Русский Английский Немецкий Итальянский Финский Испанский Французский Польский Японский Китайский (упрощенный)

Партнеры журнала:

Лесная промышленность

«Лесной знатель» – понятие нравственное

Лесными знателями в старое время называли специалистов по выращиванию и уходу за лесом. Ныне эта профессия звучит куда более прозаично - лесничий. Если вспомнить, когда был создан первый корпус лесничих, то придется перенестись в век позапрошлый. «Государев человек» - лесничий нужен был всегда, не взирая на революции, смену власти, ибо именно он охранял и приумножал основное богатство России - лес.

«Конечно же, знатели, - говорит лесничий с 1953 года Юрий Петрович Игнатьев, - я вот, например, если за время работы подсчитать, земной шар дважды обошел по угодьям нашего лесничества. И уж кто, кроме нас леса-то наши лучше знает?».

Если в Рощинском опытном лесхозе будешь искать Игнатьева, спросят: «А какого вам, старшего или младшего?» Да и жены обоих не хуже знают здешние леса. Младшенькая Игнатьева по их стопам пошла - студентка Санкт-Петербургской Лесотехнической академии. Династия... Сегодня основатель династии Юрий Петрович Игнатьев - пенсионер, но продолжает работать лесником в Линдуловском лесничестве у сына Андрея Юрьевича.

Пожилые люди любят рассуждать о старых временах, о том, что «ране не то, что ныне». Но справедливости ради стоит согласиться, что не всегда мы берем на вооружение то лучшее, что было ранее, зачастую отказываясь от «устаревших», на наш взгляд, понятий и опыта, и только, к сожалению, «набив шишек» на пути нигилизма, все-таки обращаем свои взоры на опыт предыдущих поколений. Вот, например, до перестройки какие полномочия были у лесничего? Он мог и арест наложить на порубленный незаконно лес. А сейчас? «Вот иду, вижу, пилит. Машина у него уже на изготовке для вывоза стоит... «А докажи, - говорит лесоруб-любитель,- что эта куча деревьев моя!» А где я в лесу свидетелей найду, это же не Невский проспект, где народу тьма. А бывает так, что и дело до суда можно довести, а взять с этого «черного лесоруба» нечего. Кто-то от бедности рубит, а кто-то - от наглости. Одно скажу, раньше такого не было, чтоб лес машинами воровали. Нет у нас, лесничих, ныне прежних полномочий, а вскоре нас, по-моему, и вовсе как класс изведут», - рассказывает Ю. П. Игнатьев.

Однажды у великого писателя спросили, как живут в России. Он ответил одной фразой: «Воруют». Но разве новый «Лесной кодекс» станет панацеей от этой привычки? Логика странноватая, мягко говоря: при «государевых» смотрящих леса воровали, а без них вдруг перестанут? Однако слишком много разговоров вокруг различных вариантов нового свода законов по лесопользованию. А суть - одна, нет в нем и слова такого - лесничий. Весь кодекс разработан с лесопромышленным уклоном. А ведь лесное хозяйство и лесная промышленность - это разные вещи, разные части лесного комплекса. Не углубляясь в суть промышленного использования леса, вернемся к нему самому, к источнику, к «сладкому многослойному пирогу» российскому. И чуть-чуть напомним, как развивался один из заказников российских - Линдуловское лесничество, названное так в честь великолепной Линдуловской (корабельной) рощи, заповедника, находящегося на учете в ЮНЕСКО.

Фердинанд Фокель лес в России не пилил, он его сажал

Следуя указу Петра о закладке лиственной рощи для нужд флота российского из Германии были приглашены «лесные знатели», среди которых был и Фокель. И задачу ему подготовили - заложить рощу корабельную. Было выбрано место вблизи Петербургской судоверфи на пашнях, расположенных на берегу реки Линдуловки. 8 лет Фокель изучал леса европейского севера России и, в частности, естественноисторические условия произрастания лиственницы. Фокель привез из Архангельской губернии семена и стратифицировал их следующим образом: в конце апреля с наступлением теплых дней семена, смешанные с песком и смоченные водой поместили в плоскодонные корытца, которые были поставлены в яму на склоне горы против солнца. На ночь корытца прикрывали. Через 5 - 8 дней семена высеивали на пашне из-под ярового хлеба, вскопав вручную вразброс с последующим легким боронованием. На участке, где пашня заросла кустарником, его вырубали, траву выжигали (лиственница не любит никакого затенения). Всего посевом было занято 1,57 десятины. Всходы пошли дружные, но беспорядочные, поэтому участок этот получил название «Бестолковой рощи». Через пять лет деревца выросли до метра. Загущенные всходы Фокель прореживал, пересаживая пятилетние лиственницы на северный и восточный участки рядами на расстоянии 4х4 м. В пять этапов создавалась роща, начиная с 1738 года по наше время. Заповедник не миновали ураганы. И самый сильный со скоростью ветра 40 м/с за 2 часа повалил и сломал 634 дерева могучей лиственницы. Однако, в целом, роща устояла до наших дней, благодаря стараниям и знаниям как Фокеля, так и специалистов Рощинского опытного лесхоза, в чьем владении находится заказник. На сегодня в роще общее число старейших лиственниц составляет порядка 5 тысяч деревьев. Их средняя высота - 38 м, а отдельных деревьев и 42 м. Эта высота является колоссальной по сравнению с обычной высотой лесов севера (25 метров). Диаметр ствола в среднем составляет 49 - 52 см, а у отдельных деревьев - даже 100 см. Запас древесины на одном из лучших участков составляет 1928 м/га.

Давно отпала нужда в крупномерной древесине для кораблестроения. Но и сегодня она не менее нужна, но менее дефицитна для целого ряда производств. Известно, что из лиственницы можно изготавливать шпалы, водопроводные трубы, подземные и подводные сооружения. Из коры - великолепный дубильный экстракт, изоляционные плиты. Смола - исходный продукт для многих химических веществ.

В Линдуловской роще сохраняется генофонд, здесь можно проводить экспериментальные работы по интродукции растений, изучать реальную роль лесов. Однако роща, охраняемая и сохраняемая лесхозом, требует гораздо больших финансовых вложений государства. Ведь она классический пример того, как надо выращивать леса. Сегодня все 939 га с общей площадью охранной полосы, с особым режимом ведения хозяйства находятся под опекой Линдуловского лесничества.

Роща постоянно привлекает внимание специалистов из различных стран, туристов и даже кинематографистов. Здесь снимался фильм о крещении Руси, а сейчас проходят съемки российско-индийского кинофильма. Заповедник - и радость, и серьезная забота Рощинского опытного лесхоза. Надо искренне и глубоко любить лес, чтобы содержать малыми силами такой заказник. Это и есть нравственная составляющая профессии «лесных знателей» - лесников, лесничих, инженеров по лесу, в число коих и входит династия Игнатьевых. Но Линдуловская роща - это лишь малая часть всего Линдуловского лесничества общей площадью в 15,5 га. По 20 га посадок здесь осуществляется ежегодно. Лесничий Андрей Юрьевич - сын главы династии Игнатьевых - в эти дни, как и отец, и другие лесники, и рабочие лесничества, озабочен проблемой посадок. Наступило время посадок тех деревьев, которые будут служить даже не внукам их, а детям правнуков, ежели до того времени «революционные перемены» в лесном законодательстве не сметут окончательно леса как таковые. И, вернее, даже не сами законы, а способности российского человека умело их обходить или иначе, «по-своему» читать их. Оптимизма пока маловато. Существовало четкое деление всего государственного лесного фонда на участки, позволяющие рационально управлять лесофондом и хозяйствовать. Что ждет нас в недалеком будущем - пока одни догадки. Главное, чтобы сметали не до «основания, а затем...».

«Честно говоря, - продолжает Андрей Юрьевич, - наше население до демократии еще не доросло, а наши олигархи - и тем паче. Конечно, зарубежный опыт, например, опыт Финляндии, где леса в частной собственности, хорош. Захотел человек отдохнуть в палатке в лесу - ради бога. Костер? О'k. Только на следующий день будь любезен, палатку перенеси на 10 метров в сторону, дабы не вытаптывать почвенный покров. Не уверен, что на эту мелкую, казалось бы, деталь новые хозяева-арендаторы будут обращать внимание».

Юрий Петрович: «А ведь в лесу нет незначительных мелочей. Он весь из них и состоит. Положено после спиливания пенек окоривать, чтобы короеды не завелись. Иначе они лес истребят похлеще «черных лесорубов». Сомневаюсь, что новые владельцы будут относиться к этой мелочи с должным вниманием. Или вот мы сохраняем для леса муравейники, глухариные тока. А что с этим будет дальше? Вопросы, вопросы... А ведь лес, в основном, для людей предназначен».

Опасения людей опытных, профессионалов базируются на знании менталитета человека российского. Они полны глубокого смысла. Оттого так осторожно, с опаской смотрят они на новый кодекс. Но все-таки пока в России есть профессионалы лесного дела, жить лесу и расти, -
так надо думать! А небольшой экскурс в историю «жизни» одного из немногих древнейших заказников нашей страны - Линдуловской рощи, заложенной на благо России немецким «лесным знателем» Фердинандом Фокелем - лишь напоминание о том, что кропотливая работа предыдущих поколений требует бережного отношения к лесному богатству. Лес может и должен приносить доход стране. Но он же должен приносить радость от общения с ним, обычного человеческого общения, которого ничто не может заменить. Сегодня Игнатьевы сажают лес для того, чтобы он был в России.