Русский Английский Немецкий Итальянский Финский Испанский Французский Польский Японский Китайский (упрощенный)

Партнеры журнала:

Мебельное производство

«Денег уже нет, а оборудования еще нет»

Российской деревообработке надо искать новые рынки и экспорта, и импорта

Санкции, введенные Западом против России, так или иначе скажутся на всех отраслях экономики страны. Делать прогнозы в настоящее время – дело неблагодарное, ситуация меняется едва ли не ежечасно. Корреспондент расспросила генерального директора Ассоциации предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности России (АМДПР) Тимура Иртуганова, как можно подготовиться к экономическим турбулентностям.

– Тимур Равильевич, что вызывает наибольшие опасения?

Тимур Иртуганов

– Сейчас каждый день прибавляется что-то новое со знаком минус. Конечно, правительству РФ потребуется время, чтобы сложить полную картину и разработать меры поддержки. Какими они могут быть, уже показала пандемия, которая тоже сильно ударила по экономике.

Наша отрасль только начинает осознавать, в каком она положении. Если говорить о том, кому приходится тяжелее всех, то это фанерные производства. Исторически так сложилось, что они были ориентированы на экспорт, до 70% продукции уходило за границу, основными рынками были США и Западная Европа, которые сейчас закрыты. Только 25–30% фанеры оставалось на внутреннем рынке. Если же на российский рынок вывести весь объем произведенной фанеры, через две недели он просто обрушится. Хотя, конечно, санкции повлияют и на производство древесных плит, мебели – там много импортных расходных материалов и комплектующих.

Ситуация осложняется еще и тем, что у многих предприятий большие обязательства по кредитам. Также они участвуют в госпрограммах, обязательства по которым надо выполнять, а цены уже изменились буквально на все. Или закупили в рамках инвестпроектов импортное оборудование, проплатили его – и не могут получить, потому что поставки остановлены. То есть денег уже нет, а оборудования еще нет, и неизвестно, когда будет. Примем также во внимание, что на этих предприятиях работают сотни и даже тысячи людей, от которых зависят их семьи, и довольно часто предприятие деревообработки является градообразующим… То есть все это имеет еще и серьезный социальный аспект, вопрос надо решать в первую очередь. А инструменты для этого ограничены – нет возможности договориться с Западом, чтобы там продолжали покупать нашу фанеру.

– Неужели все так мрачно?

– Повторю, что многое зависит от действий правительства, которые могут ослабить такое давление извне на бизнес внутренними инструментами. Производство мебельных плит по большей части было ориентировано на страны СНГ, да и доля экспорта там меньше. Но под вопрос ставится работа предприятий, которые зависели от импортной «химии» и многих других компонентов. Бумага для декоративных пленок, к примеру, почти вся используется импортная, у нас в стране есть только одно предприятие, которое ее производит – «Маяк-ТехноЦелл». Возможно, в плане импортозамещения из закрытых стран что-то дадут Китай и Турция, страны Азии.

Поэтому сейчас прежде всего необходимо снять вопрос о введении каких-либо ограничений на поставки из Китая. Теперь кажется, что в другую эпоху, хотя еще в феврале, обсуждали вопрос об антидемпинговых санкциях в отношении китайского меламина. Теперь про это надо забыть вообще – любые ограничения негативно скажутся на всей цепочке, от лесозаготовки до мебели и стройки.

Для мебельщиков, помимо «химии», есть также вопросы фурнитуры, кромки… Мебельное производство расширялось опережающими темпами, у нас производится не более пяти процентов потребного объема фурнитуры. Можно переориентироваться на внутренний рынок или на открытые направления, но это потребует времени. И тут возникает вопрос логистики. Некоторые производства уже на грани остановки – нехватка средств, нехватка сырья, комплектующих и запчастей. Египет готов продолжать закупать нашу фанеру, но как ее туда доставить? Пропускная способность путей с Востока, таможенных пунктов небеспредельна. А на эти поставки будет переориентирована значительная часть предприятий по всей стране.

– Как эксперты в своей области, вы готовы помогать правительству решать эти вопросы?

– По согласованию с минпромом мы вместе с предприятиями готовили список мер, которые условно разбиты по срокам реализации. Одни предполагают первоочередные действия, которые могут быть предприняты быстро и дадут эффект сразу, в краткосрочной перспективе, и меры с пролонгированным эффектом, до года. К подобным, очевидно, будут относиться и какие-то финансовые послабления или варианты прямой финансовой поддержки. Например, по аналогии с 696-м постановлением Правительства РФ, которое было принято в мае 2020 года и предполагало льготные кредиты предприятиям определенных отраслей на пополнение оборотных средств, выплату заработной платы. Туда было включено и мебельное производство.

Действенной мерой могли бы стать также отсрочка налоговых платежей, фиксация ставки по кредитам и лизинговым платежам. Никто не был готов к тому, что ключевая ставка Центробанка повысится сразу в три раза. Соответственно, ни в одном бизнес-плане предприятий не было заложено повышение кредитных выплат на такой процент. Если оборудование было заказано за границей, то кредитные ставки привязаны к курсу валют – все тоже выросло едва ли не в два раза. А ведь если вам даже поставили половину производственной линии, то нужно понимать, что это не половина объема производства, это ноль.

На многие вопросы ответа пока нет. Когда и каким образом ситуация будет разрешаться? Оперативный отраслевой план еще разрабатывается.

Очень важный аспект – введение моратория на любые изменения в лесное законодательство, которые отменяют послабления для арендаторов и заготовителей леса. Смысл? Возможно, нужно ввести мораторий на взимание арендной платы. Потому что если сейчас лесная отрасль погибнет, восстанавливать ее с нуля будет крайне сложно.

– Куда можно переориентировать экспорт?

– Отрасли очень помогло бы заключение двустороннего соглашения с Индией. Сейчас существует практически заградительная пошлина на ввоз продукции нашего ЛПК в эту страну – 30%. Формируется она из нескольких частей, включая федеральную, региональную, таможенные сборы. Пошлина введена не в отношении российских товаров, просто в отношении РФ действуют общие правила, которые не распространяются на страны, заключившие соответствующие торговые соглашения, – Юго-Восточного региона, ЕС и так далее. А ведь Индия это огромный рынок, который мог бы нас спасти. Мы говорим о необходимости такого соглашения уже четыре года, откладывать больше нельзя. Такая же история, кстати, с поставками фанеры в Турцию – пошлины были введены не против РФ, но их действие на нас распространяется, и турецкий рынок для наших фанерщиков закрыт.

– Помимо политических решений, в мире большую силу имеет экономическое законодательство. Что будет со всеми нарушенными контрактами, когда ситуация стабилизируется?

– Я не возьмусь ответить на этот вопрос. Да, сейчас нарушены сотни, если не тысячи контрактов – от случаев, когда бригады иностранных специалистов уехали из России и бросили все в полуразобранном виде, до недопоставленных товаров. Со всем этим придется разбираться, но с каждым в отдельности. Потому что даже контракты на одну и ту же продукцию, заключенные с разными контрагентами, могут кардинально отличаться. Но думать об этом пока рано – надо спасать экономику.

– В этом году было запланировано несколько крупных конгрессно-выставочных мероприятий с участием иностранных компаний…

– Могу только сказать, что все мы надеемся провести в сентябре выставку «Лендревмаш», а ноябре – выставку «Мебель». 

Текст Мария Алексеева