Партнеры журнала:

В центре внимания

Монокультуры сосны и риск лесных пожаров

Лесной форум Гринпис России часто становится для нас источником интересной информации и дает повод для размышлений. Хотим предложить читателям один из его материалов, показавшийся нам заслуживающим особого внимания.

Стандартные культуры сосны, высаженные двухлетками с открытой корневой системой
Стандартные культуры сосны, высаженные двухлетками с открытой
корневой системой


Нестандартные культуры сосны, высаженные однолетками с открытой корневой системой
Нестандартные культуры сосны, высаженные однолетками с открытой
корневой системой


Стандартные сомкнувшиеся культуры сосны первого класса возраста
Стандартные сомкнувшиеся культуры сосны первого класса возраста.
Примерно с этого возраста монокультуры входят в период наивысшей
пожарной опасности (если, конечно, до этого им удается избежать гибели
от палов сухой травы, вредителей или болезней)


Эти лесные культуры сосны были созданы на гари 1972 года
Эти лесные культуры сосны были созданы на гари 1972 года. Ко времени
следующей пожарной катастрофы – 2010 году – они как раз достигли пика
пожарной опасности и сгорели


Такие же культуры сосны через год после пожара в июле 2010 года
Такие же культуры сосны через год после пожара в июле 2010 года


Если монокультуры сосны доживают до третьего класса возраста, то к
этому времени на поверхности почвы скапливается огромное количество
мертвого органического вещества – сухой хвои, мелких веток, упавших
стволов. В таких культурах пожар потушить невозможно – он почти с
гарантией превращается в верховой и распространяется со скоростью
поезда


Результат пожара в монокультурах сосны, доживших до третьего класса возраста
Типичный результат пожара в монокультурах сосны, доживших до
третьего класса возраста: погибло все, даже оставшаяся древесина уже не
представляет никакой ценности. С чего все начиналось, тем все и
заканчивается – сплошной санитарной рубкой и созданием новых культур

Прошлогодняя пожарная катастрофа в лесах европейской части России в очередной раз подтвердила давно известный факт: наиболее подверженными горению лесами являются чистые высокополнотные хвойные молодняки, в особенности сосновые. На лесных участках, занятых монокультурами сосны в возрасте примерно от 20 до 60 лет, особенно загущенными, пожар быстрее всего распространяется, легче всего переходит в верховой и, как правило, приводит к полной гибели насаждений. Точных данных о распределении сгоревших в европейской части России лесов по типам и возрастам пока нет. Но, по предварительной оценке, основная часть выгоревшей площади вне торфяников пришлась именно на сосновые молодняки и культуры, в том числе на образовавшиеся или созданные на гарях 1972 года. В 1972 году наблюдалась примерно такая же картина: непропорционально большая доля выгоревшей в средней полосе европейской части России площади лесов пришлась на сосновые молодняки и культуры, созданные на гарях 1936 года.

Несмотря на имеющийся печальный опыт, в 2011 году на прошлогодних гарях возобновилась высадка монокультур сосны, причем в большинстве случаев таких же загущенных, как и в прежние годы. Ради того чтобы как можно быстрее заложить новые монокультуры сосны, в некоторых регионах, например, в Московской области, лесохозяйственные организации даже использовали нестандартный, не готовый к высадке посадочный материал - однолетки сосны с открытой корневой системой. Фактически ради ускоренного создания монокультур сосны в Подмосковье были разорены посевные отделения лесных питомников, в которых можно было бы через год получить стандартный посадочный материал сосны и использовать его более разумным образом.

С учетом печального опыта пожарных катастроф 1936, 1972 и 2010 годов, а также множества обычных пожаров, в центральных регионах европейской части России необходимо отказаться от практики создания и выращивания монокультур сосны обыкновенной в районах с наиболее высокой пожарной опасностью, прежде всего в пределах обширных водно­ледниковых равнин (Мещерской, Верхневолжской низменностей и др.) и в окрестностях крупных заброшенных торфяных месторождений. К сожалению, сделать это мешают отдельные предубеждения, широко распространенные среди работников леса.

Во­первых, принято считать, что выращивание чистых или почти чистых хвойных насаждений в наибольшей степени соответствует потребностям населения страны, народного хозяйства. Сто лет назад это было правдой - людям от леса была нужна в первую очередь хвойная древесина, а потом уже все остальное. Сейчас наибольшее значение для людей имеет средообразующая роль леса, а уже потом древесина и прочие материальные ресурсы; да и древесина сейчас востребована не только хвойная. А самое главное - если у сосновых монокультур на глубоких сухих песках имеются очень большие шансы сгореть, их выращивание получается неоправданным по сравнению с выращиванием смешанных лесов даже с сугубо экономической точки зрения.

Во­вторых, принято считать, что многие ценные породы лиственных деревьев, требовательные к почвам, не растут на глубоких песчаниках. Именно из­за этого, например, многие, даже очень грамотные, лесоводы отказываются сажать смешанные культуры с участием дуба черешчатого на песчаных почвах Мещеры. На самом же деле многие деревья, требовательные к богатству почвы минералами, такие как дуб или вяз, неплохо растут и на песчаных почвах Мещеры (за исключением разве что глубоких дюнных песков), хотя и не так быстро, как на богатых суглинках или черноземах. Конечно, есть риск гибели сеянцев дуба на глубоких песках в первые год­два после их высадки в случае экстремальной засухи, но он меньше риска гибели монокультур сосны от пожаров, болезней и вредителей. Под пологом старых мещерских сосняков почти всегда можно найти обильный подрост, а иногда и второй ярус дуба и других широколиственных деревьев.

В­третьих, лесное хозяйство сейчас слишком формализовано и политизировано, а лесничие часто почти отстранены от принятия решений о том, где и как надо восстанавливать леса. В результате на тех участках, где вполне можно было бы обойтись мерами содействия естественному
возобновлению (а именно на легких песчаных почвах), выполняются посадки культур, причем часто не в те сроки, которые были бы наиболее безопасными по пожарным или фитосанитарным соображениям.

В результате сейчас на прошлогодних гарях в средней полосе европейской части России создаются посадки наиболее пожароопасных монокультур сосны и тем самым закладывается основа очередной пожарной катастрофы. Здравомыслящие и ответственные специалисты лесного хозяйства должны сделать все возможное, для того чтобы этой катастрофы избежать. Первым в этом направлении должен стать отказ от массового создания монокультур сосны на обширных песчаных равнинах и в окрестностях крупных осушенных торфяников и брошенных торфяных месторождений.

Зарубежный опыт

В странах, которые принято называть скандинавскими, монокультуры сосны доживают до первого коммерческого прореживания. Считаю, что тому есть как минимум три причины.
1. В этих странах ведется очень интенсивное лесное хозяйство, во главе угла которого - интенсивный уход за молодняками. А у хвойных молодняков второго и третьего классов возраста просто не накапливается такого количества древесного отпада, который мог бы создавать риск возникновения пожара.
2. В отличие от российских стандартов, правилами ведения лесного хозяйства, принятыми в странах Скандинавского полуострова, предусмотрена такая плотность посадки лесных культур, которая снижает количество «мертвечины» на ранних этапах развития древостоя.
3. В Скандинавских странах существует эффективная система охраны лесов от пожаров, которая предполагает не героическое тушение огня с последующим расходованием денег из казны на чрезвычайные ситуации, а меры по просвещению населения, противопожарному обустройству лесов и предотвращению пожаров.
Надо отметить и то, что сейчас в Скандинавских странах происходит частичная переориентация лесного хозяйства с выращивания монокультур на выращивание смешанных лесов. Это вызвано не столько риском возникновения пожаров, сколько соображениями экономического характера (смешанные леса более устойчивы и продуктивны, чем леса монокультур, да и спрос на хвойную и лиственную древесину меняется по­разному).

Лесных культур нужно создавать не больше, чем в действительности можно обеспечить уходом в течение хотя бы первого класса возраста, иначе толку от этих культур не будет никакого. Сколько лесных культур можно защитить от огня и обеспечить уходом? Очевидно, что это зависит от того, каким образом в ближайшие десятилетия будет организована система управления лесами, каким будет лесное законодательство.
 При существующей системе управления лесами и нынешнем законодательстве надежно защитить хвойные молодняки в густонаселенных регионах от огня вряд ли возможно в принципе (если речь вести не о конкретном годе, а о периоде в несколько десятилетий). Уходом можно обеспечить лишь отдельные показательные участки, что мы в действительности и наблюдаем сейчас.

 

Алексей ЯРОШЕНКО