Русский Английский Немецкий Итальянский Финский Испанский Французский Польский Японский Китайский (упрощенный)

Партнеры журнала:

Персона

Хозяйка леса из Кирова

Лесной комплекс является одной из важнейших отраслей экономики Кировской области. Сегодня он стабильно развивается, наращивает объемы производства и успешно решает главные стратегические задачи — дальнейшее повышение экономической эффективности лесопользования, углубление переработки древесины, улучшение качества и повышение конкурентоспособности продукции, активное продвижение её на рынке. О состоянии дел в лесопромышленном комплексе Кировской области мы беседуем с главой Департамента лесного комплекса региона Зоей Донских.

— Сегодня практически все отрасли лесного комплекса России находятся в кризисном состоянии. А как, Зоя Шамшадовна, Вы оцениваете нынешнее состояние и основные проблемы развития ЛПК в Кировской области?

— За всю страну судить не берусь, могу лишь утверждать, что кризисного состояния лесного комплекса в Кировской области явно не наблюдается. У нас лесной комплекс представлен несколькими отраслями производства — это, прежде всего, лесозаготовительная и деревообрабатывающая отрасли, фанерное и лесохимическое производство. Все они в той или иной степени последовательно развиваются. Видимо, здесь следует сказать, что из года в год увеличивается объем заготовки древесины. Экспортная продукция, представленная лесной отраслью из Кировской области, тоже имеет устойчивую тенденцию к увеличению объемов поставки. При этом нужно отметить, что ежегодно наблюдается сокращение вывоза круглого необработанного леса в поставках на экспорт и планомерно увеличивается объем поставки пиломатериалов, что, конечно, нас радует. Идет увеличение объемов выработки фанеры, увеличивается производство картона — вероятно, этому способствует развитие рынка этих товаров.

Так что все говорит о том, что Кировская область и её лесной комплекс не находятся в плачевном состоянии. Мы планомерно развиваем свой лесной комплекс, думаем, у него замечательные перспективы в будущем.

— А что, на Ваш взгляд, нужно сделать в первую очередь для эффективного развития глубокой переработки древесины в Вашем регионе?

— Сначала скажу о том, что весь лесопромышленный комплекс и, в частности, организация заготовки и переработки древесины были построены на условиях старого Лесного кодекса. Поскольку он предусматривал различные виды лесопользования, то все типы договоров, касающиеся долгосрочной аренды, краткосрочного и безвозмездного пользования, у нас были успешно внедрены. Надо сказать, что все-таки за последние годы арендная форма организации лесопользования получила свое дальнейшее развитие. Сегодня в области действует более 300 арендаторов, и их число неуклонно растет. Областным правительством была поставлена задача увеличить именно количество арендаторов и передать им объем лесопользования в значительных размерах в связи с тем, что это основная форма лесопользования, которая должна, по нашему пониманию, присутствовать в лесном комплексе. И, в общем то, наша позиция нашла свое подтверждение и в новом Лесном кодексе: да, аренда — это основная форма. Но, как бы то ни было, пока Лесной кодекс только что принят и не нашел ещё своего развития, мы будем говорить о тех результатах, которые достигла Кировская область в рамках прежнего Лесного кодекса. Повторюсь, наша работа была направлена на увеличение количества арендаторов, чтобы максимально передать участки лесного фонда в аренду, но при этом мы не забывали и других лесопользователей. Прежде всего, это сельскохозяйственные предприятия, для которых лесной ресурс — это тот необходимый объем производства, которым они могут заниматься в зимний период. И если летом они заняты сельскохозяйственной продукцией — её выращиванием и заготовкой, то в зимний период крестьяне исстари занимались заготовкой древесины, что являлось для них подспорьем. Да и для проведения ремонтов, строительства, отопления своих производственных объектов сельхозпредприятиям тоже требуется древесина. Так что и безвозмездное пользование нашло свое отражение в деятельности лесопользователей на территории нашей области. Кроме того, там же широко использовалось и кратко¬срочное лесопользование, поскольку закон позволял бюджетным организациям предоставлять лесные ресурсы на хозяйственные нужды. Данный вид лесопользования также получил свое развитие на территории Кировской области, и все запланированные нами объемы по предоставлению этого ресурса, не сказать, что на все 100%, но по большей части были выполнены. В принципе можно сказать, что лесной комплекс Кировской области развивался и развивается и что регион выполнил главную задачу: мы подготовились к вступлению в силу нового Лесного кодекса с начала этого года, у нас сформировался активный класс арендаторов. В течение 2005 года по области были переданы в аренду 2,7 миллиона кубометров леса, а в прошлом году ещё 1,5 миллиона кубометров были дополнительно переданы арендаторам на условиях долгосрочной аренды. Это значительная работа, которая была проведена и Департаментом лесного комплекса, и Агентством лесного хозяйства по Кировской области. Теперь дело за арендаторами. Мы предоставили им лесной ресурс, сейчас остаются чисто контрольные функции, а им необходимо так поставить свою работу, чтобы лес был эффективно заготовлен, переработан на территории области и при этом государство и область получили доход от лесного хозяйства.

— Сегодня лесной отрасли Северо-Западного региона, в том числе и Кировской области, крайне необходим приток инвестиций. Что лежит в основе инвестиционной политики областного правительства, какие меры предпринимаются для притока инвестиций в лесную отрасль региона?

— Правительство Кировской области достаточно серьезно относится к процессу привлечения инвесторов в свой регион. У нас предусмотрены специальные средства в областном бюджете для государственной поддержки инвесторов. Прежде всего, это субсидирование процентной ставки по привлекаемым ими кредитам по развитию деревопереработки на территории Кировской области. Далее мы предоставляем государственные гарантии финансирующим банкам, если развивающийся бизнес пока не имеет достаточного объема имущества, чтобы заложить что-то при получении кредитов в банке. Правительство Кировской области может дать гарантии, у нас запланированы определенные средства в бюджете для лесной отрасли. В общем, вся работа Департамента лесного комплекса и правительства Кировской области направлена на то, чтобы действительно привлечь инвесторов на территорию области. Мы готовим определенные производственные площадки, учитывая породный состав древесины на территории области и развитие той или иной территории. Эти сформированные площадки предлагаются инвесторам для строительства того или иного предприятия или производства. Подобный стиль работы себя оправдывает, и мы уже сегодня видим, что инвесторы, учитывая пожелания и требования правительства Кировской области, идут в наш регион, предлагают нам различные типы своих производств, которые намерены разместить на территории нашей области. Мы рассматриваем их предложения и практически приветствуем все здравомыслящие и нормальные намерения наших инвесторов. Мы готовы помочь, предоставить ресурс, но при этом, конечно, не каждому потенциальному инвестору спешим распахнуть объятия, то есть не то, что каждого встречаем подозрительно-настороженно, просто заранее стараемся просчитать реальность исполнения их планов, возможность воплотить задуманное в реальность. Ну, а остальное — дело самого инвестора. Мы не проводим огульной политики «Не пущать!», мы не сторонники запретов, напротив, мы открыты, готовы к диалогу и поддерживаем любые здравомыслящие предложения. Так что милости просим в наш регион!

— Депутат Госдумы Владимир Крупчак как-то заметил: «Для того чтобы нормально развивались и крепли лесные холдинги, необходимо, чтобы Правительство РФ наконец-то признало лесной сектор в качестве стратегически важного сектора экономики и приняло решение о разработке национальной лесной политики». Согласитесь, разумное замечание. Одной из составляющих этой лесной политики государства должен стать новый Лесной кодекс. Как Вы оцениваете этот важнейший документ, что в нем поддерживаете, а с чем не согласны?

— Владимир Крупчак, говоря о развитии лесных холдингов, имел в виду прежде всего необходимость наличия вертикально интегрированных структур в переработке — это в общем-то явление не новое, оно нашло подтверждение уже в своей жизнедеятельности на территории других стран. Уж если ты перерабатываешь какой-то сырьевой ресурс, у тебя должна быть возможность не только его заготовки или добычи, но одновременно и его переработки. И чем выше уровень переработки того или иного ресурса, тем больше доходов имеет и государство, и предприятие, и те территории, где развивается подобный тип бизнеса. Не отличается от этих же подходов и лесной бизнес. Если заготовка идет на территории какого-то субъекта, то вполне естественно, что и переработка приветствуется именно на территории этого субъекта… Конечно, нельзя сказать, что сегодня в каждой области должен быть свой ЦБК, какое-то регламентируемое количество фанерных заводов, пеллетное производство. Они должны быть само собой разумеющимся явлением именно на те объемы, которые сегодня не могут быть переработаны или употреблены. Сказать, что разрозненные предприятия смогут провести весь этот комплекс работ, невозможно. Это могут делать только те структуры, которые могут и заготавливать, и на конечной стадии переработать. В связи с этим подобная задача стояла и стоит сейчас перед правительством Кировской области. В частности, была поставлена задача в 2006 году создать не менее трех вертикально интегрированных структур, попробовать объединить лесозаготовителей и переработчиков. Все они практически разрозненные, у них устарелые технологии, нет средств на развитие, они не могут получить государственную поддержку, поскольку отсутствуют и сами проекты развития своих производств. Во всяком случае, я скажу, что нам удалось выполнить намеченное: мы все-таки создали три холдинга на территории Кировской области, объединили лесозаготовителей и переработчиков на территории трех районов — Подосиновского, Нагорского и Кильмезского. Подосиновский был для нас пробным шаром, мы убеждали лесопользователей в необходимости подобного объединения. Для них это новое, а все, что новое, встречается настороженно. Кроме того, люди имеют свой частный бизнес и не всегда хотят объединять капиталы. И мы объясняли, что капиталы объединять необязательно, достаточно найти те общие точки соприкосновения, которые в конечном счете помогут развитию общего бизнеса. Словом, нашли понимание этого вопроса. Нам удалось в Подосиновском районе объединить 14 предпринимателей, мы создали холдинговую компанию. Затем перед нами стояла задача наделить этот холдинг уже лесным ресурсом, чтобы все эти компании, вместе развиваясь и работая, думали, как освоить этот лесосечный фонд и как максимально его переработать с отдачей для холдинга. В Нагорском районе была поставлена та же самая задача, но там эта инициатива уже пошла снизу. Вероятно, после наших встреч в департаменте эти предприниматели уже сами прониклись этой идеей, и достаточно активно, быстро зарегистрировали холдинг, точно так же вышли на конкурс, так же на конкурсе выиграли участки лесного фонда. Будем надеяться, что все они будут вполне успешно развиваться. И вот недавно, в середине декабря, прошел конкурс в Кильмезском районе, где местный холдинг «выходил» за лесным ресурсом.

Если говорить о самом Лесном кодексе, то все мы прекрасно понимаем, что если раньше он отличался направленностью самих статей Лесного кодекса больше к лесохозяйственному пониманию, то сейчас Лесной кодекс — тот вариант, который вступил в силу с 1 января 2007 года, — больше направлен к пониманию лесопромышленников. Может быть, это и хорошо, но при этом, конечно, мы не должны забывать, что лесохозяйственная деятельность — одна из важнейших: когда арендаторы не станут заниматься лесовосстановлением, как это им теперь предписывается, то нашим потомкам просто нечего будет ни заготавливать, ни перерабатывать. Так что, помимо заготовки древесины, совершенствования технологии её переработки, необходимо решать и лесохозяйственные вопросы. А в целом кодекс — вполне рабочий документ. Конечно, я не скажу, что плохо, что он вступил в силу так быстро — с 1 января 2007 года, но хотелось бы, чтобы как можно скорее были приняты к нему все подзаконные акты с тем, чтобы с 1 июня 2007 года кодекс конкретно заработал во всех направлениях. Это, конечно, пожелание, но думаю, Правительство РФ справится с этой задачей.

— А как, на Ваш взгляд, Зоя Шамшадовна, станет развиваться малый и средний бизнес лесной отрасли теперь, после принятия нового Лесного кодекса?

— Прогнозы — дело неблагодарное. Во всяком случае, я могу сказать, что те предприниматели, которые не найдут себя в рамках действующего Лесного кодекса, просто погибнут. И я предполагаю, что будет наверняка, если так можно выразиться, массовая гибель мелких производителей. Они практически особого интереса не представляют, ни как налогоплательщики, ни как структуры, совершенствующие производство, — у них просто не на что это делать. Мы им просто дали право вести заготовку леса, при этом делают они с ним все что угодно, чаще всего не в интересах ни государства, ни территории, где они занимаются этой деятельностью. И, в общем то, я думаю, они сами для себя будут искать нишу, как им выжить. Вероятнее всего, действительно будет укрупнение, и в ближайшей перспективе мелкие лесозаготовители будут объединяться в холдинги. И, скорее всего, на территории области не будет значительного количества лесозаготовителей, как сейчас мы имеем более 3000 предприятий и предпринимателей — это никуда не годится. Если останется, скажем, 20−30 крупных предприятий — это будет абсолютно нормально. И рынок лесных ресурсов не обвалится при этом, он только будет совершенствоваться, модифицироваться. И при этом и бизнесу, и государству будет только польза. Может быть, кому-то это не понравится, может быть, какие-то территории при этом получат и какие-то отрицательные показатели, но тема переходного периода всегда существует, это практически и ломка хозяйствования — все это прекрасно понимают. Так что, как говорили японцы, когда хотели вреда своему соседу: «Чтоб жить тебе в период реформ». Вот и мы сейчас живем с вами в период реформ. Но другого у нас пути нет.

— С 1 января вступил в силу Закон № 199, согласно которому государственные леса передаются в управление субъектов Федерации. Вы были готовы к приему новых для себя функций? Как собираетесь строить работу в соответствии с этим законом?

— Во всяком случае, передача государственного имущества субъектам — это не такая уж и новая процедура, около двух лет назад мы приняли сельские леса, была абсолютно такая же процедура, только передавал не Рослесхоз, а Минсельхоз. Мы приняли 34 лесхоза, около 1300 работающих, и я бы не сказала, что возникли какие-то проблемы с лесопользованием и лесовосстановлением в связи с этим. Надо сказать, что сельские леса субъекту — я могу говорить только о своей области — достались необустроенными, при этом из 34 лесхозов 26 не имели документов лесоустройства. Это грубое нарушение Лесного кодекса, но, вероятно, это был стиль управления лесами Минсельхоза. Все это субъекту пришлось исправлять в течение 2005−2006 годов. Надо сказать, что мы с этой задачей с честью справились. Сегодня лесхозы функционируют абсолютно нормально. Было в порядке оптимизации небольшое укрупнение: из 34 сельских лесхозов сейчас имеются 29. Практически та же процедура будет проведена и с государственными лесхозами: их 38, сейчас осталось 37, так как Суводский лесхоз-техникум у нас остался в ведении Рослесхоза. Вероятно, он там и останется в дальнейшем, это абсолютно нормальный подход. Техникум готовит кадры для лесного хозяйства Российской Федерации, их у нас всего 18 техникумов на территории РФ, это один из них. Так что мы готовы принять 37 лесхозов. На сегодняшний день нами разработана структура, которая сейчас направлена на утверждение в Рослесхоз. Кроме того, сегодня департамент является распорядителем субвенций, которые придут из федерального бюджета, запланированы источники содержания, внебюджетной деятельности всего агентства. У нас была создана рабочая группа по разработке подзаконных актов и законов нашей области, так что никаких проблем с приемом новых для себя функций в Кировской области не возникло.

— Вот Вы сами признали, что строить прогнозы — неблагодарное дело. И все же хотим поинтересоваться Вашим мнением относительно перспектив развития ЛПК Кировской области…

— Характер лесосечного фонда Кировской области таков, что у нас достаточный объем низкосортной и лиственной древесины, которая сегодня не находит своего применения. Применить её можно только для изготовления плит или для целлюлозно-бумажного производства. Поскольку достаточное количество плитных заводов на территории области не строится, впрочем, и они не решили бы проблему переработки этого вида древесины — переработать тот объем, который сегодня может потребить целлюлозно-бумажное производство, мы все-таки ищем для себя инвестора, который бы принял на себя смелость построить на территории Кировской области целлюлозно-бумажный комбинат. И, я не сомневаюсь, это состоится, это просто дело времени, инвестор будет, поскольку есть ресурсы, которые должны быть переработаны, причем ресурсы есть на многие годы. Увы, так сложилось, что на территории Кировской области не существует целлюлозно-бумажного производства. Вероятно, в советские времена, когда выстраивалась какая-то производственная структура переработки лесного ресурса, так было запланировано, что область рассматривалась исключительно как сырьевой ресурс для южных и юго-западных регионов Советского Союза. Мы поставляли древесину на Кавказ, Украину, в Молдавию в значительных количествах, и поскольку проблема с переработкой не стояла, такой метод хозяйствования на территории области, вероятно, устраивал советское правительство и Госплан в те времена. Вот такое наследство нам досталось. Нет у нас достаточных перерабатывающих производств. Но сегодня эта ситуация исправляется. У нас есть определенные инвесторы, которые уже сейчас пришли в область. Мы надеемся, что в ближайшие три года на территории области появится не менее двух-трех фанерных заводов. Они будут решать проблему переработки древесины. И все-таки мы надеемся, что в ближайшие годы начнет строиться и целлюлозно-бумажный комбинат на территории Кировской области. Мы ведем работу в этом направлении, уже создан специальный отдел по региональным проектам.

— Вот мы говорим с Вами о перспективах развития ЛПК, а без хороших лесовозных дорог эту перспективу трудно представить…

— Больную тему вы затронули. Субъект всего лишь выполняет государственные полномочия по управлению лесным фондом. Лесной фонд — федеральная собственность. Как написано в Гражданском кодексе, собственник несет все бремя содержания своего имущества. Если это федеральное имущество, так сказать, Правительство РФ обязано предусмотреть средства на строительство лесовозных дорог, чтобы обеспечить доступ к своему ресурсу. Как ни печально, но сегодня эти средства не закладываются в бюджет РФ, поскольку так сложилось, что при таковой системе хозяйствования у нас сегодня в России нет больших доходов от леса. Их просто нет! Мы понимаем, что от стоимости переработанной и проданной древесины сырье на корню составляет в стоимости её только 5−6 процентов. Это не нормально, когда по всей Европе от 20 до 60 процентов цена сырья в целом в готовой продукции. Вот если бы мы в России могли такое постичь, тогда у нас были бы средства на строительство лесовозных дорог. Сегодня средств, вырученных за лесной ресурс, недостаточно. Может быть, это одна из причин того, что мы не имеем и обратных средств на строительство лесовозных дорог. А, видите ли, подход такой, к тому нас отводит и Бюджетный кодекс: ты имеешь право расходовать из областного бюджета средства только на содержание своего имущества. Поскольку лесной ресурс не принадлежит Кировской области на правах собственности, мы не имеем права расходовать средства областного бюджета на содержание федеральной собственности. Вот круг практически и замыкается. Но будем думать, что с внедрением Лесного кодекса, когда он начнет работать, древесина будет стоить, сколько она действительно сегодня должна стоить, а у федерального бюджета появится возможность финансировать и строительство лесовозных дорог.

— Сегодня в России обстановка с жильем напоминает ситуацию полувековой давности. Проблема нехватки жилья, как никогда, встала очень остро. Сегодня в стране 250 млн квадратных метров требуют неотложного ремонта, а ещё лучше — замены. Как Вы думаете, может ли деревянное домостроение решить проблему доступного жилья?

— Во всяком случае, у нас имеется лесной ресурс под развитие этой программы. Кировская область заявила о себе как об одном из инициаторов строительства малоэтажного деревянного домостроения. У нас есть Нововятский лесопромышленный комбинат, который взял на себя обязательства: в случае, если средства по данной программе будут выделены, он готов строить не менее 100 тысяч квадратных метров жилья в год. Под это ему, конечно, необходимы ещё дополнительные ресурсы, чтобы развить производство такого уровня, но когда уже есть площадка, есть где развиваться, тогда можно развиться, было бы желание. Желание у этого предприятия имеется. Если будет нормальное финансирование, то однозначно и данное направление развитие тоже получит…

И как это у нее, обаятельной и хрупкой на вид женщины, получается двигать воз с тяжким грузом, казалось бы, сугубо мужских проблем, одолеть которые не каждому мужику по силам?! У нашей сегодняшней собеседницы это получилось.

Беседу вели Татьяна АЛЕШИНА,
Владимир ПЕТУХОВ,
наши соб. корр.

Наша справка

Зоя Шамшадовна Донских окончила лесотехнический техникум и Московский финансовый институт, 20 лет работала финансовым директором крупнейшего в Кировской области домостроительного предприятия, последние 6 лет возглавляла совет директоров. Когда губернатор Кировской области Николай Шаклеин предложил Зое Донских возглавить областной Департамент лесного комплекса, она долгое время раздумывала над этим предложением. В конце концов, она ответила положительно и с августа 2004 года управляет лесным комплексом региона. О принятом решении она не жалеет. Как объяснила сама Зоя Шамшадовна: «Когда долго работаешь на одном предприятии, когда ты уже там все отладил до такой степени, что, даже если ты уйдешь, там уже ничего не изменится, неинтересно становится. Снова появляется желание начать что-то такое трудное и душу в это новое дело вкладывать. Здесь, в департаменте, работы непочатый край, здесь интересно. Работа эта направлена на обдумывание ситуации и на прогнозирование её влияния уже на всю территорию области — это не рамки одного предприятия, где у тебя, как на ладони, мощности производственные, люди, проблемы которых надо решать, это производство, где надо отвечать за конечный результат этого производства, и все. А здесь настолько многоплановый процесс управления, здесь и сам лесной ресурс, и его переработка, и проблема лесных поселков, доходность бизнеса, то есть все, о чем мы с вами только что говорили… Все это одновременно вписывается в рамки одного департамента, и хочешь не хочешь, а вопросы эти надо все решать. Так что здесь интереснее».