Русский Английский Немецкий Итальянский Финский Испанский Французский Польский Японский Китайский (упрощенный)

Партнеры журнала:

Мебельное производство

Теневой рынок мебели вырос до исторического максимума

В 2020 году объем теневого мебельного рынка в России достиг исторического максимума – 40 млрд рублей, а это значит, что почти каждый второй проданный в стране шкаф или диван выпущен нелегально.

По оценкам АМДПР, на конец 2020 года нелегально произведенная продукция составляла почти 20% общего объема мебельной продукции России. На корпусную (спальни, кухни, прихожие) и мягкую (диваны, кресла) мебель приходится основная часть контрафакта – 40%, то есть каждая вторая единица такой продукции производится незаконно. Наибольший объем контрафактной мебели обнаружен в Приволжском федеральном округе.

«Уйти в тень производителя провоцирует совокупность различных факторов, – говорит генеральный директор АМДПР Тимур Иртуганов. – Это и невыполнимые требования техрегламента по формальдегиду, и огромная налоговая нагрузка, и сложное бюрократическое обеспечение производства. Драйверами роста теневого сегмента являются низкие доходы населения, стимулирующие людей выбирать не качественную продукцию, а дешевую, и полное попустительство всех ветвей власти и правоохранительных органов на местах».

По данным участников рынка, разница в себестоимости «белой» и «серой» мебельной продукции может составлять 40%. Это достигается за счет того, что нелегальные производители не платят налоги и страховые взносы, не несут социальных обязательств, не инвестируют в систему качества и сертификацию. «Они ничем не брезгуют, чтобы снизить стоимость продукции. Есть случаи, когда нелегальный завод использовал в качестве сырья при изготовлении мягкой мебели самую дешевую плиту ДСП, с высоким содержанием ядовитого для человека формальдегида, произведенную по стандартам для строительных работ», – рассказывает Тимур Иртуганов.

Низкие цены нелегальных производителей выгодны и оптовым покупателям. «К примеру, один индивидуальный предприниматель поставляет в торговую сеть Hoff диван стоимостью 5 тыс. руб. Если изготавливать такой продукт из качественных материалов, то только они обойдутся дороже. Официально в штате этого ИП три человека. Как три работника могут производить мебельную продукцию в объеме, обеспечивающем потребности одной из крупнейших сетей?» – поясняет генеральный директор АМДПР.

Росту теневого сегмента рынка способствует отсутствие контроля надзора государства: в регионах закрывают глаза на деятельность незаконных мебельных предприятий, и те могут расширяться и расти. «Сегодняшние нелегалы не в подземелье сидят. Это обычные производственные корпуса с современными технологическими линиями, подключенные к инженерным коммуникациям, с собственными складами. На таких заводах работают сотни людей. Они открыто располагаются в промзонах, за которыми следит и МЧС, и местные отделения Минпромторга, и налоговики, и другие проверяющие органы. Как такое возможно?» – удивляется Тимур Иртуганов.

В 2020 году мебельная отрасль, помимо коронавирусного, переживает еще один кризис. Российские предприятия столкнулись с тотальной нехваткой сырья – ДСП и МDF, и в борьбе за дефицитные плиты «белые» производители проигрывают «серым». «Я точно знаю, что в Воронеже работает еще один "Ангстрем", я вижу это по тому, сколько сырья, инструментов потребляют "теневики". Нам не хватает плиты, потому что она уходит тем, кого мы не видим. По нашим оценкам, нелегальные производители мебели в Воронеже потребляют столько же плит, сколько и официальные», – говорит вице-президент, член наблюдательного совета компании «Ангстрем» Сергей Радченко.

«На рынке мебели сложилась ситуация, когда легальные производители конкурируют не между собой, а с подпольными производствами, чего в принципе быть не должно, – отмечает президент АМДПР, генеральный директор "Первой мебельной фабрики" Александр Шестаков. – Сегодняшняя ситуация может привести к тому, что нелегальные мебельщики выдавят с российского рынка легальных, которые создают рабочие места, платят налоги и развивают российскую экономику. Примеры банкротства уже есть».

В качестве первоочередной меры необходимо привлечь к масштабным проверкам деятельности нелегальных мебельных кластеров правоохранительные и надзорные органы – прокуратуру, МВД, ФНС.

Для борьбы с нелегальными производителями следует усилить контроль за их деятельностью правоохранительных и налоговых органов. Для противодействия теневому рынку мебели, координации действий государства и добросовестных участников рынка АМДПР предложила Минпромторгу создать совместную рабочую группу. 

Текст
Ассоциация предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности России (АМДПР)