Русский Английский Немецкий Итальянский Финский Испанский Французский Польский Японский Китайский (упрощенный)

Партнеры журнала:

В центре внимания

Ускорение реализации проектов интенсивного использования и воспроизводства лесов в Российской Федерации

Ключевой проблемой российского лесного хозяйства является низкая степень интенсификации использования лесов. Ежегодный прирост лесов в России и бывших советских республиках (Белоруссии, Латвии, Эстонии) отличается в 1,5–2 раза – к сожалению, не в пользу России.

Ежегодный прирост леса в Финляндии, где используется интенсивная модель ведения лесного хозяйства, составляет 3,4 м3/га в год, а в аналогичных почвенно-климатических условиях в Карелии – 1,5 м3/га в год. Поскольку более интенсивное лесное хозяйство приводит к повышению доли дорогостоящих сортиментов (пиловочника), доход с 1 га интенсивно используемого леса в 5–6 раз больше дохода с 1 га обычного леса.

Успех госполитики в сельском хозяйстве связан прежде всего с мероприятиями по стимулированию эффективного использования земли, повышению экономической отдачи с единицы площади и внедрению интенсивных моделей производства. В результате Россия впервые полностью обеспечила себя продовольствием, превратилась из его импортера в крупнейшего экспортера. А в лесном хозяйстве интенсификация развивается крайне слабо из-за фактического отсутствия господдержки.

По данным Счетной палаты РФ, в 2019 году в федеральный и региональные бюджеты поступило 34,5 млрд руб. за использование лесов, при этом было заготовлено 219 млн м3 древесины. Средняя фактическая плата за 1 м3 заготовленной древесины составила примерно 157 руб. Объем незаконной, или «серой», заготовки в России оценивается в 35 млн м3 в год. Из-за этого бюджеты всех уровней недополучили примерно 5,5 млрд руб. лесных платежей. Но если бы интенсивная модель ведения лесного хозяйства была распространена хотя бы на 25% лесов, находящихся в настоящее время в аренде, государство получало бы дополнительно от 80 до 110 млн км3 леса в год, которые могут обеспечить дополнительно 12,5–17,2 млрд руб. платежей ежегодно. Экономический и социальный эффект от внедрения интенсивной модели лесного хозяйства в 2–3 раза выше, чем от любых других мер по совершенствованию лесных отношений.

Программа интенсивного использования и воспроизводства лесов (ИИВЛ) была принята на уровне Рослесхоза в 2015 году. И выполняется, не в пример Финляндии или Латвии, при минимальной поддержке Минприроды или Рослесхоза за счет усилий энтузиастов – компаний-арендаторов. К их числу относятся группа «Илим», Mondi, International Paper, IKEA, Metsä Group и с недавних пор «Сегежа». За пять лет площадь лесов, в которых в полной мере применяется модель ИИВЛ, вряд ли достигла даже 1 млн га. Для внедрения интенсивной модели хотя бы на 50 млн га (менее 30% от 173 млн га лесов, уже переданных в аренду для заготовки древесины) такими темпами потребуется около 250 лет! В то же время в Финляндии и странах Балтии переход на интенсивную модель произошел в течение 15–20 лет. Налицо явное отставание в лесохозяйственной политике!

Различные барьеры на пути ИИВЛ по-прежнему весьма серьезные. Внедрение ИИВЛ по-прежнему осуществляется почти исключительно усилиями бизнеса, что не соответствует парадигме государственно-частного партнерства при внедрении прогрессивных процессов и технологий в других отраслях народного хозяйства. Главным риском для бизнеса, даже крупного, является отсутствие гарантий возврата инвестиций в повышение качества и стоимости лесного участка при применении ИИВЛ, в частности возврат (частичный) стоимости инфраструктуры и магистральных лесных дорог. Для массового внедрения ИИВЛ это существенный риск, который может привести к тому, что ИИВЛ станет эксклюзивной системой для нескольких очень крупных компаний. Но такой исход, по всей видимости, противоречит идеологии ИИВЛ, согласно которой в среднесрочной перспективе все более или менее значительные арендаторы должны перейти на такую систему, как это произошло в Швеции и Финляндии.

Другим риском внедрения ИИВЛ является непринятие или неполное принятие нормативных документов лесного хозяйства, которые необходимы для ИИВЛ в стране. К ним относятся изменения порядка исчисления расчетной лесосеки в средневозрастных насаждениях, дополнения в договоры аренды, изменение подходов к планированию и проведению лесохозяйственных мероприятий, например проведение рубок по достижении среднего целевого диаметра, изменение подхода к формированию лесных платежей и т. д.

Для ускорения внедрения ИИВЛ и снижения барьеров при развитии этой модели предлагаем следующее:

  1. Возобновить деятельность рабочей группы «Интенсификация лесного хозяйства» в рамках Рослесхоза или Минприроды РФ.
  2. В рамках рабочей группы «Интенсификация лесного хозяйства» рассмотреть целесообразность предоставления арендаторам лесного фонда, внедряющим ИИВЛ, скидки по арендной плате за использование лесов по примеру скидок при реализации приоритетных инвестпроектов в области освоения лесов – для компенсации стартовых затрат на проекты ИИВЛ.
  3. Принять дорожную карту нормативно-правовых актов (НПА) по интенсификации лесного хозяйства.
  4. Рассмотреть предложения компаний по переходу на арендную плату за единицу площади лесов, а также по переходу к назначению финальных рубок с ограничения по возрасту лесонасаждения – на ограничения по среднему диаметру стволов в лесонасаждении.
  5. Принять решение о разработке и реализации на основе государственно-частного партнерства программы обучения и повышения квалификации в области ИИВЛ, создании лесных демонстрационных объектов.
Нормативно-правовые акты, нуждающиеся в доработке для внедрения интенсивной модели использования и восстановления лесов
Нормативно-правовые акты, нуждающиеся в доработке длявнедрения интенсивной модели использования и восстановления лесов

Текст Андрей Птичников, канд. геогр. наук, ст. науч. сотр. Института географии РАН
Евгений Шварц, д-р геогр. наук, вед. науч. сотр. Института географии РАН, заслуж. эколог РФ