем у UPM, поскольку резко снизился спрос и цены на металл. Но разница в том, что для финской компании «Свеза» является профильным активом, а для «Северстали» - нет. Поэтому представляется возможным вариант продажи «Свезы» компании UPM. Это тем более вероятно в связи с тем, что при падении мирового спроса на фанеру «Свеза» может подешеветь.

Приобретение «Свезы» может сделать UPM мировым монополистом в производстве березовой фанеры и значительно сократить издержки финской компании, которая ввозит из России 20% круглого леса и сильно страдает от повышения экспортных пошлин. Правда, думается, что строительство целлюлозно-бумажного комбината и предприятия по производству OSB будет отложено до лучших времен. Для OSB в России просто нет рынка, и связанное с кризисом снижение объемов строительства на некоторое время, конечно, остановит развитие деревянного домостроения: люди просто будут покупать значительно меньше домов и квартир.

Как заявил министр финансов Кудрин, «цены на жилье будут падать». Поэтому судьба инвестиционных проектов по строительству новых домостроительных комбинатов в ближайшее время представляется более чем призрачной. Как и судьба многих других инвестиционных проектов, которые внесены небольшими предприятиями. Но как же будет выглядеть лесная промышленность России после всех изменений?

После девальвации рубля

Лесная промышленность России воспрянет (как и любой больной после операции). А потом непременно пойдет на поправку. Теперь, когда третий этап введения пошлин отложен, финские компании могут спокойно вздохнуть. Пока что третий этап пошлин отложен на 10 месяцев, однако вероятно, что по причине кризисной ситуации в экономике его потом вполне могут отложить еще раз.

Таким образом, импорт круглого леса из России сохранится и будет продолжать субсидировать деньгами лесозаготовку и всю лесную промышленность в целом, что, на мой взгляд, положительно. Добавлю, что, так как в КНР издержки производства значительно меньше, чем в Финляндии, после девальвации рубля экспорт леса может даже вырасти. Это, впрочем, относится и к экспорту круглого леса в Финляндию.

Таким образом, получается, что в связи с откладыванием третьего этапа введения пошлин и девальвацией валюты изменится структура отрасли в целом. И изменится она следующим образом: лес будет экспортироваться из России в большем количестве, чем сейчас, и на плаву останутся крупнейшие предприятия, в акционерном капитале которых участвует иностранный стратегический инвестор. Некоторые из крупнейших российских лесозаготовительных предприятий, которые несут сейчас большие убытки в связи с повышением пошлин и финансовым кризисом, возможно, поправят свое положение, так как смогут нарастить экспорт круглого леса. Однако отсутствие кредитных ресурсов и невозможность рассчитаться по кредитам за оборудование и пополнить оборотные средства неизбежно приведут большинство к банкротству.

Стратегический инвестор, или Кто же их купит?

В настоящее время интерес к инвестициям в лесопромышленные активы во всем мире крайне низок. Если у банков нет средств для кредитования гораздо более прибыльных отраслей, чем лесная, то перспективы крупных покупок в России в 2009 году стремятся к нулю. Тем более сейчас, когда риски в нашей стране велики и два крупнейших международных рейтинговых агентства снизили прогнозные рейтинги России на негативные.

И тем не менее инвестиции в российскую лесную промышленность - вопрос времени. Кризисная ситуация является, по верному замечанию Гайдара, хорошим временем для реформ, которые могут повысить эффективность российской экономики. И в частности, лесной промышленности.

Нельзя не согласиться с тем, что ситуация последних лет в российском леспроме не могла более существовать. Мучительно было просто смотреть на большинство российских лесозаводов, построенных еще в 70‑х годах прошлого столетия и доживающих свой век. В то же время успешная работа лесной промышленности Скандинавских стран и Китая поддерживалась во многом дешевым российским лесным сырьем. При этом обороты и прибыли наших партнеров несравнимо выше оборотов и прибылей российских поставщиков круглого леса. Поэтому логично, что именно они должны после прохождения этого сложного, но необходимого переходного периода стать основными инвесторами в российский лесопромышленный комплекс.

Кроме того, при девальвации рубля инвестиции в российский лесопромышленный комплекс позволят получать высокие прибыли на разнице курсов, что, несомненно, должно привлечь инвесторов, несмотря на сложность ситуации. С другой стороны, повышенные пошлины не позволят им заниматься только лесозаготовкой и экспортом круглого леса. Так что они будут вынуждены инвестировать в производство.

И тут поневоле задумаешься: «А так ли не продумана экономическая политика Кремля в отношении лесной промышленности, как принято считать?»

Поживем - увидим.

Игорь РЫВКИН