Русский Английский Немецкий Итальянский Финский Испанский Французский Польский Японский Китайский (упрощенный)

Партнеры журнала:

Лесное хозяйство

Успокаиваться нельзя!

Считать обводнение торфяников гарантией недопущения масштабных лесоторфяных пожаров – опасное заблуждение

В Подмосковье в 2011-2013 годах на больших площадях были проведены работы по так называемому обводнению торфяников - в общей сложности на площади около 70 тыс. га, а потратили на них более 5,5 млрд руб. По официальным данным, первоначальные планы по обводнению торфяников были выполнены на 108,7%. МЧС предполагает, что эффект от выполненных работ скажется и на сопредельных территориях, ведь площадь обводнения гораздо больше - до 90 тыс. га, а территория, прилегающая к обводненным торфяникам, также сильно увлажнена.

В связи с этим некоторые руководители считают, что крупные лесоторфяные пожары, подобные тем, что произошли в 2010 году, Подмосковью больше не грозят. Например, заместитель председателя правительства Московской области Дмитрий Пестов утверждает: «Проведенные профилактические мероприятия гарантируют недопущение масштабных лесоторфяных пожаров, подобных произошедшим в 2010 году».

Сообщений, в которых звучит успокоенность по поводу отсутствия риска возникновения пожаров ввиду обводнения торфяников в Подмосковье, в СМИ можно найти довольно много. На самом деле это очень опасное заблуждение. В результате проведенных мероприятий по обводнению торфяников в некоторых районах несколько снижена пожарная опасность, в некоторых обеспечено более легкое тушение торфяных пожаров. Но в целом выполненные работы не существенно влияют на уровень пожарной опасности на осушенных торфяниках и брошенных торфяных месторождениях и вовсе не исключают возможность повторения катастрофических пожаров. Связано это вот с чем.

Во-первых, работы по обводнению торфяников проводились только на территории Московской области - у соседних регионов на них просто не было денег. При этом в других областях средней полосы и Северо-Запада европейской части России очень много осушенных торфяников. Главным образом задымление Москвы и ее окрестностей в 2010 году «обеспечили» не леса Подмосковья, а леса более удаленных регионов - Владимирской и Рязанской Мещеры, Среднего Поволжья. На ситуацию в этих регионах обводнительные работы, проведенные в Подмосковье, не повлияли никак. Да и в самой Московской области площадь осушенных торфяников составляет, по разным оценкам, 180-200 тыс. га, - гораздо больше, чем было обводнено.

Во-вторых, при обводнении предпочтение отдавалось тем способам и технологиям, которые подразумевали большие объемы земляных работ, включая строительство каналов, водоемов, плотин и других гидротехнических сооружений (что неудивительно при таких объемах финансирования). Упор был сделан не на восстановление саморегулирующихся болотных экосистем, а на искусственное регулирование уровня воды на торфяниках. После нынешней малоснежной зимы местами просто нечего искусственно регулировать.

В-третьих, обводнительные работы носили разный характер: где-то они подразумевали затопление крупных участков торфяников, а где-то, наоборот, реконструкцию старой осушительной сети с установкой гидрозатворов и созданием пожарных водоемов. Затопленные участки гореть действительно не будут, по крайней мере, пока не развалятся созданные для их затопления гидротехнические сооружения. А вот участки с реконструированной осушительной сетью, несмотря на новые гидрозатворы, могут гореть даже сильнее, чем до проведения работ по обводнению. Торф вдоль расчищенных каналов просыхает очень быстро и сильно, его тление может начаться от совсем незначительных источников огня (незначительного травяного пала, тлеющего ружейного пыжа, брошенного окурка).

В-четвертых, при обводнительных работах на торфяниках и на подступах к ним было построено большое количество технологических дорог, сделавших торфяники доступными для туристов, охотников, рыбаков и браконьеров благодаря образованию новых водоемов. Человеческий фактор является главной и, по сути, единственной причиной возгораний торфа (торфяные залежи, даже осушенные, не самовоспламеняются; бурты добытого и сложенного для просушки торфа самовоспламеняться могут, но редко, и их на подмосковных торфяных месторождениях осталось уже совсем мало).

А самая большая опасность для лесов с обводненными торфяниками связана с самоуспокоением уполномоченных органов власти. Многие чиновники вполне искренне полагают, что после таких масштабных и дорогих обводнительных работ торфяные пожары вряд ли возникнут. А вот на местах - в администрациях поселений, пожарных частях, лесничествах и так далее, как правило, понимают, что опасность никуда не исчезла, и если год опять будет засушливым, катастрофические торфяные пожары вполне возможны, но им будет трудно убедить в этом свое начальство. Скорее всего, во избежание возможных скандалов («Почему, потратив 5,5 млрд руб., безопасность торфяников так и не обеспечили?»), они будут вынуждены делать вид, что с торфяниками ничего серьезного не происходит. Возможно, торфяные пожары и будут тушить на ранних стадиях, но держать это будут в тайне, не указывая их в официальной отчетности и не обращаясь за дополнительными силами и техникой к соседям. Такой подход, особенно в экстремально сухой год, может не сработать - первые же торфяные пожары, обнаруженные весной этого года, показали, что очаги тления сейчас разрастаются и углубляются гораздо быстрее обычного.

В итоге, если лето будет сухим, самоуспокоение в сочетании со многими нерешенными проблемами в сфере пожарной безопасности на торфяниках может привести не только к такой же сильной задымленности столицы, как четыре года назад, но и к более серьезным последствиям.

Алексей ЯРОШЕНКО,
Гринпис России
forestforum.ru