Русский Английский Немецкий Итальянский Финский Испанский Французский Польский Японский Китайский (упрощенный)

Партнеры журнала:

В центре внимания

«Зеленое» будущее лесного сектора во власти науки и образования

В послании Федеральному собранию 21 апреля 2021 года президент Российской Федерации Владимир Путин объявил о новых комплексных подходах к развитию основы основ экономики – энергетики, включая новые решения в сфере атомной генерации, перехода к водородной энергетике, создания с целью противодействия изменениям климата отрасли по утилизации углеродных выбросов. .

Для адаптации отраслей и производств к глобальному энергопереходу с конечной целью создания «зеленой» экономики правительство Российской Федерации начало активно готовить прогноз результатов технологической трансформации экономики на период до 2050 года с увязкой долголетней стратегии с текущей деятельностью.

Главной задачей прогноза развития национальной экономики в условиях глобального энергоперехода становится устранение рисков, вызванных как изменением климата, так и внешними факторами, формирующими климатическую политику в США, Китае и странах Европейского Союза, в частности инициативой последнего по защите своего рынка от «грязных» товаров с углеродным следом. Отрасли, призванные участвовать в названном широкомасштабном проекте, будут обязаны представить условия, необходимые им для конвертации существующих видов деятельности в иные, востребованные не только экономикой, но и природой и обществом. .

В первую очередь речь пойдет об их ресурсном обеспечении на временных горизонтах 2030 и 2050 годов. Лесной сектор1, объединяющий лесную промышленность и лесное хозяйство, должен своей деятельностью задать новый технологический вектор развития, с тем чтобы перенести на свое будущее зеленую окраску, позаимствовав ее у природного богатства – леса. .

Воспользуемся для оценки стартовых условий вхождения лесного сектора в «зеленую» экономику информацией, которую предоставляет Стратегия развития лесного комплекса Российской Федерации до 2030 года, утвержденная распоряжением Правительства РФ от 11.02.2021 №312-р. В Стратегии сохраняется монопольное положение лесной промышленности в лесном комплексе в качестве заказчика и потребителя ресурсов (природных, финансовых, трудовых и интеллектуальных), несмотря на то что редакция документа претерпела значительные изменения в сравнении с его вариантом, утвержденным правительством 20 сентября 2018 года под номером 1989-р. Новое утверждение отраслевой стратегии стало следствием осознания федеральными властями «несправедливости» отношений между лесной промышленностью и лесным хозяйством при доступе к производственным ресурсам и распределению доходов. .

Стратегия выводит лесной сектор на горизонт 2030 года с оптимизмом в оценке результатов, выраженных увеличением вклада лесного комплекса в валовый внутренний продукт с 0,5 до 1% при росте занятости с 500 тыс. до 820 тыс. человек. .

Оптимистичной представляется и оценка будущего сырьевого потенциала российских лесов, выраженная двумя ключевыми показателями: площадью восстановленных после рубки лесов и лесистостью территории страны. Вместе с тем обделенными вниманием разработчиков Стратегии оказались две проблемы, которые определяют не только вектор, но и скорость движения лесного сектора к «зеленой» экономике. Речь идет о готовности лесного хозяйства войти в климатическую политику и об обеспеченности лесного сектора интеллектуальными ресурсами, способными не только производить новые знания, но и наделять ими тех, кто на рабочих местах будет осуществлять многоцелевое использование лесов при балансе экономических, экологических и социальных целей. .

Двухстраничный раздел Стратегии, посвященный климатической политике, не содержит ни сценариев, ни мероприятий, направленных на установление правовых и институциональных отношений климата и леса к взаимной экономической выгоде обоих. Этот казус стратегии объясним и может быть оправдан новизной проблемы, к решению которой власти приступили только после подписания Российской Федерацией Парижского соглашения по климату в 2016 году. .

Более ответственных объяснений разработчиков Стратегии потребует их отношение к лесной науке и образованию, которые должны стать основными драйверами предстоящей технологической революции. .

Приведем оценку состояния лесной науки и образования в документе: .

«Недостаточный уровень материально-технического, научного и кадрового обеспечения. Работающий парк машин и оборудования имеет большой износ, а зачастую морально устарел. .

Ухудшается ситуация с кадрами, в первую очередь в части лесного хозяйства. Около четверти специалистов не имеют профильного лесохозяйственного образования. Ситуация вызвана низким уровнем оплаты труда, низким престижем профессии. .

Продолжается сокращение численности научных исследователей, работающих в образовательных и научных учреждениях. .

Разрушена действовавшая ранее система опытных предприятий, испытательных станций и полигонов, опытных лесничеств. .

Финансирование лесных научных исследований и разработок не превышает 0,1% валового внутреннего продукта, создаваемого в лесном комплексе2». .

За такой критической оценкой состояния дел в лесной науке и образовании, по логике документа стратегического планирования, должен был последовать план мероприятий, призванный не только остановить негативные процессы, но и создать условия для устойчивого управления лесным богатством страны путем привлечения в лесной сектор интеллектуальных ресурсов. .

К сожалению, в Стратегии отсутствует план мероприятий по развитию лесной науки и образования с указанием в нем исполнителей, сроков исполнения, финансовых ресурсов и ожидаемых результатов. Вместо него даны безадресные рекомендации, что делает затруднительной оценку готовности лесного сектора к энергопереходу и «зеленой» экономике. .

Следствием недооцененной разработчиками Стратегии роли науки и образования является отсутствие в числе ключевых показателей развития лесного комплекса в инерционном, базовом и стратегическом сценариях (Приложение 1) таких показателей, как объем финансирования научных исследований, экономический эффект от внедрения научных разработок, численность научных работников, число подготовленных бакалавров и магистров по направлениям с лесной специализацией. Место этих показателей заняли ранее неизвестные индикаторы, такие как число активных пользователей в ЛесЕГАИС и число граждан, участвовавших в охране, защите и воспроизводстве лесов (в том числе в тушении лесных пожаров, посадке леса, очистке лесов, охране лесов от правонарушений, деятельности школьных лесничеств). .

Отсутствие среди ключевых результатов реализации Стратегии показателей, оценивающих научное и кадровое сопровождение лесного сектора, по всей вероятности, объясняется желанием разработчиков уйти от сравнения современного состояния лесной науки и образования, контрастирующего с их состоянием в недавнем советском прошлом. .

Воспроизведем это прошлое с помощью ограниченного набора показателей не для агитации за возврат в него, а для иллюстрации результатов государственной политики с приоритетом науки и образования в развитии национальной экономики. .

В 1960–1980-е годы отраслевая лесная наука в условиях централизованно планируемой экономики была представлена на союзном уровне 11 научно-исследовательскими и шестью проектными институтами с общей численностью работников 10–12 тыс. человек. Объем финансирования отраслевой науки по отношению к валовому внутреннему продукту в ценах того времени превышал 1,5%. Эффективно работала вузовская и отраслевая аспирантура, обеспечивавшая подготовку научно-педагогических кадров для лесного комплекса. .

Результаты научных исследований успешно применяли на практике выпускники девяти институтов с лесной специализацией, расположенных на территории Российской Федерации. .

Отраслевая лесная наука наших дней представлена пятью научно-исследовательскими организациями со штатной численностью работников 320 человек, учредителем их является Федеральное агентство лесного хозяйства (Рослесхоз). .

Партнер Рослесхоза по лесному комплексу – Министерство промышленности и торговли, несмотря на большой вклад лесной промышленности в статистку валового внутреннего продукта, устранилось от государственного финансирования научных исследований, переложив эту ответственность на частный бизнес и другие государственные институты. Лесной науке в части ее биологической и природоохранной составляющих удалось сохранить свои позиции лишь благодаря включению в систему Российской академии наук, в ней успешно работают академические институты на федеральном и региональном уровне. .

Наибольшие потери в сравнении с советским прошлым понесла вузовская (ныне университетская) наука. Университеты с лесной специализацией не вошли в привилегированные по условиям финансирования науки категории федеральных и научно-исследовательских университетов, за исключением Северного (Арктического), в прошлом Архангельского лесотехнического. .

Снижение объемов производимых университетской наукой знаний не замедлило сказаться на снижении качества лесного образования, способствовало этому и привлечение к подготовке лесных специалистов большого количества университетов, история которых не привязана ни к лесному делу, ни к лесной науке. В 2020 году вклад 42 университетов в подготовку кадров по четырем направлениям лесного профиля составил выпуск 6045 бакалавров и 2427 магистров. .

Анализ приведенных результатов заставляет задуматься над двумя вопросами: оправдано ли сложившееся соотношение числа бакалавров и магистров при состоянии рынка труда в лесном секторе в части «справедливого» трудоустройства более «дорогих» в обучении магистров, и способно ли высшее образование при ограниченном присутствии или даже отсутствии в нем науки подготовить магистров как обладателей узкоспециализированных теоретических знаний, необходимых при трудоустройстве в научных и образовательных учреждениях? .

Как у сторонника двухуровневой системы высшего образования, у меня нет утвердительного ответа на эти вопросы. Такие ответы можно дать, только когда лесной сектор пройдет технологическую трансформацию отраслей и производств, которую невозможно осуществить силами кадров без должного научного сопровождения. .

Первоочередной задачей на старте технологической революции должно стать утверждение долгосрочного прогноза развития лесного сектора в новой парадигме, отличной от заданной целеполаганием Стратегии развития лесного комплекса Российской Федерации до 2030 года. Новая парадигма должна быть основана на многоцелевом использовании лесов и партнерских равноправных отношений входящих в лесной сектор отраслей и производств, исключающих длившееся более 100 лет монопольное положение лесной промышленности в формировании лесной политики. В парадигме «зеленой» экономики многоцелевое использование лесов с гарантией их воспроизводства перестанет быть философией, абстрактным лозунгом, а будет программой для принятия политических, законодательных и административных решений. Вектор движения лесного сектора к «зеленой» экономике должен быть задан ключевыми показателями его деятельности на старте технологической трансформации и после нее. Это следующие показатели: .

  1. Объемы производства традиционных видов продукции при заготовке и переработке древесины с использованием безотходных технологий. .
  2. Объемы производства лесной продукции на базе технологий, утилизирующих твердые, жидкие и газообразные отходы. .
  3. Объемы сокращения выбросов парниковых газов отраслями и производствами лесного сектора. .
  4. Создание и освоение рынком новых видов продукции как следствие технологической модернизации и ухода от углеводородной энергетики. .
  5. Объемы поглощения парниковых газов лесными экосистемами при реализации лесоклиматических проектов. .
  6. Объемы инвестиций (государственных и частных), привлекаемых для осуществления безотходного производства и утилизации отходов при использовании древесных ресурсов. .
  7. Объемы инвестиций (государственных и частных), привлекаемых в лесное хозяйство путем реализации климатических проектов с оплатой услуги лесов по поглощению парниковых газов. .
  8. Вклад лесов в продовольственную безопасность страны и повышение доходов населения при использовании пищевых лесных ресурсов, за счет охоты и рыболовства. .
  9. Показатели состояния лесов при сбалансированном выполнении экономических, экологических и социальных функций. .
  10. Количество рабочих мест, исключающих применение ручного труда и нарушение правил техники безопасности. .
  11. Объемы финансирования (государственного и частного) научных исследований по отношению к стоимости продукции и услуг при многоцелевом использовании лесов. .
  12. Обеспеченность отраслей кадрами с высшим и средним профессиональным лесным образованием. .
  13. Научные достижения, удостоенные государственных наград и международного признания. .

Гарантией успеха при достижении ключевых показателей должно стать научное и кадровое сопровождение всех заявленных в прогнозе мероприятий. На этом направлении у разработчиков прогноза неизбежно возникнет необходимость дифференцированной оценки потенциала лесной науки – академической, университетской и отраслевой, с предварительным отделением разного рода имитаций и новаций. .

Органы государственной власти, отвечающие за политику в области науки и образования в лесном секторе, должны создать экспертную группу с полномочиями проведения аудита проведенных научных исследований с документальным подтверждением полученных результатов. Исполнители научных работ также должны представить экспертной группе планы их развития до горизонта 2030 и 2050 годов в привязке к направлениям, установленным вышеперечисленными ключевыми показателями. .

В заявках на продолжение научных исследований должны быть приведены (безотносительно организаций-исполнителей) следующие показатели: .

  • объемы финансирования по годам, в том числе на развитие материально-технической базы; .
  • численность вовлеченного в исследования персонала, в том числе научных сотрудников; .
  • полученные результаты, подлежащие оценке при внешнем аудите; .
  • соответствие полученных результатов на стадии внедрения стандартам «зеленой» экономики. .

Проведенные с участием профильного частного бизнеса мониторинг и экспертиза научных исследований должны стать основой для создания научного и кадрового блока в составе долгосрочного прогноза технологической модернизации лесного сектора для создания «зеленой» экономики. .

На заключительном этапе подготовки этого блока разработчикам прогноза предстоит принять политическое решение о приоритетах развития упомянутых трех форм организации науки. И речь здесь должна идти не только о выделении академической, отраслевой и университетской науке государственного финансирования, но и о создании механизмов, позволяющих распорядиться в интересах настоящего и будущего полученными научными знаниями посредством профессионального образования и подготовки научно-педагогических кадров. .

Отечественный и зарубежный опыт развития лесной науки и образования позволяют создать с помощью законодательных и административных решений условия, при которых академические, отраслевые и университетские научные организации будут не только конкурировать в стремлении получить финансирование, но и успешно взаимодействовать, решая ключевые проблемы. .

В сфере ответственности академической науки должно быть исследование крупномасштабных процессов в лесах России и решение фундаментальных и прикладных проблем, включая сохранение биологического разнообразия, оптимизацию лесопользования, моделирование лесообразовательного процесса. Ведущая роль в плане организации академической науки должна принадлежать учреждению Российской академии наук – Центру по проблемам экологии и продуктивности лесов и Научному совету по лесу под эгидой отделения биологических наук РАН. .

За отраслевой лесной наукой останется продвижение результатов теоретических исследований в производство через их конвертацию в технологии, машины и механизмы, новые продукты, программное и цифровое обеспечение. Чтобы решить эту задачу, отраслевая наука должна восстановить свое присутствие в лесных отраслях созданием экспериментальных производств, опытных хозяйств, научных полигонов. Связующим звеном между фундаментальными и прикладными исследованиями должна стать университетская (бывшая вузовская) наука. Разработчикам прогноза предстоит нелегкая задача возродить ее как наиболее пострадавшую ввиду субъективных и объективных обстоятельств. .

При оценке приоритетов развития университетской науки необходимо учитывать ее двойную миссию: производство и накопление знаний для технологической модернизации отраслей и производств и развитие интеллектуальных ресурсов как главного богатства страны в условиях глобальной конкуренции национальных экономик. Именно интеллектуальная составляющая результатов науки сделала ее основой университетского образования в США и странах Западной Европы, где бюджеты университетов формируются привлечением финансовых средств на образовательную и научную деятельность в равной пропорции. .

Магистры и аспиранты, участвующие в научных исследованиях в качестве исполнителей в составе коллективов, получат квалификацию, отличную от той, которую даст им существующая система образования, когда научная работа подменяется аудиторными занятиями и конкурсами, проводимыми по любым поводам. Как следствие, университеты смогут создавать и развивать научные школы с преемственностью поколений, что является залогом будущих научных достижений. .

Такое направление развития университетов демонстрирует не только зарубежный, но и отечественный опыт, к которому я причастен как проректор по научной работе и заведующий кафедрой экономики лесной промышленности и лесного хозяйства Ленинградской лесотехнической академии в 1970–1980-х годах. .

В конце 1970-х годов Лесотехническая академия вошла в состав хозрасчетного научного объединения, которое было создано республиканским министерством высшего и среднего специального образования с целью объединения научного потенциала ведущих отраслевых вузов для решения крупных народнохозяйственных задач. Ведущим вузам в составе объединения была предоставлена определенная (возможная по тем временам) автономия в сфере привлечения финансовых средств и распоряжения им. Лесотехническая академия была единственным в объединении вузом с лесной специализацией. Московский лесотехнический институт оставался в подчинении союзному Министерству высшего и среднего специального образования. .

Признание за академией ведущего положения среди лесных вузов было следствием ее достижений в области фундаментальных и прикладных исследований на национальном и международном уровне. Лесную науку в ней представляли восемь проблемных лабораторий с бюджетным финансированием, три отраслевые лаборатории и более 100 хоздоговорных исследований. Годовой объем финансирования научных исследований с бюджетным и хоздоговорным финансированием составлял около 5 млн руб., в действующих ценах это эквивалентно 600–700 млн рублей. .

Как следствие, вклад науки в доходную часть бюджета академии превышал 30%. Научными исследованиями наряду с преподавателями, аспирантами и студентами занимались более 300 штатных сотрудников лабораторий и других научных подразделений. .

В академии эффективно работала аспирантура, обеспечивавшая по заданию республиканского министерства подготовку педагогических и научных кадров для периферийных вузов. При годовом выпуске 50–60 аспирантов 80% защищали диссертационные работы в установленный трехлетний срок. .

Студенты академии становились победителями союзных, республиканских и городских олимпиад. .

Ставший достоянием истории опыт лесотехнической академии в области объединения науки и образования может послужить основой государственной политики по мобилизации интеллектуальных ресурсов для становления в лесном секторе «зеленой» экономики. На этом направлении эффективным административным решением может стать создание исследовательского консорциума, представляющего собой объединение университетов и отраслевых научных организаций в партнерстве с частным бизнесом. .

Миссию головной организации консорциума должен взять на себя университет с лесной специализацией, демонстрирующий достижениями лидерство в разработке и внедрении передовых технологий и инноваций в развитии лесного сектора. Ответственность организаций – членов консорциума за научные результаты должна устанавливаться программой, являющейся частью долгосрочного прогноза технологической модернизации отраслей лесного сектора. .

Специализация университетов на проведении исследований в определенных областях лесной науки должна стать основой для закрепления за ними подготовки магистров по соответствующим образовательным направлениям и профилям. Такое решение исключит подготовку магистров при отсутствии для них возможности непосредственно участвовать в научных исследованиях. Аналогичным образом должна быть организована подготовка аспирантов и докторантов с их обязательным участием в научных темах по программе консорциума. Объединение финансовых и интеллектуальных ресурсов университетов с лесной специализацией и отраслевых научных организаций должно стать первым шагом на пути движения лесного сектора к стандартам «зеленой» экономики. .

В своем «зеленом» будущем лесной сектор России имеет все условия, чтобы стать своего рода моделью для демонстрации выгод от энергоперехода при балансе экономических и экологических целей в отраслевом развитии. .

Текст Анатолий Петров, д-р экон. наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ