Партнеры журнала:

События

Что общего у Национального лесного форума в Красноярске и у переработки древесных отходов?

2–3 сентября 2019 года в международном выставочно-деловом центре «Сибирь» в Красноярске проходил очередной Национальный лесной форум.

На его пяти площадках были обозначены следующие темы для обсуждения: «Лесное законодательство в действии», «Сколько стоит лес», «Контроль за происхождением и оборотом древесины в Российской Федерации», «Инвестиционная привлекательность особо охраняемых природных территорий», «Туризм в качестве модели» и «Лес и природа города». Было довольно много интересных и актуальных докладов, сделан ряд презентаций, проведен семинар «Экология и добровольческое движение в России».

Докладчики много говорили о цифровизации, взаимодействии государства и бизнеса в природопользовании, развитии биржевой торговли древесиной, борьбе с пожарами, сохранении и восстановлении лесов, снижении выбросов в атмосферу, развитии экологической культуры. Вроде бы все в ногу со временем, в полном соответствии с задачами «партии и правительства», особенно цифровизация и экологический туризм, но как-то странно… А где же серьезное обсуждение важнейших проблем: утилизации и переработки древесных отходов, использования местных видов топлива на базе этих отходов в децентрализованных районах, которых в Красноярском крае и соседних регионах Сибири предостаточно, повышения энергоэффективности и значительного снижения бюджетных расходов на отопление и электроэнергию в этих районах за счет использования биотоплива?..

Объективности ради надо отметить, что некоторые докладчики касались темы переработки древесных отходов. Так, Павел Трушевский, директор ООО «Лесная сертификация», выступил с сообщением «Российская национальная система лесной сертификации. Основные параметры», а Елена Бубко, координатор проектов FSC России по Сибири и Дальнему Востоку, поделилась успешным опытом развития FSC-сертификации в России. Говорить об этом, конечно, надо, ведь без сертификата с каждым годом все проблематичнее экспортировать в Евросоюз те же пеллеты.

Рекламные презентации компаний, в той или иной степени касающиеся вопросов биоэнергетики, не в счет, а вот на закрывающем форум заседании проблему отходов в лесной отрасли затронул в своем выступлении модератор мероприятия – депутат Госдумы РФ, председатель Комитета Госдумы по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям Николай Николаев. А также министр лесного хозяйства Красноярского края Димитрий Маслодудов в докладе «Новая лесная концепция Красноярского края, ориентированная на системное повышение эффективности лесного комплекса» – в контексте массированного контроля лесопользования (обеспечение безусловного соблюдения арендаторами лесного законодательства, контроль движения древесины и переработки и утилизации отходов лесопиления).

Вот, пожалуй, и все, что было сказано на форуме об отходах и работе с ними. И это в Красноярском крае – одном из самых больших лесных регионов России!

Но, как говорится, нет худа без добра: вопросы переработки древесных отходов вынесли на специальный круглый стол. Инициатором его организации стало ООО «НПП "Экотопливо"» – производитель пеллет из далекого Калининграда. Эта компания предложила сибирским производителям пеллет, ряд которых активно участвовали в работе круглого стола, интересную схему сотрудничества. НПП «Экотопливо» выступает в этой схеме в качестве трейдера и использует большой парк контейнеров, находящихся в собственности логистической компании-партнера и собственный участок терминала в порту Калининграда с крытым складом для приема продукции и накопления судовой партии. Контейнеры по заявке поставщика в России подаются под загрузку. Поставщик должен обеспечить контроль качества, загрузить контейнеры, пройти процедуру таможенного оформления, опломбировать и сдать их на контейнерный терминал, после чего оформленная и опломбированная продукция может быть оплачена. По такой схеме пеллеты отправляются в порт маршрутным контейнерным поездом, что гарантирует его движение по расписанию, фиксированное транзитное время, снижение до минимума рисков потери и порчи груза. Предложенная организация работы заинтересовала красноярских производителей.

Не остался без внимания и вопрос сертификации пеллет. Если крупные пеллетные производства, как правило, имеют все необходимые сертификаты для экспорта продукции в ЕС, то для малых предприятий это проблема, в первую очередь финансовая. И сертификационные центры в Европе уже думают, как решить эту проблему. Например, DIN CERTCO (Берлин, Германия) предлагает возложить контроль качества продукции мелких производителей на сертифицированного трейдера, а инспекцию этих предприятий проводить выборочно. Пока непонятно, кто будет оплачивать эти внеплановые выборочные проверки малых пеллетных производств, но прогресс налицо.

Ведь сейчас с сертификацией малых предприятий получается какой-то замкнутый круг. Автор этим летом посетил ряд подобных предприятий на Урале и в Поволжье. Многие из них производят гранулы вполне соответствующие по качеству требованиям ENplus и A1 DIN+ или требованиям к индустриальным гранулам, но экспортировать их не могут из-за отсутствия сертификата. Если заработает алгоритм работы, предложенный DIN CERTCO, то есть отгрузка пеллет посредством сертифицированного трейдера, который будет собирать продукцию мелких производителей, то многие из них сразу увеличат объем производства, поскольку сырьевая база достаточная.

По данным из доклада Димитрия Маслодудова, запасы древесины в Красноярском крае составляют 11,5 млрд м3, ежегодная расчетная лесосека с 2019 года – 96,3 млн м3, а в 2018 году было заготовлено 23,2 млн м3 древесины. Таким образом, ежегодно в регионе образуется огромное количество древесных отходов. А единственная более или менее масштабная схема их утилизации (за исключением использования предприятиями ЛПК для собственных нужд) – это производство пеллет на экспорт, так как внутреннего рынка биотоплива в виде пеллет и брикетов в России, по сути, нет. Их мизерное потребление частным сектором и несколькими котельными не стоит принимать в расчет. А вот почему рынка пеллет нет в Красноярском крае, легко объяснить: там никому нет до этого дела. Автор уж какой раз об этом пишет, а воз и ныне там.

Вот реальный пример. Поселок Беляки Богучанского района электроэнергией обеспечивает работающая на буром угле (теплотворность 3880 ккал/кг) котельная установленной мощности 2,22 Гкал (выработка тепловой энергии 1341 Гкал в год) и два дизель-генератора (200 и 100 кВт).

В 2016 году в поселке был установлен тариф на тепловую энергию 7738 руб./Гкал, а в 2019 году – 8503 руб./Гкал, то есть за полтора года повысился на 9%. Что касается тарифа на электроэнергию, то тут в самый раз прослезиться: в 2016 году – 42 руб. за 1 кВт·ч, в 2019 году – 64 руб. за 1 кВт·ч. За три года рост на 50%! Каждый год в поселок завозятся за 1000 км уголь и дизтопливо. Ежегодно из бюджета выплачивается компенсация в размере разницы между таким высоким тарифом и реальной оплатой населением. Что же мешает перевести котельную на местные виды топлива, скажем, те же пеллеты, калорийность которых выше угля, а цена тонны ниже за счет короткого, до 100 км, плеча доставки? Эксплуатационная себестоимость (без капитальных вложений) выработки тепловой энергии в пеллетной котельной при стоимости пеллет с доставкой от местных производителей 4500–6000 руб. за тонну, будет примерно 2500 руб./ Гкал, а в котельной на щепе и того меньше – до 1500 руб./Гкал.

Большой бизнес в такие мелкие проекты не пойдет, а у малых предприятий нет финансовых возможностей. Все – круг замкнулся. Почему не финансируются такие проекты государством? Ведь части тех средств, которые ежегодно выделяются из бюджета на завоз угля, дизтоплива и компенсацию, было бы вполне достаточно для модернизации или замены котельной и электростанции. А подобных населенных пунктов в России сотни, если не тысячи. Только в принятии определенных законодательных актов видится решение вопроса комплексной переработки древесных отходов в твердое биотопливо с его использованием в коммунальной энергетике удаленных лесных регионов РФ. Только таким путем сможет серьезно развиваться внутренний рынок биотоплива из древесных отходов.

К сожалению, у законодательной и исполнительной власти к возобновляемым источникам энергии (ВИЭ) совсем другое отношение. Программа государственного субсидирования солнечной, ветровой и малой гидроэлектрогенерации заканчивается в 2024 году. Инвесторы «зеленой энергетики» лоббируют ее продление до 2035 года. Идет спор, сколько процентов «пирога» кому осваивать. А «пирог» – это больше 300 млрд руб. Крупнейший инвестор строительства солнечных электростанций компания «Хевел», подконтрольная «Ренове», не согласна с нынешним распределением государственной поддержки использования возобновляемых источников энергии, когда 65% направляется на ветроэнергетику («Роснано»). О том, что можно генерировать электроэнергию из древесного биотоплива, разработчики госпрограммы субсидирования использования ВИЭ, похоже, знать не хотят.

Текст Сергей Передерий, s.perederi@ eko-pellethandel.de