Русский Английский Немецкий Итальянский Финский Испанский Французский Польский Японский Китайский (упрощенный)

Партнеры журнала:

На заметку

Там, где рождается лес

Рубрика На заметку

Или чьи в лесу шишки?

Место, где располагается Республиканский лесной селекционно-семеноводческий центр Минлесхоза Республики Беларусь, иначе, чем бойким, не назовешь: семнадцатый километр автомагистрали Минск-Брест. Трасса здесь как бы раздваивается, и между ее встречными полосами пролегает обширное земельное пространство. То самое, на коем еще с совдеповских времен разместилось весьма популярное в белорусской столице заведение из редкого тогда разряда «злачных» − «Мотель». Минчане-старожилы помнят, как била здесь ключом ночная жизнь, когда в самом городе все рестораны и бары давно уже были закрыты. Да что далеко за примером ходить: автор этих строк лично присутствовал минимум на двух факультетских комсомольских собраниях, где клеймили позором и нехорошими словами его старших товарищей по журфаку Белгосуниверситета, с завидной регулярностью учинявших пьяные дебоши именно в великом и ужасном «Мотеле»…

Миновала былая слава, и «Мотель» нынче − уже просто мотель, то есть обыкновенная придорожная гостиница с автостоянкой, причем далеко не самого высокого разряда, да еще изрядно обветшавшая. Правда, человек, который бы приехал сюда после долгого отсутствия, вполне мог бы подумать, что «Мотель» процветает и даже пристроил элегантный корпус. Однако вскоре понял бы свою ошибку: новая постройка в европейском стиле не имеет никакого отношения к старорежимному «месту кормления, сна и блуда», а является как раз тем самым лесоводческим центром − таким, каким он стал три года назад.

Основан был Республиканский лесной селекционно-семеноводческий центр на базе лесосеменной станции, действовавшей еще с 1947 года в поселке Щомыслица неподалеку. Та станция выполняла две основные задачи: контроль качества заготавливаемых семян и состояния лесного семеноводства, а также восстановление пострадавших в период Великой Отечественной войны фондов белорусских лесхозов. Много лет такое положение дел устраивало Министерство лесного хозяйства, единственной станции было вполне достаточно. Но с течением времени объемы возросли, а с принятием Программы лесовосстановления и лесоразведения до 2015 го-да − особенно. Назрела необходимость строительства нового центра.

Главная задача РЛССЦ − развитие и совершенствование объектов постоянной лесосеменной базы на селекционно-генетической основе с целью перевода лесосеменного дела на элитное семеноводство. Реальные же функции значительно шире: «учет и паспортизация ПЛСБ, регистрация изменений в государственном реестре селекционного фонда, изучение генофонда местных древесных пород и испытания их в лесных культурах. Выращивание высококачественного селекционно-посадочного материала для закладки объектов ПЛСБ и частично для лесокультурного производства. Создание лесосеменных и маточных плантаций архивных насаждений и испытательных культур. Переработка шишек, хранение семян и контроль их качества. Усовершенствование методов интенсификации и выращивания посадочного материала вегетативного происхождения. Внедрение в производство новейших достижений науки и техники в области лесной селекции и семеноводства. Обеспечение методической помощи лесохозяйственным предприятиям по воспроизводству лесных ресурсов на селекционно-генетической основе».

В вышеназванной Программе предусматривается посев 50% лесных культур улучшенными сеянцами или семенами. То есть они должны быть собраны либо с плюсовых насаждений, либо с плюсовых деревьев. Плюсовое дерево, как объяснил директор РЛССЦ В. Е. Семенов, по объему, высоте, диаметру ствола, по развитию кроны в лучшую сторону отличается от своих сородичей. Иными слова-ми − элита.

− Для определения такой элиты, − поведал также директор, − создана аттестационная комиссия, включающая сотрудников гомельского Института леса Национальной академии наук Беларуси и нашего центра. Плюсовые деревья и насаждения выделяются и отмечаются работниками Белгослеса при проведении лесоустройства.

Валентин Евгеньевич, в отличие от легиона его коллег, служащих белорусскому лесу, родился отнюдь не в сельской местности, а в столице. Как же так вышло, что коренной минчанин, выросший на самом что ни на есть асфальте, накрепко связал свою жизнь с лесом?

− Непринужденно! − смеется в ответ Семенов. И прибавляет, − если честно − даже не мечтал об этом. После школы год работал, поступал то в Политех, то в Радиотех, но… не сдав даже до конца всех экзаменов, успевал разочароваться как в одном, так и в другом вузах. А потом кто-то сагитировал поступить на лесохозяйственный факультет Белорусского государственного технологического университета. И, вы знаете, понравилось! Что называется, вошел во вкус. Теперь не жалею. В 1995‑м получил диплом, восемь лет проработал в разных лесхозах Минской области мастером леса, помощником лесничего, лесничим и главным лесничим. А в 2003‑м пришел сюда.

Территория центра невелика − всего 4,8 гектара. Сопровождая нас, Семенов рассказывает о том, что центр координирует и выполняет объем работы, связанный с формированием и закладкой лесосеменных плантаций, то есть выращивает для них привитый посадочный материал. Это сосна и ель. Возникла необходимость создания уже вторых поколений этих плантаций. Кроме того, закладываются плантации первого поколения перспективных интродуцентов: лиственницы европейской, дуба красного, березы карельской, дуба черешчатого. Дуб, к слову сказать, дерево перспективное: в 1997 году даже Программа специальная была принята под красноречивым названием «Дуб − порода XXI века». Она предусматривает посадку молодых деревьев там, где была вырубка дубовых рощ или усыхающих еловых лесов.

Но до момента посадки дубков или елочек с сосенками пройдет еще немало времени. Сначала нужно как следует подготовить семенной материал. Поздней осенью лесхозы начинают привозить шишки в РЛССЦ, где их сортируют, хранят, а затем сушат (в этом сезоне, например, получили 145 тонн шишек). Сосновая шишка сушится в течение 20−24 часов при температуре до 52. Еловая − до 48 градусов и вдвое быстрее. Сушильный шкаф уникален тем, что в процессе сушки не происходит запаривания семян, т.е. температура не повышается, пока не исчезает влажность. Завершается сушка собранного лесного «урожая» обычно где-то в первых числах мая.

Оборудование центра позволяет получить семена практически со стопроцентной всхожестью. То есть пустых, запаренных, загнивших после переработки семян просто не бывает. Тем более, что за этим внимательно следит специальная лаборатория − в Беларуси, кстати, единственная. Всего семеро работников: завлаб, инженер-аналитик, инженер-лесопатолог и четыре лаборанта (раз уж к слову: общий штат РЛССЦ − 52 человека, практически все − ИТР и выпускники БГТУ, есть еще десяток рабочих плюс обслуга − электрик, сантехник, операторы).

− Занимаемся исследованиями посевных качеств семян, подлежащих дальнейшему высеву, − вводит нас в курс дела заведующая лабораторией Майя Житникова. − Здесь, в лаборатории на 6 специальных столах голландского производства происходит проращивание семян. Отбираются 4 образца, проращиваются в оптимальных условиях (влага, тепло и свет). Семена − элитные и простые − лежат на салфетках, под ними − фитиль, по которому поднимается влага, температура воздуха − 24 градуса. По истечении 10−15 дней отбираются непроросшие семена, находится причина: либо семя загнило, либо оно пустое или ненормально развившееся, либо повреждено вредителями. По проросшим семенам определяют класс их качества, от которого зависит норма высева семян на одном гектаре. Потом семена регистрируются, выписываются карточки их анализа, а затем и удостоверения о кондиционности семян. И если по какому-то стандарту они не проходят, мы выписываем результат анализа и посылаем в лесхоз, откуда были привезены шишки. В год делаем более 200 анализов. В частности, в 2004‑м − 2088. И с каждым годом количество возрастает вслед за расширением ассортимента пород.

Высушенный и «высококвалифицированный», если можно так выразиться, материал поступает в 3 холодильные камеры вместимостью 5 тонн каждая, где хранится при постоянной температуре от -2 до +2 градусов и влажности, не превышающей 7,5% во избежание запарки. И уже оттуда − в цех высева семян с закрытой корневой системой, где работает специальная линия производства финской фирмы Lannen. Там приготавливается субстрат из верхового торфа, 10% земли, удобрений − азота, фосфора, калия, доломитовой муки. Все эти нормы разработаны учеными БГТУ, проводившими научно-исследовательские работы по выбору оптимального субстрата. Затем субстрат поступает в бункер и наконец − в кассеты. В каждой 64 будущих дерева. За рабочую смену таким образом можно высевать около 65000 посадочных мест. И это очень выгодно, так как расход семян получается значительно меньший, нежели при посевах в лесхозовских питомниках: там из высеваемых 60 кг семян первого класса по стандарту получаются 22 млн 200 тысяч сеянцев; здесь же 1000 штук семян весят всего 6 граммов − если посчитать, то норма высева семян уменьшается более чем наполовину. Ну, а после сеянцы поливаются − и в теплицу, откуда они потом отправятся в лесничества с целью проверки способности плантаций лесхозов воспроизводить нормальное потомство. И, конечно, в собственный питомник центра.

В теплице питомника сейчас 34 породы: дуб, ель, сосна, лиственница, липа, каштан, клен, различные виды ив, кустарниковые породы, а также экзотические: псевдотсуга тиссолистная, тисс ягодный, ель голубая, сосна крымская, сосна кедровая сибирская, сосна кедровая корейская… В естественных условиях эти породы в Беларуси не растут. Их семена получают из Минского Ботанического сада либо от отдельных групп деревьев, посаженных на улицах и в парках столицы.

− Лиственницы, скажем, в белорусских лесах осталось очень мало, − говорит Семенов. − Разве что где-то в заказниках. Но она считается исконно нашей, так что ее вполне можно высаживать на освобождающиеся площади. А остальные − зачем? Это уже крайность. Другое дело − в парки, дендросады, которых сейчас создается довольно много. Или использовать их для озеленения городов, усадеб и т.п., хотя, например, сосну кедровую сибирскую высадили в Молодечненском лесхозе, на северо-западе Минской области.

− Площадь выращивания у нас ограничена − всего один гектар, − продолжает директор уже в питомнике центра. − Мы не можем оставлять сеянцы на доращивание до определенных размеров, чтобы потом продавать их подороже. Поэтому нужно искать дополнительные участки в лесхозах и леспромхозах. Желательно было бы еще создать свои маточные плантации, чтобы потом использовать их для заготовки черенков.

В настоящее время РЛССЦ полностью финансируется из госбюджета. Но перед всем лесным хозяйством Беларуси нынче ставится задача перехода на самофинансирование к 2008 году. Конечно же, и в центре ищут пути заработка собственных денег. То, что остается невостребованным лесхозами, реализуется частным лицам. А спрос сегодня есть.

Но и жесткая конкуренция тоже. Буквально рядом − учебное хозяйство Белгосуниверситета, также растящее сеянцы и саженцы, в том числе и декоративных пород. А в близлежащих районах столичной области потихоньку крепнут частные хозяйства…

Центр оказывает платные услуги организациям, не входящим в состав Минлесхоза: военным лесхозам, национальным паркам, заповедникам. Им ведь тоже надо перерабатывать шишки, очищать и хранить семена, проводить анализы на всхожесть, на проращивание, на зараженность партии семян вредителями или грибами − сапрофитами и паразитами. На основании этих анализов лесхозам выдаются рекомендации по протравливанию семян и подготовке их к посеву.

Значительный экономический эффект должен, по идее, принести центру переход на новые энергосберегающие технологии. Так, например, прежде тепло получали от «Мотеля», причем с перебоями, а пустые шишки сжигали на питомнике ради золы для удобрения почвы. Только за один 2004 год таким образом «закопали» 152 тонны шишек! Теперь же отработанные шишки собирают и накапливают, так как к зиме думают запустить котельную, работающую на отходах собственного производства. Даже закупили уже в Гомеле котельное оборудование СКН-25 совместного белорусско-французского производства. Просчитали теплоемкость сухой шишки и пришли к выводу, что топлива хватит надолго. Да еще − опилки, щепа, коих всегда в избытке… Стало быть, уверен директор Валентин Семенов, себестоимость и, соответственно, цена для будущих потребителей выращенных в центре деревьев − очень скоро ощутимо снизится.

А значит, можно будет засадить молодым лесом еще больше пустующих территорий.

Павел ВЛАДИМИРОВ