Русский Английский Немецкий Итальянский Финский Испанский Французский Польский Японский Китайский (упрощенный)

Партнеры журнала:

Кадры

За образование, продвигающее в лесное дело таланты!

Заметки профессора с 45-летним стажем

Квалификации бакалавра с лесохозяйственной специализацией, полученной на базе действующих программ подготовки, по объему знаний и навыков достаточно для выполнения требований, заданных административными регламентами исполнения государственных функций и предоставления государственных услуг.

Педагогическую деятельность я начал в Лесотехнической академии, в должности ассистента экономической кафедры на отделении повышения квалификации руководящих работников и специалистов лесной промышленности. Отделение было создано для кадрового сопровождения экономической реформы 1965 года, вошедшей в историю как косыгинская, по имени А. Н. Косыгина, председателя Совета министров СССР. Аудитория, представленная директорами леспромхозов и их заместителями, потребовала от меня знаний, которые отсутствовали в учебниках и учебных пособиях.

Знания формировались на «уроках» изучением нормативных документов, сопровождавших реформу, и интуицией, приобретенной во время обучения в аспирантуре при реферировании научной литературы. Эффект обучения был достигнут в результате замены монолога при чтении конспекта лекций диалогом со слушателями, в котором обе стороны решали свои задачи, приобретая и создавая знания соответственно.

Проводя занятия со студентами инженерных и экономического факультетов, я распространял приобретенный опыт диалоговой подачи знаний на чтение лекций. Напомню, что это было время, когда в отсутствие технических средств моими помощниками были только план лекции, доска и куски мела. Лекция сопровождалась запланированными паузами, во время которых я общался с аудиторией, обращаясь с вопросами к студентам, отобранным методом случайной выборки, или призывая их спрашивать меня о чем-то.

Форма подачи материала, при которой студенты становились активными участниками учебного процесса, позволила мне выявить с известной степенью условности присутствие в аудитории двух категорий обучаемых. К первой, многочисленной, относятся студенты, удовлетворенные набором знаний, предлагаемым учебными программами и учебниками. Осваивать эти знания заставляла неизбежность предъявления их при выполнении контрольных работ и курсовых проектов, а также при сдаче зачетов и экзаменов.

Студенты второй категории отличаются любопытством, интересом к информации, отсутствующей в учебных программах и учебниках. Любопытство проявляется в вопросах, обращенных к преподавателю на лекции и после нее, а также в дискуссиях на практических занятиях. Это наблюдение убедило меня в необходимости предоставлять двум категориям студентов дифференцированное по объемам и структуре знаний образование, соответствовавшее требованиям профессиональных стандартов. В первую очередь речь шла об удовлетворении запроса любопытных, талантливых студентов на получение расширенных знаний, и не в перерывах между лекциями, а на постоянной легальной основе.

В такой оценке советского высшего образования я был не одинок.

Осознали необходимость дифференцированного образования и органы государственной власти, ответственные за высшее образование на союзном и республиканском уровнях, когда в 1980-х годах была объявлена кампания по поиску талантов среди студентов путем их вовлечения в научно-исследовательскую работу. Кампания проводилась без привлечения дополнительных финансовых средств, в расчете на энтузиазм преподавателей и студентов. В сложившейся ситуации, следуя опыту проведения многочисленных административных преобразований, руководство вузов возложило ответственность за вовлечение студентов в научно-исследовательскую работу на факультеты и кафедры, предоставив последним свободу действий при отсутствии бюджетных денег.

Свобода не подвела – при возглавляемой мною кафедре из любознательных талантливых студентов IV и V курсов была создана целевая группа «студентов-исследователей». В нее вошли исполнители хоздоговорных научных тем, а также готовившие дипломные работы на материалах проблемной экономической лаборатории по комплексному использованию низкосортной древесины и отходов. Зачисление студентов в целевую группу проводилось на основании решения кафедры, и каждый получал научного консультанта из числа штатных преподавателей или аспирантов при их согласии. Обучение студентов-исследователей проводилось по специальной программе, материализованной в изданном учебном пособии «Основы научных исследований».

Деятельность кафедры по привлечению студентов к научно-исследовательской работе дала самые неожиданные результаты. Команда студентов инженерно-экономического факультета, сформированная из участников целевой группы, стала победителем городской студенческой олимпиады по экономике, оставив позади титулованные команды Ленинградского государственного университета, инженерно-экономического и финансово-экономического институтов. Членство в целевой группе студентов, проходивших обучение в академии по направлению периферийных лесных вузов, стало основанием для зачисления в аспирантуру на льготных условиях.

За пять лет полулегального дифференцированного обучения при подготовке инженеров-экономистов периферийные лесные вузы вырастили семь кандидатов экономических наук.

Полулегальный эксперимент с двухуровневым обучением успешно выполнял главную миссию вузов – поддержание уровня профессиональной подготовки специалистов, заданного способными талантливыми студентами и обеспечиваемого преподавательским составом, вовлеченным в научную работу. Эксперимент закончился вместе с крахом политической системы и распадом государства, ее породившего, банально вследствие ликвидации вузовской науки.

В 2003 году Российская Федерация легализовала двухуровневую систему образования, присоединившись к Болонскому процессу, запущенному в 1999 году после серии встреч европейских стран на уровне министерств и заключения соглашений, направленных на обеспечение сопоставимости стандартов и качества квалификаций. Болонский процесс обеспечил создание единого образовательного пространства, объединившего высшие учебные заведения не только стран Европейского союза, но и расположенных на других континентах.

Ключевой позицией Болонской системы образования для студентов как главных бенефициаров реформирования образования стала возможность стажировки в европейских вузах для получения не только нового опыта, но и признанного всеми государствами-участниками процесса образования.

Описанная выше базовая позиция и целый ряд других факторов усложнили трансформацию советского высшего образования в образование, призванное обслуживать рыночную экономику, со свободным перемещением товаров, ресурсов и знаний. Несмотря на разного рода трудности, обеспечение лесных отраслей специалистами направления «Лесное дело» полностью покрывает подготовка бакалавров и магистров, соотношение которых в выпуске университетов разнится.

После пятнадцати с лишним лет участия российских университетов в Болонском процессе, к сожалению, остался целый ряд нерешенных проблем, служащих в настоящее время основой для обвинения Болонской системы в разрушительном действии на национальное достояние – бывшее советское образование. До сих пор в сообществе работодателей многие убеждены, что степень бакалавра почти синоним недоученного специалиста вследствие сокращения срока обучения (четыре года вместо пяти лет).

Со знанием дела заявляю, что квалификации бакалавра с лесохозяйственной специализацией, полученной на базе действующих программ подготовки, по объему знаний и навыков достаточно для выполнения требований, заданных административными регламентами исполнения государственных функций и предоставления государственных услуг (статья 83 Лесного кодекса Российской Федерации). Речь идет о специалистах в области использования, охраны, защиты и воспроизводства лесов, а также контроля и надзора, работающих в лесничествах, участковых лесничествах, бюджетных и автономных лесохозяйственных учреждениях субъектов Российской Федерации.

Зарубежная практика управления лесами подтверждает этот факт высокой долей (более 85%) бакалавров в структуре занятости на рынке труда лесного сектора. (Правда, надо отметить один секрет формирования учебного плана: занятия по физкультуре, иностранному языку и общественным дисциплинам проводятся факультативно, за рамками расписания.)

Для повышения качества подготовки бакалавров, без их замены выпускниками специалитета и, соответственно, роста бюджетных ассигнований на образование, нужны следующие изменения:

1. Перевод бакалавриата на обучение по практико-ориентированным программам с доведением знаний и навыков, полученных на практических занятиях, представленных лабораторными работами, деловыми играми, учебной и производственной практикой, самостоятельной работой в учебно-опытных хозяйствах, до 40–50% их общего объема.

2. Формирование учебного процесса на базе модульных образовательных программ, обеспечивающих профильную подготовку бакалавров в зависимости от спроса на них. Возможные профили подготовки бакалавров для организаций государственного лесного сектора:

  • управление и правоприменение в сфере использования лесов,
  • управление и правоприменение в сфере воспроизводства лесов,
  • управление и правоприменение в сфере защиты лесов,
  • управление и правоприменение в сфере охраны лесов от пожаров,
  • федеральный государственный лесной надзор.

3. Утверждение Минтрудом Российской Федерации профессиональных стандартов всех должностных категорий работников, предназначенных для трудо­устройства бакалавров в государственном лесном секторе.

Трудоустройством бакалавров инженерного профиля должен заниматься их основной работодатель – частный лесной бизнес с помощью широкой дискуссии с участием лесного научного и образовательного сообщества.

Сложнее аргументировать необходимость сохранения магистратуры как второго уровня высшего образования с миссией удовлетворения запросов талантливых и способных студентов на получение знаний, которые должны стать фундаментом будущего лесной науки и эффективного развития отраслей лесного сектора.

Поясню на условном примере, каким должен быть переход от обучения студента по программе бакалавриата к магистерской подготовке. Студент N, получая степень бакалавра по направлению «Лесное дело» и профилю «Охрана лесов от пожаров», заинтересовался влиянием последствий лесных пожаров на экологию и климат. Ведущий занятия преподаватель порекомендовал N обратиться за консультацией на другую кафедру или проштудировать литературу по лесоклиматической политике. Консультации преподавателей и изучение литературы не только не удовлетворили студента N, но и повысили градус его интереса, сформировав осознанное желание продолжить обучение в магистратуре, возможно, в другом университете, другом городе или даже в другой стране.

Для того чтобы мечта N сделать карьеру в науке сбылась, обучение в магистратуре не должно копировать принятый в бакалавриате формат с лекциями и практическими занятиями в аудиториях. Студент N на два года должен стать исследователем, присоединившись к научному коллективу сотрудников кафедры или лаборатории, и желательно с оплатой труда. Таким образом, обязательная научная составляющая в деятельности кафедр является главным условием эффективности двухуровневого образования, подтвержденной опытом многих стран, не только западных.

Однако в вузах, осуществляющих в России подготовку кадров для лесного комплекса, научная составляющая отсутствует, и это может помешать студенту с дипломом магистра пойти каменистыми тропами науки.

Рассматривая перспективы сохранения подготовки магистров лесного профиля в университетах, следует признать, что далеко не все учебные заведения имеют возможности для квалифицированного обучения. При отсутствии научных школ, научных лабораторий и обязательств преподавателей вести научные исследования подготовка магистров представляется проблематичной и не гарантирующей выпускникам получения углубленных и специальных знаний, необходимых для трудоустройства на тех должностях, где такие знания востребованы.

В этой ситуации неверным следует признать соотношение выпуска бакалавров и магистров по четырем направлениям с лесными профилями, которое в 2020 году составило 70 и 30% соответственно. Такой результат стал следствием распространенного мнения о необходимости получения руководящими работниками высшего образования со степенью магистра. Подобная политика не оправдана ни с профессиональной, ни с финансовой точки зрения, так как затраты на подготовку магистра при индивидуальном обучении значительно превышают расходы на поточное производство бакалавра, особенно когда знания доводятся дистанционно.

Во имя будущего лесной науки экономика не должна похоронить магистратуру с ее миссией продвигать в лесное дело талантливых молодых людей.

В заключение не могу не защитить подвергающуюся необоснованным нападкам действующую систему отбора абитуриентов университетов, представленную единым государственным экзаменом (ЕГЭ). Лесному сообществу необходимо занять твердую консолидированную позицию по сохранению ЕГЭ как создающего конкурентные условия для поступления в вузы молодых людей, окончивших сельские школы. Отмена ЕГЭ закроет для большинства из них социальный лифт, создав кормушку для преподавателей высшей школы.

Реформировать систему лесного образования надо, но делать это нужно тонко, в том числе обращаясь к прошлому, к его бесценному опыту. При этом нельзя идти вперед, постоянно поворачивая голову назад.

Обращаюсь к реформаторам: остановитесь и подумайте. Экономика Советского Союза, ориентированная на среднюю производительность труда, среднюю зарплату и средние способности работников потерпела крах.

Текст Анатолий Петров