Русский Английский Немецкий Итальянский Финский Испанский Французский Польский Японский Китайский (упрощенный)

Партнеры журнала:

В центре внимания

«Устойчивый лес» – возвращение к лесопунктам?

В марте этого года FSC – Лесной попечительский совет официально заявил, что, начиная с 8 апреля 2022 года, древесина и древесное сырье из России и Белоруссии не могут использоваться в FSC-сертифицированной продукции или продаваться как сертифицированные по стандартам FSC. Это решение стало катализатором разработки отечественных систем лесной сертификации, хотя такие идеи высказывались и раньше. Недавно в Росстандарте зарегистрировали «Лесной эталон», а до конца 2022 года планируется запустить систему добровольной лесной сертификации «Устойчивый лес».

Активно продвигает «Устойчивый лес» член Совета Федерации Федерального Собрания РФ от Госсовета Республики Коми Елена Шумилова. По словам сенатора, эту идею ей подал житель Красноярска Николай Сычев, работающий в одном из органов сертификации и имеющий большой опыт в этой сфере. На начало июня он числился аудитором по трем схемам добровольной лесной сертификации – FSC, PEFC, SBP. Имея удостоверение эксперта-аудитора Республики Беларусь, он является действующим аудитором-экспертом по добровольной лесной сертификации Белорусского Государственного центра по аккредитации, работал с аккредитационными стандартами, причем не только систем добровольной сертификации, но и ИСО.

В начале июня Елена Шумилова выступила на пленарном заседании Совета Федерации с инициативой создания национальной системы добровольной лесной сертификации, получила поддержку Валентины Матвиенко, а заодно и поручение проработать этот вопрос вместе с Комитетом по сельскому хозяйству и природопользованию. Была создана ассоциация «Национальное лесное объединение», в которую на данный момент входят около 50 экспертов (аудиторы, экологи, консультанты, научные деятели, лесозаготовители и лесопереработчики, эксперты в области ИСО) из разных регионов России, и возглавил ее Николай Сычев. На первом этапе над стандартами работает ограниченное число экспертов, далее стандарты будут изменять и корректировать с помощью комментариев заинтересованных сторон. К работе приглашаются лесопользователи, переработчики, ритейлеры, экологи, социологи, активные граждане. Все желающие могут вступить в ассоциацию, а также участвовать в создании «Устойчивого леса».

На данный момент утверждаются стандарты «Устойчивого леса», «Лесоуправление» и “Цепочка” поставок» уже готовы, готовятся еще два – «Проект» и «Пространство». После этого систему зарегистрируют, сразу будут запущены сайт (он уже разработан) и Telegram-канал. Если результаты этой работы положительно оценят лесопользователи, общественность, депутаты и другие заинтересованные лица, стандарты получат статус ГОСТа и «Устойчивый лес» сможет стать национальной системой сертификации.

Одним из посылов для создания системы стали обращения жителей лесных поселков, опасавшихся, что уход FSC развяжет руки недобросовестным лесопользователям, которым теперь не нужно будет соответствовать международным требованиям по соблюдению интересов местного населения, так что лесозаготовители больше не станут обходить охотничьи угодья, традиционные места сбора грибов и ягод, ухудшится без присмотра экспертов и экологическая ситуация. Но, по словам Елены Шумиловой, основная задача не создание «русифицированного» аналога FSC-сертификации, позволяющего держать в узде лесной бизнес. Нужно сформировать новую систему, основанную на взаимном уважении, партнерстве сторон и нормах российского законодательства. Для того чтобы лесной бизнес не относился к населению как «благодетели»-колонизаторы к туземцам: мы, так и быть, обойдем стороной ваши охотничьи избушки и поможем крышу в клубе залатать, а вы нам за это отдайте лес. А вместе с ответственностью за территории, на которых работал, получал определенные преференции. Отчасти новое оказалось из серии хорошо забытого старого.

«Стандарты прописываются конкретно для территории Российской Федерации. Мы не умаляем требований, которые предъявляются к лесопользователю, при этом мы фактически возрождаем советский опыт управления лесным хозяйством, лесопользования, возвращаемся к принципу жизни лесопунктов. Есть поселок, в нем есть градообразующее предприятие – самостоятельное или подразделение какой-либо компании. И определенный процент прибыли этого предприятия идет на обеспечение, обновление инфраструктуры этого поселка. И за это предприятие получает определенные преференции, например снижение налоговой ставки арендной платы за пользование лесным участком. На данный момент в нашем проекте прописано десять вариантов таких привилегий. Приоритет при выделении новых участков леса получают те компании, которые будут работать по такому стандарту, – рассказала Елена Шумилова. – Нам предстоит очень большая работа, нужно учесть все – и "социалку", и экономику, и налоги, а самое главное – экологию. И конечно, особенности каждого региона – топографию, природно-климатические условия. Подчеркну, что наши эксперты формируют стандарт, основываясь в первую очередь на российском законодательстве, но учитывают и международные нормы, цели в области устойчивого развития ООН, стандарты ИСО и ратифицированные Российской Федерацией конвенции МОД, СИТЕС и другие».

Елена Шумилова на акции «Сохраним лес»
Елена Шумилова на акции «Сохраним лес»

Надо отметить, что есть примеры, когда лесной бизнес буквально сросся с населенным пунктом и действительно много делает для его блага. В Усть-Куломском районе Коми работает предприятие «Комилесбизнес», без которого, пожалуй, давно бы не стало деревни Пузла и одноименного поселка рядом. Пузла расположена на большом удалении от городов, и райцентр не близко, однако там развита инфраструктура, гораздо раньше, чем в других медвежьих углах появилась сотовая связь, есть работа и для местного населения, и для вахтовиков из окрестных сел и деревень, неплохая дорога – хоть и грунтовка, но в хорошем состоянии, ухоженная. Секрет в том, что учредитель и гендиректор предприятия Александр Игнатов – родился здесь и не захотел уезжать, так что для него развитие и процветание собственного предприятия равно благополучию родной деревни. Понятно, что это частный случай, обычно в лесных поселках работают подразделения крупных компаний, руководители которых бывают там лишь наездами и личных интересов не имеют, узнавая о местных проблемах от старост, депутатов или активистов. От них же слышат пожелания по соблюдению границ охотничьих угодий при заготовке и претензии, когда что-то пошло не так.

По мнению Елены Шумиловой, важно, чтобы такими посредниками между населением и бизнесом, стали волонтеры, которые будут смотреть за соблюдением требований национальных лесных стандартов, и онибыли бы не просто активные граждане, а люди, разбирающиеся в лесном деле. Чтобы они в лесу, на участке лесозаготовки, смогли оценить, есть ли нарушения. Обыватель многие недочеты не заметит или, наоборот, увидев подготовленную к лесовосстановлению делянку, решит, что все испорчено, не разобравшись, что почвенный слой разворошен не от «варварства», а чтобы летящие с оставленных «материнских» деревьев семена лучше прорастали, и ветки, оставленные на месте вырубки, не мусор, а материал для будущего перегноя, естественного удобрения.

Встреча с сотрудниками компании «Лузалес»
Встреча с сотрудниками компании «Лузалес»

«Представлять интересы населения должны люди с компетенциями. Имеющие два документа: удостоверение общественного помощника при Росприроднадзоре и диплом, подтверждающий наличие образования по определенному профилю – лесному, экологическому. Это могут быть, например, специалисты по локализации нефтеразливов, такие очень быстро замечают плывущую в ручье пленочку, которая указывает на то, что грунтовые воды принесли откуда-то из леса масло, возможно, у кого-то техника "потекла", а убрать не удосужились. И вот такие волонтеры должны четко и грамотно обосновывать требования жителей района, поселка, экологических организаций или даже работников предприятия», – пояснила сенатор.

Сертификация по стандартам «Устойчивого леса» должна заинтересовать не только крупный бизнес, который активно продавал свою продукцию за границу при помощи FSC-сертификатов, но и относительно небольшие предприятия, работающие на внутренний рынок. В продукции с логотипом национального лесного сертификата, по задумке его разработчиков, будут заинтересованы и покупатели, то есть конечные пользователи продукции. Помимо прямого участия в сохранении отечественных лесов и заботы о сохранении экологии нашей планеты, те, кто приобретает такую продукцию, будут накапливать своего рода бонусы.

«Предполагается, что можно будет сканировать штрих-код того или иного товара в личном кабинете и так постепенно формировать "зеленую облигацию". Такой карбоновый биткоин, которым можно торговать на бирже. Я думаю, это особенно понравится молодежи, похоже на игру, в которой нужно собирать монетки, – рассказала Елена Шумилова. – Таким образом мы простимулируем население покупать продукцию, произведенную из сырья, заготовленного честными лесопользователями».

В ближайшее время планируется применить стандарты «Устойчивого леса» на производстве в тестовом режиме, есть предварительные договоренности с рядом лесопромышленных предприятий на Северо-Западе.

Понравится ли лесопромышленникам разрабатываемая система сертификации, судить рано. В Коми участники FSC-сертификации пока отнеслись к ее отмене довольно спокойно. Председатель совета директоров компании «Лузалес» Руслан Семенюк заявил, что в отношениях с местным населением точно ничего не поменяется, пожелания жителей они и до сертификации выслушивали и учитывали, экологические требования соблюдали.

«Функции, которые выполняла FSC-сертификация, по большому счету дублировали надзорные функции работников лесного хозяйства – лесников то есть. Плюс некоторые дополнительные требования под видом сохранения природы, которые ограничивали нам объем лесозаготовок, несмотря на то что никакого реального урона там не было, – считает директор предприятия "Промтех-Инвест" Владислав Федькин. – Продолжаем работать так же, отмена сертификации ничего для нас не поменяла, зарубежные покупатели с нами сотрудничают точно так же. FSC не расширяла для нас рынки сбыта. Экологические требования мы соблюдали и соблюдаем. Местное население заинтересовано в нас, а мы в них, так что живем мирно, участвуем в совместных проектах».

Елена Шумилова, комментируя внедрение «Лесного эталона», отметила, что он близок к стандартам FSC.

«Его минус, по мнению некоторых лесопромышленников, в том, что он, как и FSC, не дает никаких привилегий, а вот обременений – достаточно. Кроме того, в нынешнем виде он оставляет лазейку для различного рода спекуляций "по знакомству", когда под видом соблюдения интересов населения, развития территории работы в лесу могут вести с учетом личной выгоды ряда местных жителей. Кто-то из них может заявить арендатору: "Или ты устраиваешь на работу моего родственника, или я тебе такое “несоблюдение прав коренного населения и экологических норм» устрою!" Мы это обсуждали на форуме по вопросам развития лесной промышленности в Красноярске, – рассказала сенатор. – В системе FSC, кстати, было много лишнего для нашей территории. Вроде стандартов по камбоджийскому лесу и венесуэльской ванили, которых в России, конечно нет, но блок по ним почему-то включили. А самое главное, на мой взгляд, почти не учитывались интересы бизнеса – ни лесопользователей, ни недропользователей, то есть тех, кто платил за сертификацию. Мы стараемся при создании системы сертификации исходить из интересов и населения, проживающего на той или иной территории в России, и бизнеса, и местных властей, которым нужно решать насущные вопросы с дорогами, социальной сферой, и покупателей продукции. И из интересов природы, конечно». 

Текст
Анна Потехина
Фото:
senatorkomi.ru,
из личного архива Елены Шумиловой