Партнеры журнала:

Эксклюзив

Кто он, русский Роден?

Его звали Степан Дмитриевич Нефедов, но в мировую культуру он вошел под звучным псевдонимом Эрьзя. Художник и скульптор, он прославился своими деревянными работами в стиле модерн.

В соавторстве с Творцом

«Моисей»
«Моисей»

Природа подарила человеку ценный дар - дерево. Сначала люди просто укрывались в его тени и питались его плодами. Позже использовали, чтобы согреваться, готовить пищу и защищаться от врагов. Бревна и ветки на заре человечества служили людям инструментами, а также материалом для строительства жилья. Из древесины люди делали транспорт и покоряли сушу и море. Дерево помогло человечеству выжить.

Но были люди, которые стали делать из дерева предметы культа и просто красивые вещи. И хотя дерево не вечно, наверняка можно сказать, что это были изображения женщин, животных и фигуры божеств. В век прогресса привязанность человека к деревянным предметам на время ослабла. Но вскоре люди вернулись к этому природному материалу - на этот раз с еще большим почтением.

Скульпторы, освоив технику работы с металлом, камнем и гипсом, во все времена продолжали работать и с деревом. Ведь в нем можно найти спрятанный природой рисунок - узор или изгиб - и создать произведение искусства в соавторстве с самим Творцом.

Россия знала множество мастеров по дереву. Но лишь один из них был назван русским Роденом. Его жизнь считается одной из самых удивительных страниц в истории мирового искусства ХХ века. Фигура Эрьзи окружена ореолом тайны: он не писал мемуаров и не вел дневников. Небольшое исследование авторов В.Н. Кирсанова и Н.П. Головченко «Эрьзя в Алатырском Присурье» проливает свет лишь на малую часть его богатой биографии. Остальное рассказывают его работы.

О нем наш рассказ.

Спасение коровы и часовня на горе

«Женский портрет»
«Женский портрет»

Мастер родился 8 ноября 1876 года в селе Баево Алатырского уезда Симбирской губернии (сейчас это место называется Ардатовский район Мордовии). Псевдоним Эрьзя показывает принадлежность художника к небольшой финно-угорской этнической группе эрзя. Этот народ и его культура и вдохновили Степана Дмитриевича на творчество.

Он родился в семье крестьянина, и первые воспоминания Степана Эрьзи относятся к тому времени, когда ему было немногим более года. Тогда его родители переселились на новое место, но по неопытности построились слишком близко к реке - и в первое же весеннее половодье их затопило. Степан ясно запомнил бушующую реку, отца по пояс в воде и мать, спасающую корову... Это происшествие и возникшая паника сильно испугали мальчика. Некоторые исследователи считают, что шок, который Степан Эрьзя получил в раннем детстве, наложил отпечаток на всю его жизнь и отразился на его творчестве.

Первые уроки изобразительного искусства Степан получил в иконописных мастерских Алатыря. В этих краях особо почитали образ Николая Чудотворца, который первым из всех христианских святых заменил мордовского бога Паза.

Еще одно из немногих сохранившихся воспоминаний Степана Эрьзи рассказывает о его неудачной попытке использовать талант в коммерческих целях: «После окончания начальной школы я решил заняться лепкой скульптур. Километрах в сорока от нашей деревни была довольно высокая гора. На вершине ее стояла часовня в честь Николая Чудотворца. В часовне находилась деревянная скульптура этого святого. На поклонение туда приходило много богомольцев. И вот я задумал одно дело. Снял из глины форму скульптуры святого и начал повторять его в гипсе, раскрашивать статуэтки под дерево, как в часовне, и продавать. Однако платили за них очень дешево, а делать их стоило немало труда. Мое предприятие быстро лопнуло...»

Полумертвый от любви

После строительства железной дороги Степан перебрался в Казань, где после некоторых мытарств поступил в иконописную мастерскую П.А. Ковалинского. Расписав несколько церквей и соборов, юный художник оставил мастерскую и вернулся на родину, где увлекся, как он говорил, «настоящим искусством». Работал с натурой: писал пейзажи, портреты, деревенские бытовые сценки. Но художник чувствовал, что ему не хватает опыта и профессиональных знаний. В памяти постоянно возникали образы увиденных им произведений Врубеля, Репина и Архипова - работы этих художников Степан видел, когда ездил на Нижегородскую Всероссийскую выставку. К этому времени Степан Дмитриевич стал вхож во многие дома известных горожан - купцов, лесопромышленников и стал уважаемым человеком.

Бытует мнение, что Нефедов был совсем равнодушен к женщинам. Но одна скандальная любовная история в его биографии была. В частности, его отъезд из Казани был связан с романтической историей. В Алатыре Степан был знаком с некой женщиной - женой лесопромышленника Солодова. Теплые воспоминания о ней оставались в памяти Степана Дмитриевича на всю жизнь. Он проводил с ней много времени и ночевал у нее в доме, когда ее муж был в отъезде или загуле.

Об этом узнали родители Степана, из-за чего дома происходили частые скандалы. При этом муж возлюбленной художника поначалу не обращал на влюбленную парочку внимания, но злые языки сделали свое дело. Однажды слуга обманутого мужа ворвался к Степану в мастерскую и жестоко его избил. Полумертвого Степана убийца унес к реке - и бросил в кусты. Рано утром молодого человека нашли рыбаки, которые и отправили его в больницу.

Домой художник вернулся с разбитой головой и множеством ушибов. В семье Нефедовых случился скандал, после чего родители выдали сыну небольшую сумму денег и сказали, что на этом они прекращают поддерживать его. И Степан принял окончательное решение - переехал в Москву с твердым намерением продолжать учебу. С этого момента Алатырский край он будет посещать лишь в качестве гостя.

Москва - Венеция - Париж...

Именно в Москве Степан в знак любви к своему народу (а может быть, и из-за звучности) взял псевдоним - Эрьзя. Ремеслу скульптора мастер обучался в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, в мастерской С. Волнухина. С 1902 года Эрьзя посещал медицинский факультет Московского университета, где изучал анатомию человека. Через несколько лет Степан познакомился с итальянцем Тинелли. Они подружились, и последний пригласил его в гости в Италию.

В 1907 году, перед отъездом из России, Нефедов посетил Алатырь - он как бы попрощался с родителями, родственниками и знакомыми. У родителей оставил ряд своих скульптур, рисунков и живописных полотен. Со временем большая часть из них погибнет: бумага в хозяйстве всегда необходима, а стоит дорого...

Путешествуя по Италии, посещая знаменитые музеи и галереи, Степан Эрьзя знакомился с античной скульптурой, искусством эпохи Возрождения и барокко, приобщаясь к мировому художественному наследию (впоследствии он считался одним из самых образованных и профессионально подкованных скульпторов России начала ХХ века).

В 1909 году, в Венеции, молодой скульптор дебютировал на Международной художественной выставке - и работы «Последняя ночь осужденного перед казнью» и «Автопортрет» принесли ему успех.

После отъезда Степана Эрьзи в Европу родители ничего не знали о нем до 1911 года. О том, что сын получил признание в Париже и стал знаменит, они узнали из журнала «Солнце России».

Огромные окна с видом на Алатырь

Весной 1912 года мать Степана Мария Ивановна с племянником Василием поехали проведать сына в Париж. Она прожила там около месяца, и город ей не понравился: шумно, к тому же мать не могла видеть, как сын сорит деньгами, раздавая их направо и налево. Она и сообщила Степану, что местные власти предлагают открыть в Алатыре музей его работ и приглашают приехать на родину.

Вернувшись, мать Степана Эрьзи привезла с собой не только многочисленные подарки, но и много денег: на них Степан просил купить в Алатыре дом и перестроить его под мастерскую. Еще он просил сделать в доме большие окна - к таким мастер привык в Италии. Это было новшество для города. Дом был приобретен в центре Алатыря. Отсюда открывался величественный вид на Алатырское Присурье, где сливались две реки - Алатырь и Сура. Этот дом оставался в собственности Нефедовых до конца 1980-х годов.

Племянник Эрьзи, Василий, тем временем остался в Париже, учиться у дяди скульптуре и живописи. Эрьзе был необходим помощник, и он заметил способности и несомненный талант своего родственника. Василий прожил в Париже более года, а вернувшись в Алатырь, он передал властям письмо. В нем Эрьзя писал, что вернется, если ему предоставят надлежащее помещение для его работ. Племянник привез в Алатырь несколько полотен и скульптуру Христа работы Эрьзи, а также описание жизни скульптора в Италии до 1911 года.

В 1914 году власти Алатырского края прислали Эрьзе ответ: здание строится, возвращайтесь, чтобы лично наблюдать за строительством. Но началась Первая мировая война. Местные власти вынуждены были прекратить строительство дома для знаменитого уже в то время скульптора. В этом определенную роль сыграла и его политическая неблагонадежность.

Но Эрьзя тем не менее возвратился в Россию и жил в Москве до сентября 1926 года. Мастер регулярно участвовал в московских выставках, продолжал разрабатывать свой творческий метод, новые пластические принципы, открытые в итало-французский период.

По личной просьбе президента

Свое возвращение в Европу автор отметил выставкой в Париже. Но рассвет его мастерства и работоспособности произошел в далеком Буэнос-Айресе, где Эрьзя жил вплоть до 50-х годов.

Как это произошло и почему именно Аргентина, рассказал Михаил Ильяев, эксперт по творчеству Эрьзи. Степан Дмитриевич был популярен в знаменитых парижских салонах еще с 1913-го, и его работы охотно раскупали торговцы произведениями искусства. Однажды на выставку Эрьзи приходит посол Аргентины во Франции. Он был так потрясен талантом Степана, что стал просить его уехать в Аргентину - в то время самую цивилизованную страну американского континента. Тогда Эрьзя отказался, но сохранил с послом дружеские отношения.

Через пятнадцать лет, вернувшись в Париж, Степан узнал, что аргентинский посол стал президентом страны. И он все настойчивее продолжал уговаривать скульптора приехать к нему. Степан согласился. Его встречали с царскими почестями: пресса и богема обожали его, сыпались заказы, ему мгновенно выделили мастерскую. (А в это время в СССР чиновники внимательно следили за триумфом человека, которому на родине отказывали в реализации самых грандиозных проектов.)

Укрощение кебрачо

Именно в Аргентине скульптор обнаружил удивительное дерево кебрачо. Необычайно твердое - для работы с ним мастеру требовалась специальная бормашина. Этот материал - с выразительным рисунком, широким диапазоном цветовых оттенков и живописным своеобразием наростов - и определил особенности новой манеры Эрьзи.

Эффект от фактурности материала автор усиливал с помощью контраста необработанного дерева с тщательно отшлифованной поверхностью. За двадцать три года пребывания в Аргентине скульптор создал работы, многие из которых должны по праву войти в сокровищницу мирового искусства XX века.

В скульптуре ХХ века Эрьзя занимает особое место как создатель оригинальной концепции женского образа. Его архетип Венеры тесно связан с языческой мифологией мордвы («Монголка», «Эрзянская женщина», «Голова мордовки»).

Автор смело соединил древние этнические образы с традицией классической скульптуры и с современной европейской пластикой. Такая эклектика пришлась по душе лаконичной эпохе модерна.

Примечательно, что хорошо известного за границей Эрьзю мало кто помнил на родине. Но именно о ней все чаще думал стареющий скульптор...

Не покладая резца...

Степан Эрьзя вернулся в Советский Союз в 1950 году. Он привез на родную землю далеко не все свои произведения: немало работ мастера остались в музеях и парках Аргентины. В своей последней - московской - мастерской скульптор продолжал упорно трудиться.

Говорят, он боялся отложить резец хоть на мгновенье, ведь именно искусство всегда оставалось единственным смыслом его жизни.

Степан Эрьзя умер в 1959 году в своей мастерской. Его похоронили на родине, в Мордовии. Теперь здесь есть Музей изобразительных искусств им. Степана Дмитриевича Эрьзи. Здесь собрано более двухсот (!) произведений мастера. И это одно из главных достояний мордовского народа, так сказать, вклад Мордовии в мировое искусство.

Степан Эрьзя - один из тех мастеров, которые перебираются через границы и океаны, чтобы привнести в мир традиции своего народа. И ему это удалось.

Лиса СИМПСОН