Партнеры журнала:

Отрасль

Лес на бумаге

Что бывает, когда крупное лесоперерабатывающее предприятие строят в расчете на несуществующие лесные ресурсы

В 2005 году в пос. Мортка Кондинского района Ханты-Мансийского автономного округа было пущено крупное предприятие по производству плит MDF.

В строительство завода были вложены большие бюджетные деньги – предполагалось, что его деятельность внесет значительный вклад в диверсификацию экономики ХМАО (благополучие которого сейчас почти полностью зависит от нефти и газа) и позволит создать в Кондинском районе сотни новых рабочих мест.

Перспективы обеспечения этого предприятия древесным сырьем на бумаге выглядели (и выглядят до сих пор) безупречными – расчетная лесосека по Кондинскому лесничеству составляет по одним только рубкам спелых и перестойных насаждений почти 2 млн м3, в том числе почти 1,4 млн м3 – по лесам, считающимся продуктивными.

За 13 лет работы завод так и не смог выйти на запланированные объемы производства, в последние годы работал с большими убытками, умудрился провалить крупный и дорогой зарубежный контракт на поставку готовой продукции, а в марте 2018 года и вовсе был остановлен. Работу на предприятии потеряли или потеряют в ближайшем будущем почти 300 человек, сейчас региональные власти пытаются решить проблему их трудоустройства на предприятия других отраслей, прежде всего – нефтегазовой. Само предприятие пришло в упадок и без серьезной реконструкции-модернизации дальше работать не может, поэтому региональные власти уже планируют новый крупный инвестиционный проект по модернизации «Завода МДФ» в 2022–2026 годы.

Почему так получилось? Причин, скорее всего, несколько, одна из них: государство – плохой хозяйственник. Однако вполне очевидно, что на рентабельности работы предприятия не могли не сказаться проблемы с обеспечением сырьем. Производство плит MDF не очень требовательно к качеству древесного сырья, но для того, чтобы предприятие было экономически жизнеспособным, сырье должно быть доступным и дешевым. А в Кондинском районе дела с этим обстоят неважно: основную часть его территории занимают болота, а на значительной части незаболоченных участков – гари последних десятилетий. Теоретически запасы древесины, достаточные для долгосрочной работы «Завода МДФ» в районе есть и даже (на бумаге) с большим избытком, но на самом деле они рассредоточены на очень большой площади и к этим древостоям не проложены дороги. Предприятие, производящее относительно дешевую (в пересчете на кубометр используемого древесного сырья) продукцию, в таких условиях вряд ли могло рассчитывать на экономическую жизнеспособность. Чуда и не случилось – еще не старое предприятие, никогда не работавшее в полную силу, по сути, умерло.

Похожих случаев в истории российского леспрома было уже немало, но они, кажется, ничему не учат наших чиновников. Сейчас Минпромторг РФ готовит новую стратегию развития российской лесной промышленности на период до 2030 года, промежуточные версии которой основывались как раз на таком подходе к освоению лесов, который привел по сути к краху «Завода МДФ» в ХМАО – на строительстве новых крупных предприятий в районах, которые когда-то были (а на бумаге и до сих пор остаются) "многолесными".

Алексей Ярошенко
руководитель лесного отдела
Гринпис России