Русский Английский Немецкий Итальянский Финский Испанский Французский Польский Японский Китайский (упрощенный)

Партнеры журнала:

Персона

Владимир Петров: «Лесное дело поменяли на лесные отношения…»

Необходимость объединения в одном ведомстве всех вопросов лесного комплекса давно назрела

Пандемия коронавируса оказывает сильное влияние на все сферы жизни во всех странах. И последствия этого влияния будут долговременными, в том числе потому, что при дистанционном обучении качество образования серьезно страдает.

Владимир Петров

Сегодняшние студенты завтра придут в экономику и науку. В новых условиях на первом плане оказалась проблема безопасности общества, а, например, вопросы экологии и сохранения природы лишились необходимого внимания. К чему это приводит, корреспонденту журнала «ЛесПромИнформ» рассказал заведующий кафедрой лесной политики, экономики и управления Санкт-Петербургской лесотехнической академии профессор Владимир Петров.

– Владимир Николаевич, сегодня все подчинено противодействию пандемии коронавирусной инфекции. Насколько комфортным для вас как преподавателя вуза был переход на онлайн-технологии? Как вы относитесь к подобной практике, готовы ли использовать приобретенные навыки в обычных условиях?

– Переход на онлайн-технологии вынудил меня, как и для многих других преподавателей высшей школы, обеспечить современное техническое оснащение и устойчивую связь: звук, видео, скорость передачи данных. Но работа в онлайн-режиме требует не только устойчивой связи, но и устойчивой психики преподавателей и студентов. Практика показала, что не все готовы к такому формату общения, а образовательные отношения в этом формате приемлемы только в качестве запасного варианта. Живое общение преподавателя со студентом не заменит никакой, даже самый современный, компьютер. Я бы не хотел, чтобы мои дети и внуки получали образование дистанционно, в онлайн-формате.

Уверен, что полный переход на дистанционное общение со студентами приведет к снижению качества образования, а также к резкому и многократному повышению нагрузки на преподавательский состав. В связи с этим Минобрнауке необходимо пересмотреть нормы нагрузки и расценки преподавательской деятельности. Качество образования в последние годы и без того невысокое. Основная причина – огромные потоки бумагооборота, в которых мы тонем, – не остается времени на творчество, совершенствование педагогического мастерства. Проверяющие государственные органы от образования не обращают внимания на содержание лекционных курсов, не анализируют их связь с производственными нуждами. Главное – наличие того или иного документа, но это тупиковый путь, остановка развития.

– Удовлетворены ли «лесники» принятым Лесным кодексом РФ по прошествии более 10 лет?

– Лесной кодекс РФ 2006 года войдет в историю лесного законодательства как законодательный акт, окончательно разрушивший лесное хозяйство и, следовательно, экономику лесохозяйственного производства, или лесную экономику. Напомню, что лесохозяйственное производство представляет собой непрерывный, циклически повторяющийся процесс, от посева и посадки, ухода за лесонасаждениями, сохранения лесов до рубки лесных насаждений. А с введением Лесного кодекса лесохозяйственное производство заменили освоением лесов. В кодексе зафиксированы две новые экономические модели: государственная экономика продаж и экономика освоения лесов. Обе не имеют ничего общего с устойчивым управлением лесами, их сохранением и повышением качества лесных насаждений. Государство как собственник лесных ресурсов превратилось в монопольного, крупнейшего в мире продавца лесных ресурсов. Получаемая от продажи рента не сопоставляется с затратами на лесное хозяйство. Лесное дело поменяли на лесные отношения, число работников лесного хозяйства резко сократилось.

Экономика освоения лесов – разновидность оккупационной экономики, в которой главной целью является получение прибыли, а основной задачей – взятие разнообразных лесных полезностей, невзирая на экологические и социальные последствия. В связи с этим вспомнилась фраза И. Мичурина: «Мы не можем ждать милостей от природы. Взять их у нее – наша задача». Эти слова, сказанные в 30-х годах прошлого века, нашли отражение в современном российском лесном законодательстве. Основным, а может и единственным, производственным фактором в лесной экономике по-мичурински осталась природа, человек же с профессиональными лесными знаниями оказался практически не востребованным.

– Какие изменения лесного законодательства необходимы?

– Изменения должны быть по двум направлениям. Первое – написание рамочного федерального лесного закона, второе – подготовка полноценных лесных законов на уровне субъектов Российской Федерации. Такой подход наиболее полно отражает суть конституционной нормы о совместном видении федеральным центром и регионами вопросов лесного законодательства. Это понимают все, кто хочет изменить ситуацию в лесном хозяйстве и лесной промышленности к лучшему. Не может быть единого лесного закона для всех лесов России. Это противоречит здравому смыслу.

– Раньше вы неоднократно высказывались за приватизацию лесов. Изменилось ли ваше мнение теперь?

– Действительно, с 1997 года, я провожу мониторинг общественного мнения о возможности появления, или возрождения, в России частной собственности на леса. Ежегодные опросы фиксируют мало сторонников введения частной собственности: 10–15%. Основная причина непринятия – личный исторический опыт отрицательной социальной эффективности и отсутствия выгоды каждого в результате приватизации государственного имущества в начале 90-х годов. Роль лесов в жизни человека велика, лес – основа качества жизни каждого.

Мое мнение: приватизация лесов возможна после создания необходимых экономических и социальных условий. Пока таких условий нет. Те, кто думает иначе, ошибочно сравнивают свои дачные участки с лесными, а это не одно и то же.

– Как экономист, чем вы объясняете низкую рентабельность леспрома в России? А как обстоят дела за рубежом?

– Рентабельность деятельности отечественных лесозаготовителей немногим ниже показателя зарубежных предпринимателей. Кафедра лесной политики, экономики и управления проводила специальное научное исследование этого вопроса по заказу профильного комитета Государственной думы. Мы пришли к выводу, что по рентабельности в лесном бизнесе все находятся примерно на одном уровне. Этот уровень для законопослушных, легальных, предпринимателей во всех странах невысок: 3–5%. Я говорю только о рентабельности лесозаготовок, без их экономической связи с лесопилением или другими производствами. Основные причины – зависимость от природных явлений, длительный производственный процесс, дорогостоящая лесозаготовительная техника, увеличение совокупных затрат, опережающее рост цен на древесину, и др.

Поэтому заявления некоторых авторов в медиапространстве о невероятно высоких ценах на лес на корню «у них» и в разы меньших «у нас» не более чем популизм, направленный на снижение имиджа государственных органов управления лесами и лесного бизнеса.

– Какие шаги необходимы, чтобы улучшить ситуацию? И кто их должен сделать?

– Повышение эффективности лесного бизнеса многие связывают с созданием нового, самостоятельного, министерства. Это ошибочное мнение. А вот с точки зрения повышения эффективности государственного управления лесным сектором давно назрела необходимость объединения в одном ведомстве всех вопросов лесного комплекса. Все полномочия по лесному хозяйству и лесой промышленности целесообразно делегировать одному федеральному органу исполнительной власти. Сегодня эти полномочия размыты между Минпромторгом, Рослесхозом, Минприродой и другими ведомствами. Будем надеяться, что создание единого лесного ведомства не обернется для лесного бизнеса новыми административными обременениями.

– В одной из своих научных работ вы отметили, что РФ, будучи собственником значительных лесных ресурсов мира, не получает платы за экосистемные услуги. Насколько вероятно введение такой платы посредством международных договоров и соглашений в обозримом будущем?

– При сложившейся ситуации в мире Россия, как основной поставщик лесных экосистемных услуг, вряд ли может рассчитывать на заключение договоров и соглашений о возмездном оказании таких услуг. Пандемия коронавируса резко изменила парадигму мышления, выдвинув на передний план вопросы самосохранения как отдельно взятого человека, так и целых государств. Сегодня мы видим развитие мировых процессов экономической и политической изоляции как по объективным, так и по субъективным причинам. Вопросы сохранения природы, к сожалению, отодвинуты на второй план. Но это временно, ненадолго, ведь человек тоже часть природы.

Текст Мария Алексеева