Партнеры журнала:

Эксклюзив

Михаил Ильяев. Дерево моей жизни

Пластика и природная красота дерева многие столетия делают его любимым материалом для скульпторов и резчиков. Энергия жизни, которая сохраняется в деревянных скульптурах, неповторимый рисунок и причудливые переплетения узоров годовых колец, освобожденные художником, привлекают ценителей подлинного искусства. Чтобы творчески работать с деревом, нужно понимать и чувствовать его, видеть, что заключено в глубине обычного бруска, и знать, что сделать для появления чуда. Михаил Ильяев, домашнюю мастерскую которого посетил наш корреспондент, знает, как помочь дереву раскрыть все его волшебные тайны.

Путь к этому знанию был непростым и необычным, но, размышляя о нем, можно совершенно ясно понять, как судьба способна показать человеку его истинное предназначение. Всю жизнь Михаил Ильяев занимался спортом и добился прекрасных результатов, в том числе звания чемпиона Москвы по акробатике. Отсюда и выбор профессии - артист цирка, акробат. Уже тогда ему было интересно пробовать то, что никто до него не делал. Травма позвоночника закрыла для Михаила цирковую карьеру, восстановиться он смог только через год постоянных специальных упражнений, разработанных им самим. Но тяга к творчеству осталась, и спорт он не оставил.

- А как случилось, что вы увлеклись резьбой по дереву?

- Первые пробы резьбы у меня были по черноморской гальке. Делать своими руками объемные формы мне понравилось. Я попробовал работать с мрамором и другими видами камня. Но камень - материал тяжелый, а поскольку основную часть моей жизни занимали гастроли, ездить с таким багажом было довольно затруднительно. В поисках более легкого материала я и перешел на дерево. Мои первые работы из грецкого ореха я храню до сих пор и считаю их очень удачными. Потом стал интересоваться техникой резьбы, искать литературу. Правда, специально я нигде не учился, до сих пор не умею ни рисовать, ни лепить, о чем иногда весьма сожалею. А вот учитель у меня тем не менее есть. Почти сорок лет назад мне назвали имя Степана Эрьзи, о котором говорили, как об интересном и необычном мастере. Случайно мне на глаза попались открытки с репродукциями его произведений. Образы, созданные скульптором из темно-коричневого аргентинского дерева кебрачо, как будто органично вырастали из материала, жили в нем всегда. И, восхитившись талантом и силой художника, я задумался: «А что я сам могу?» Вот так случай может круто изменить судьбу человека. Информации о скульпторе тогда было очень мало: всего две небольшие книжечки. Я быстро их прочитал, но мне хотелось знать больше, и я решил найти тех, кто знал Степана Дмитриевича Нефедова (Эрьзя - псевдоним скульптора, так называется одна из этнических групп мордвы) лично. Так, я познакомился с художником Сутеевым, отец которого написал одну из этих двух книг, разыскал двух учениц Эрьзи и встретился с бывшим советским послом в Аргентине Михаилом Сергеевым, благодаря усилиям которого Степан Эрьзя, пробывший долгие годы в Аргентине, вернулся на родину. Познакомился и с Юлией Кун, работавшей с Эрьзей в Аргентине. Она рассказала мне много подробностей о жизни и творчестве скульптора в этой стране, поделилась секретами обработки им твердого, как железо, кебрачо, подарила оставшиеся у нее куски этого дерева, набор фигурных рашпилей и стамесок и самое драгоценное - первую бормашину самого Эрьзи, изготовленную для него в Буэнос-Айресе. Я пользуюсь ею до сих пор, особенно когда вырезаю из кебрачо. Это дерево невероятно прочное, и в Аргентине его применяют при строительстве, делают из него шпалы. Эрьзя был первым, кто решился использовать его как скульптурный материал. А знаете, как капризно и непредсказуемо это кебрачо? Резцы и молоток тут не помогут - оно дает сколы, поэтому нужна специальная техника. Эрьзя разработал метод обработки, и после него к кебрачо подступил лишь один аргентинец, но у того не было ни виртуозности, ни таланта Степана.

Мне трижды удалось побывать в Аргентине, первый раз в марте 1999‑го. Тогда, после вечера памяти Эрьзи,  организованного мною в музее «Модерн», люди, которые знали его, передали мне разные интересные материалы: книги и статьи, написанные о нем в Южной Америке, редкие фотографии. По собранным материалам была написана и опубликована книга «Эрьзя вдохновил». Вторая поездка в Аргентину состоялась летом 2003 года по просьбе московских коллекционеров, которые были заинтересованы в покупке скульптур Эрьзи. Результатом стали семь привезенных в Россию скульптур. А последний, третий раз я отправился туда для участия в конференции памяти скульптора, посвященной 130-летию со дня его рождения. В этом мне помог Михаил Журавлев, председатель Международного фонда искусств имени Эрьзи, соучредителем которого я, кстати, являюсь. Я побывал и во Франции, и в Италии, в тех местах, где Эрьзя жил и работал. Постепенно накопились фотографии, документы и образовался целый архив. Так я изучал творчество, пластику, культуру Эрьзи.

- Пытались ли вы копировать Эрьзю, подражать ему?

- Да, конечно, пытался, а как же иначе можно освоить школу мастера, его стиль? Все великие начинали с этого. Только потом вырабатывается свой стиль. Я и по сей день у него учусь.

- У вас ведь есть и своя школа?

- Я преподаю свой метод в Московском доме творчества уже 30 лет. Кроме того, я организовал интернет-клуб резчиков по дереву. Сегодня он насчитывает уже 200 авторов из 20 стран мира, в том числе из Австралии, Канады, Израиля. На нашем сайте можно найти уроки резьбы, статьи, советы, поделиться опытом и профессиональными проблемами, заказать необходимый инструмент или поместить фотографии своих работ. Я организую единственные в России конкурсы резчиков, для участия в которых собирается народ со всей страны. Резчики - люди увлеченные, творческие; для многих это основная профессия. Прийти в мою школу может любой желающий от 16 до 99 лет, независимо от пола и навыка резьбы. Некоторые начинают и в 70 лет. Я сам начал резать в 33 года, и вот уже 40 лет увлекаюсь этим замечательным делом. Ко мне на курсы приходит много женщин, они и составляют большую часть моих учеников. Старания в создании образа, тщательности при обработке деталей и усидчивости у женщин нередко больше, чем у мужчин. А что касается возраста, то начинать никогда не поздно! Главное - получать удовольствие от процесса и результата. И могу сказать, что интерес к этому виду творчества за последнее время заметно вырос.

- В чем отличие вашей школы от других школ и курсов по резьбе?

- Чтобы говорить об отличиях школы, надо хорошо знать другие методы обучения. В моей школе занятия индивидуальные, но все равны в общем творчестве. Я много внимания уделяю душевному расположению к тому, что делаю, и предлагаю своим ученикам получать удовольствие от того, чем они занимаются. С годами я выработал свою технику обработки древесины разных пород, нашел свои пластические решения. Многое мне подсказало творчество скульптора Степана Эрьзи. При обучении я рассказываю будущим резчикам, как обращать внимание на красоту дерева, его текстуру и использовать их, создавая впечатление, что образ рожден самой природой. Ко мне приходят люди с разным умением резать и даже те, кто никогда этим не занимался. Новичкам после знакомства с правилами техники безопасности, заповедью моей школы, рабочим местом, породами дерева, необходимыми инструментами, я предлагаю сначала освоить технику контурной резьбы, потом геометрической резьбы, кудринского орнамента. И так шаг за шагом, от простого этюда к сложным горельефам и скульптурным работам. Свою программу обучения я очень подробно описал в книге «Урок резьбы по дереву». В ней приведены процессы поэтапного освоения техники резьбы, развития умения видеть форму. Самое начало - контурная резьба - это не просто вырезание картинок, а развитие навыков работы с инструментом, умения понимать, как расположены волокна древесины, каков ее «характер».

- Как вы выбираете дерево для работы?

- Я принимаю любое дерево, но больше люблю твердые, плотные текстурные породы, которые не поддаются стамеске, - для их обработки нужно применять бормашину, которую первым использовал для этого именно Эрьзя. Это дуб, бук, ясень, грецкий орех, черное и красное дерево и другие экзотические породы. Но и сосна - прекрасный материал, только нужно уметь с ним договориться. Любой брусок со стройки может превратиться в произведение искусства, нужно лишь знать, с какой стороны к нему подойти, с чего начать. Сосна - это мягкие, плавные формы, переходы и линии. Конечно, такое умение видеть дерево вырабатывается с опытом и практикой. Использовать текстуру дерева, как это делаю я, пока не может никто. Дерево помогает художнику своим естественным рисунком, и надо этим пользоваться. «Текучая пластика» - так бы я назвал то, что получается. Я плохо знаю анатомию, не изучал ее специально, поэтому делаю в основном, как чувствую. Но тем не менее я умею делать самое сложное - обнаженную натуру и портрет.

Сегодня у меня более 50 портретов. Очень люблю делать скульптуры животных, особенно покрытых чешуей; рептилий, змей, панголинов; а еще лягушек, насекомых. А вообще, любое дерево годится, нужно только сделать правильный выбор: разные породы подходят для разных целей. Например, портреты лучше резать не из липы, а из твердых пород.

- Есть ли у вас самая любимая скульптура?

- Одна скульптура не может быть любимой. У меня их десятка два-три. Одна из них - Емеля из русской народной сказки. Я его называю «Мне б такую щуку». Мне очень дороги портреты, коллекция клоунов.

Я не люблю продавать свои работы, но, конечно, время от времени продаю; даже раньше ходил на вернисаж со своими скульптурами. А удовольствие я получаю от самого процесса творчества, вне зависимости от того, что в итоге выходит из-под моего резца. Поэтому, наверное, и редко беру заказы - вырезаю то, что подсказывает душа.

________________________________

Талант и редкостное трудолюбие позволили Михаилу Ильяеву стать художником по дереву высшего класса. Он создал в дереве портреты многих выдающихся людей: Льва Толстого, Ленина, Фиделя Кастро, Альфаро Сикейроса, Николая Гоголя, академика Вернадского, Индиры Ганди, Иоганна Себастьяна Баха, Петра Великого. Некоторые из этих скульптур приобретены российскими музеями. Из восьми портретов Степана Эрьзи один приобрел музей в Геленджике, три - Саранский музей. Американской общественной деятельнице Анджеле Дэвис Ильяев подарил ее портрет лично. Галерея женских образов разнообразна, - это множество фигур и портретов. Можжевельник и липа, скумпия с черноморского побережья и обыкновенная сосна - каждая порода выражает характер и индивидуальность моделей. Сотни работ живут в доме художника, а он ни на день не прекращает свой кропотливый труд. Годы, кажется, не властны над ним. В свои 74 Михаил Ильяев в прекрасной спортивной форме благодаря ежедневной часовой разминке. А те, кто видел его в передаче «Минута славы» с индийским танцем, наверняка были поражены человеком, который в таком возрасте легко делает «колесо», гимнастические элементы и стойки. И еще он пишет книги. «Прикоснувшись к дереву резцом», «Уроки резьбы по дереву», об Эрьзе - «Эрьзя вдохновил», «Эрьзя в моей жизни». Есть и сборник анекдотов, афоризмов, среди которых немало собственных.

Регина БУДАРИНА