Русский Английский Немецкий Итальянский Финский Испанский Французский Польский Японский Китайский (упрощенный)

Партнеры журнала:

Эксклюзив

Фоторезцы Владимира Налимова

Кулон «Вьюны» (береза, карагач), размер – около 5 см
Кулон «Вьюны» (береза, карагач), размер – около 5 см

Кулон «Вьюны» (береза, карагач), размер – около 5 см
Кулон «Вьюны» (береза, карагач), размер – около 5 см

Кулон «Вьюны» (береза, карагач), размер – около 5 см
Кулон «Вьюны» (береза, карагач), размер – около 5 см

Сегодня взаимодействие человека с силами природы возвращается к своим истокам. Человек XXI века, зажатый в тисках заданных форм и искусственных материалов, во многом стал достаточно ограниченным существом, для которого флора и фауна, особая мудрость природы стали недоступны в первозданной их чистоте. А потому неспособные ощутить мощь и красоту окружающего мира люди теперь редко обращаются к духам природы. Технологический прогресс - сердце новой информационной эры - достиг высочайшего уровня, и человек вновь с потаенным трепетом стремится раскрыть тайны природного материала. «У моих миниатюр два художника: природа как творец дерева и я, помогающий особой пластикой своих композиций увидеть красоту дерева», - рассказывает мастер скульптурной резьбы по дереву Владимир Налимов.

Владимир Налимов родился на Алтае - чистой и здоровой земле, где берут свое начало крупнейшие реки Сибири - Катунь и Бия. С детства впитавший заповедные запахи и сочные цвета горных долин, Владимир испытывал огромную тягу к всевозможным растениям. Родители будущего художника работали в леспромхозе, куда Владимир часто бегал с друзьями за деревяшками для игрушек. Его манил неповторимый запах свежей древесины, смешанный с теплом человеческих рук, трудящихся над миролюбивым материалом в цехе: «Это были счастливые моменты. Запах свежего дерева, штабели досок и дощечек, таких ровных и со своей неповторимой текстурой на каждой... Все это приводило в особый трепет, и такую дощечку очень хотелось иметь». Неслучайно чувствовал молодой мастер ценность простой деревяшки. Ведь каждый кусочек дерева обладает своей природной красотой и структурными особенностями. Словно защитный оберег люди носят на себе деревянные изделия. Разные породы дерева, как известно, способны не только украшать, но и очищать, омолаживать и умиротворять своего хозяина.

Дерево издревле почитается на Руси. Разные виды древесины широко используются для изготовления священных предметов языческого культа: от деревянного черпака или ложки для масла до изготовления статуй языческих божеств. Культ резьбы по дереву в первую очередь возник вследствие интуитивной необходимости одушевлять природное явление или существо, его символизирующее, и изобразить именно таким, каким оно напрямую воспринимается чувствами человека, будучи при этом неотрывно от природного ландшафта. Ветер - сильный, грозный, вездесущий воин сил природы, потому и Стрибога - языческого бога ветра - вырезали из дерева грозным и косматым, с развевающимися по ветру волосами, напоминающими ветви деревьев. Солнце - яркое, величавое, привносящее ясность и гармонию, потому и Даждьбог древних славян изображался суровым и словно источающим солнечные лучи. Главная тайна заключалась в том, что чувства величия или угрозы, радости и полноты жизни сохраняло в себе само дерево, излучающее живое тепло. Потому наиболее гармоничный способ резьбы по дереву - тот, что оставляет нетронутым его естественную текстуру. Со временем декоративные виды домовой орнаментальной резьбы стали вытеснять уникальную технологию художественной скульптурной обработки древесины. При этом сохранялся первозданный рисунок последней. Автоматизировалась наша жизнь - автоматизировались виды декоративно-прикладного искусства, а сюжеты и образы были поставлены на поток.

Владимир Налимов с детства любил рисовать. Он много времени проводил в лесу, завороженный игрой света и тени в причудливо переплетающихся линиях лесного пейзажа: «Я любил бродить по лесу, особенно весной, когда еще лежит снег, но уже много проталин. Ветки на деревьях смотрятся черными, контрастными. Эти переплетения ветвей меня завораживали, и я рисовал, рисовал, рисовал...» Пристальный взгляд мастера, обращенный к цветочным букетам и сложным сплетениям растений, его внимание к мельчайшим деталям, стремление зафиксировать застывшие мгновения жизни, желание использовать руки и инструмент, словно фотоаппарат, способный заснять застывшую пластику трав и цветов, - основа его творчества. Но прежде, чем руки художника превратятся в «пластическую фотокамеру», ему предстоит долгий и трудный творческий путь разработки собственного метода миниатюрной обработки древесины.

Еще будучи школьником, Владимир Налимов поступил на отделение станковой живописи в Московский заочный народный университет искусств им. Н. К. Крупской. Вспоминая своего первого преподавателя Нину Филипповну Зарецкую, художник говорит, что она учила «не просто копировать то, что ты видишь, а передавать, как именно ТЫ это видишь или хочешь видеть, и всегда при этом оставаться искренним с самим собой». После окончания средней школы судьба забросила Владимира в г. Новокузнецк Кемеровской области, где после чистых родников Алтая художника встретили потоки угля и металла. «Но меня тянуло к дереву, и, устроившись в кооператив по производству резной мебели, но не имея профессиональных навыков, я учился у мастеров на рабочем месте. Такая работа была мне по душе, потому и особых трудностей не возникало. Постепенно я сам стал мастером».

Затем Владимир Налимов, по велению судьбы и великого духа творчества, случайно оказывается вместе с женой Ниной в Санкт-Петербурге - городе, который навсегда покорил художника ажурностью и причудливостью архитектуры. «После посещения одного из городских музеев Нина высказала мне свою мечту быть обладательницей деревянной броши, сделанной моими руками. Я без особого желания взялся за эту работу, и, хотя резьба была мелкая и непривычная для меня, стало получаться. Затем мне захотелось сделать еще одну, потом еще, и неожиданно я понял, что мне нравится создавать что-то новое, свое, неповторимое». Однако использование традиционных способов резьбы не давало той фотографически точной древесной пластики, о которой художник так мечтал еще маленьким мальчиком. Необходимо было научиться прикасаться к дереву так, чтобы оно не утратило своей одухотворенности и показало всю первозданную красоту: ажурность, объем, сложные сочетания цветовых оттенков, гладкость и мягкость изгибающихся форм. Прошло время, Владимир начал создавать удивительные миниатюры из дерева. Они рождали у зрителя ощущение живого цветка, застывшего в дереве. «В моих работах нет каких-то второстепенных моментов. Каждую, даже самую мелкую, деталь приходится делать так, как будто от нее зависит судьба всей композиции. Это касается и самой резьбы, и шлифовки, и полировки. Небрежная или неправильная отделка может совершенно испортить всю работу, которую я делал в течение месяца. Я завидую тем художникам, которым работы даются легко. Это художники от Бога, с большим талантом. У меня не так. Каждая работа дается тяжело, буквально с кровью, но я не жалуюсь, в конечном счете все это приносит радость».

Всю свою дальнейшую жизнь Владимир Налимов, разработав собственную уникальную методику, посвятил «пластической фотографии» природных явлений в дереве. Его работы изобилуют мельчайшими отточенными деталями и при этом не оставляют у зрителя ощущения безжизненной статики.

Большое влияние на работы художника оказала культура Востока - японская живопись и рисунок тушью. В традиционной японской культуре стремление запечатлеть одно мгновение, выплеснув его на полотно или на лист бумаги в виде ускользающих одна за другой строк стихотворения - хокку, лежит в основе восприятия реальности, проникновения в самую суть вещей. В работах Владимира Налимова, изображающих цветы и бутоны растений, та же печальная статика вечности (застывшие живые лепестки), заключенная в текстуре древесных пород. Для изготовления миниатюр мастер использует красное махагониевое дерево, карагач (красный берест), иву, березу, лиственницу, грушу. Работы художника можно соотнести с традициями японской икебаны. Часть геометрии пространства композиции творит художник, другую же создает само волшебство материала. Владимир Налимов старается не использовать геометрические узоры даже в деталях, стремится сделать движения древесных растений спонтанными.

Это достигается благодаря определенному ритму, который есть у каждой композиции. Сейчас встречаются мастера резьбы по дереву, которые работают под музыку, отражая ее в дереве. Так рождаются новые скульптурные формы и небывалые доселе барельефы. Ритм композиции - это также внутренняя вибрация самого дерева, созвучная с сердцебиением мастера. В работе художник сочетает разные виды резьбы, а также, как уже упоминалось выше, использует уникальную технологию обработки древесины, которая, хочется надеяться, будет передана в будущем ученикам художника. Скульптуры из дерева, выполненные виртуозными мастерами, сейчас можно встретить во многих салонах и галереях. Но истинная красота, заключенная в изысканный предмет, созданный руками талантливого мастера, есть нечто иное. Это как знак, расшифровывающийся примерно так: «Замри! И на миг задумайся о вечности, застывшей перед тобой».

Евгений ТРОСКОТ, Ольга ПУЗЕНКО