Партнеры журнала:

События

Сказка по мотивам произведения Н. Рубцова, правдолюба и лесоборца

«На Марсе деревьев нет…»











Редакция журнала «ЛесПромИнформ» приняла активное участие в выставке «Интерлес». Был организован конкурс гвоздобоев на звание «Полный гвоздец», а также ставшее традиционным угощение участников и посетителей шашлыками и напитками. Среди подходящих к нашему стенду был зафиксирован вполне добродушный, на вид ничем не напуганный, правда, много пьющий молодой человек. Звали его Н. Рубцов; он был на выставке в качестве журналиста от газеты «Смена».

День был жаркий, а ледяной водки и симпатичных девушек вокруг много… Вот и написал он на следующее утро опус под названием «На Марсе деревьев нет – и у вас не будет!», который разошелся в качестве прикола по всем окололесным информационным изданиям. Сотрудники журнала

«ЛесПромИнформ» не смогли обойти своим вниманием фантастическое мировосприятие автора и представляют Вашему вниманию комикс по мотивам вышеупомянутого произведения…

Жила-была, как говорится в разных побасенках, красна девонька. В диком-предиком Лесу жила и, нарочно сказать, на самом что ни на есть его северо-западе. Всем известно, что «Северо-Западный регион России всегда славился своими лесами …»

Жила красна девочка нескучно, но простенько, питалась, чем Лес послал: ягоды, коренья всякие, здесь грибочек ухватит, тут шишечку прикарманит, – с голоду не пухла, но скромненько, а главное, с матушкой-природой в полной гармонии. Откуда она взялась, никто не догадывался – мало ли каким ветром надуло; а, как её звали, и того меньше знающих, поскольку девонька не то чтобы худо слова выговаривала, просто не знала толком, как это делается. Все больше слушала, широко раскрыв уши, как шуршит развесистая клюква, как газетные утки на болотах крякают да всякий звон, про который не знамо, где он.

Но это только присказка – сказка впереди, и чем дальше в Лес, тем больше Пром в ней будет.

Прознала как-то девонька, что «…русский лес активно вырубают …», что «…северные соседи специально для этого придумали настоящие „машины смерти“ », что «…как раз в эти дни в 65 километрах от Петербурга финны показывают, на что способны их „машины-убийцы“ ». Кто ей про то наплел – неведомо, может, сорока-жульналистка на хвосте принесла, а то и дятел настучал, однако побрела наша дуреха ненаглядная не туда, куда глаза глядят, а туда, где «…корреспонденты „Смены“ лично убедились в том, что от нашего леса могут остаться одни щепки ».

Долго ли, коротко ли шла она звериными тропками, а тут послышалось ей из-за деревьев «дыр-дыр» и «жиу-жиу». На «дыр-дыр» девчушечка быстрехонько смекнула, что не иначе это Задир Джон отфыркивается, глотая древесятину, – «настоящий ночной кошмар, всплывший из больного подсознания конструктора ». Глянула тихонько из-за кусточков и обомлела вся: «адская машина направляется к следующему дереву », чтобы демонстрировать достижения «финской лесоуничтожительной техники ».

И по всему белому свету, по всем нашим Лесным угодьям катился стон. Не то чтобы Лесным угодникам, но даже «неподготовленному человеку встреча с огромным монстром на колесах, который финны предлагают использовать для валки наших лесных угодий, может стоить душевного равновесия». А лесные злыдни – «финские бизнесмены » – «довольно ухмылялись » и потому ухмылялись, что знали северные прохиндеи: «…за час не особо торопливой работы одна такая машина способна повалить аж 20 кубометров леса ».

Не стерпела этого зрелища девонька, не снесла красная. Выхватила белыми рученьками из портупеи всамделишный бабочковый сачок, затопала босыми ноженьками и ну давай на великанов наскакивать. Нахраписто, грозно эдак наяривает, не по-детски – девчушечка маленькая, да ударненькая. Но только не устоял баболовочный агрегат супротив адских супостатов – развалился на глазах. Всплакнулось тут девоньке, взгрустнулось – и побрелось от лиха подальше. Никто более её и не видывал, говаривали только, грибков та девонька более не потребляет и газет не выписывает…

Сказочник Ваня ГУРЬЯНОВ, художник Леня ЦОЙ

P. S. Предлагаем нашим читателям ознакомиться и с вдохновившим нас оригиналом незабвенного произведения знатока лесной промышленности Н. Рубцова. Любому человеку грустно видеть, когда вырубается лес, а уж человеку, глубоко не сведущему, как это должно происходить с наименьшим вредом для окружающей среды, видимо, и вовсе страшно…

Вот такие мы, все работающие в ЛПК, пособники машин-монстров и жадных финских бизнесменов:) А наш журнал при данном раскладе, так и за «священную» книгу инквизитора сойдет… Полная версия статьи Н. Рубцова находится по этому адресу: http://smena.ru/news/2007/06/08/11161/.

Комментарии

Александр Гревцов, главный редактор архангельской областной отраслевой газеты «Лесные новости»:

– Журналисты вообще интересные создания. Буквально сегодня услышал фразу-анекдот: «Ну, вот почему России так не везет?! Почему все люди, которые точно знают, как правильно, легко и быстро решить все российские проблемы, предпочли госслужбе журналистику?». И действительно, представители массмедиа очень часто за словом в карман не лезут, а главным для них становятся не четкое понимание и передача сути описываемого явления, а некое строгое следование построенной ими же самими линии развития материала. При этом они подают её как истину в последней инстанции.

Очень часто журналист, приступая к разработке какой-то темы, уже имеет свое мнение. Плохой журналист генеральную линию статьи строит в соответствии со своим первоначальным мнением, подбирая фактуру, которая будет доказывать правоту только его слов. В результате рождаются шедевры про «машины смерти», «разграбление русского леса» и так далее.

Хороший журналист, а у него тоже, как правило, есть свое первоначальное мнение по разрабатываемой теме, но… он действительно собирает и изучает факты, он действительно их анализирует и не боится делать выводы. И если хороший журналист увидит, что его первоначальное мнение ошибочно, он готов изменить его – против истины «не попрешь».

Материал в петербургской «Смене» можно воспринять как глупую шутку или нелепицу. Поверьте, профессионалы-лесники именно так и восприняли статью. Правда, есть одно «но». Большая часть читателей «Смены» не профессионалы, а те, кого принято называть обывателями. Они не разбираются ни в технике, ни в технологиях, ни в каких-либо других лесных вопросах. И когда они читают подобные «шедевры», то действительно верят, что наши леса «сожрут» и растопчут импортные комплексы, лес по дешевке распродадут за рубеж, а сами современные лесозаготовительные комплексы лишь «ночной кошмар, всплывший из больного подсознания конструктора».

И ладно бы только «Смена» грешила такими публикациями… В любом регионе в массовых СМИ проскакивают статьи, после прочтения которых можно легко поставить диагноз автору публикации. А когда такие нелепицы проскакивают не раз или два, выходят в свет регулярно, то они выступают инструментом формирования общественного мнения.

Мне, как отраслевому журналисту, хотелось бы, чтобы формированием общественного мнения занимались люди, все-таки понимающие суть процессов в отрасли, понимающие технологии. Я отдаю себе отчет, что журналист, который помимо лесной темы, пишет ещё о медицине, криминале и ещё по доброму десятку тем, не может разбираться в каждой теме на 100%, но… Если ты чего-то не знаешь, спроси у профессионалов. Они с большим удовольствием помогут тебе информацией, поскольку заинтересованы в объективном восприятии лесной отрасли и её проблем общественностью.

Увы, но Никита Рубцов на выставке «Интерлес», видимо, не ставил целью понять суть процессов, а занимался чем-то другим. Может, гвозди заколачивал, может, водку пил, после которой бегал по лесу от «машин смерти», «всплывших из больного подсознания конструктора». Хотелось бы, чтобы формированием общественного мнения о лесной отрасли занимались профессионалы, а не дилетанты, главным для которых становится «дать строку». Не важно о чем. Не важно как. Главное – дать, авось да прочитают.

А журналу «ЛесПромИнформ» хотелось бы порекомендовать выступить с инициативой об учреждении премии за самые глупые и смешные материалы о лесной отрасли. А назвать премию можно просто «Премия имени Никиты Рубцова».

Андрей Государев, инженер лесного хозяйства, председатель правления Союза лесопромышленников ЛО:

– Хотелось бы пожелать уважаемым журналистам побывать на делянках в любом регионе России, где работает отечественная гусенично-тракторная техника. Трактор на гусеницах тащит за собой 6−7 м³ спиленных деревьев, не оставляя после себя ни кустика, ни травинки, ни ягодников – только глубоко израненную почву.

В отличие от отечественных тракторов-танков (а они сделаны на базе советских танков), колесные агрегаты имеют очень незначительное давление на грунт, сохраняется напочвенный покров. А рука-гидроманипулятор дает возможность срезать дерево, не повреждая соседние деревья, то есть вести выборочные санитарные рубки, убирая больные, мешающие росту другим деревьям.

Кстати, такие агрегатные лесные машины были в 50-е годы впервые разработаны в СССР, но, как это часто бывает, капиталисты сразу дали им жизнь, а наши тракторные заводы так и не сумели создать экологически чистую колесную технику, оснащенную компьютерами, за рычагами которой работают специалисты, порой с высшим лесным образованием, знающие не только сложный механизм трактора, но и лесоводство. Все они обучаются до 30 лет лесной науке.

Желчь, которой наполнена статья Н. Рубцова, свидетельствует о том, что, прежде чем что-либо доносить через прессу народу, надо иметь элементарное представление о предмете. Сейчас идет переоснащение лесного комплекса России современной, высокопроизводительной, щадящей природу и экологию техникой, для разных типов леса и разных видов рубок и ухода за лесом.

Для этого и существуют выставки наподобие «Интерлес-2007». Если газета «Смена» пишет о лесном комплексе, хотелось бы на её страницах видеть, что идет смена анахронизма и смена кадров из прошлого в современное будущее.

Алексей Ярошенко, директор «Гринпис Россия»:

– Вопрос о том, представляет ли харвестер угрозу российскому лесу, далеко не нов: он обсуждается уже больше 10 лет, с тех пор как в нашей стране появились первые подобные лесные машины. Однако, несмотря на долгие обсуждения, до сих пор нет единого мнения по поводу того, хорошо это или плохо, что классические советские технологии заготовки древесины и соответствующая им техника заменяются более современными харвестерами и форвардерами.

Аргументов против использования харвестеров и форвардеров несколько. Главный аргумент очень прост: замена классической хлыстовой технологии на сортиментную, с использованием харвестеров и форвардеров, приводит к высвобождению большого количества работников. Одна большая «двойка» (большой харвестер и соответствующий ему форвардер) высвобождает несколько бригад лесозаготовителей, работавших с тракторами типа ТДТ-55. Кроме того, использование высокопроизводительных машин требует значительных изменений в организации складирования и вывозки древесины, которые тоже приводят к сокращению рабочих мест. В среднем использование одной такой «двойки» высвобождает на всех стадиях заготовки древесины до 50 работников. Для лесных деревень и поселков это настоящее бедствие: безработица в них и так зашкаливает; к тому же далеко не всегда лесозаготовители набирают операторов для новой сложной и дорогой техники в лесных поселках.

Другой аргумент тоже связан с высокой производительностью харвестеров и форвардеров: возникают опасения, что с использованием этой техники можно будет срубить намного больше леса. Этот аргумент вряд ли оправдан: объемы рубок зависят в первую очередь от спроса, а спрос – от возможностей переработки и экспорта. Таким образом, замена одной технологии заготовки древесины на другую сама по себе не сильно влияет на общий объем рубок в масштабах страны.

Группа аргументов «Против» связана с тем, что большие харвестеры и форвардеры отличаются по ряду параметров воздействия на лесную среду от классической советской лесозаготовительной техники: требуют чуть большей ширины волока, способны «забираться» на крутые и эрозионно опасные склоны, могут оставлять очень глубокие колеи на тяжелых переувлажненных почвах и т.д. Именно на основании этого во многих регионах страны в прошлом вводились запреты на использование харвестеров и форвардеров без проведения дополнительных экспертиз возможностей их использования в лесу.

Аргументов за использование харвестеров и форвардеров тоже несколько. Главный аргумент – это более современная, производительная и надежная техника, использование которой в конечном итоге оказывается более выгодным, чем использование древних (пусть даже «обновленных») классических моделей лесных машин.

Второй аргумент – кадры. Несмотря на высочайшую безработицу в лесных деревнях и поселках (за прошедшее со времени распада СССР время в лесной отрасли было потеряно около 1,1 млн рабочих мест), найти хороших работников с каждым годом становится все труднее и труднее. Соответственно, то, что вместо 50 человек надо найти только 4 (для двухсменной работы), становится очень чувствительным, даже если каждому из этих 4 надо платить в 2−3 раза более высокую зарплату.

Третий аргумент – возможность более аккуратного обращения с лесом. Колесная техника более маневренная и при грамотном использовании наносит меньшие повреждения почве, подросту и оставляемым деревьям, поэтому она значительно лучше подходит для несплошных (выборочных и постепенных) рубок. Это, в свою очередь, позволяет перейти к более щадящим для леса системам рубок, увеличить степень сохранности лесной среды и защитных функций леса при том же объеме заготовки древесины.

Четвертый аргумент – энергетический: более современная агрегатная лесозаготовительная техника расходует значительно меньше горюче-смазочных материалов и потому оказывается значительно более экономной. Чем сильнее растут цены на топливо, тем большее значение приобретает этот аргумент.

Пятый аргумент очень прост: старинная советская лесозаготовительная техника постепенно уходит в историю – закрываются производящие её заводы, становится все труднее её обслуживать и поддерживать. Так что во многом обновление технической базы лесозаготовительных предприятий является просто вынужденным.

Таким образом, есть аргументы и за, и против расширения использования харвестеров и форвардеров в российской лесной отрасли. Но из сопоставления этих аргументов видно, что продолжение вытеснения классических технологий заготовки древесины более современными и, прежде всего, связанными с использованием многооперационной агрегатной техники является практически неизбежным. Вопрос лишь в том, чтобы эта новая техника использовалась грамотно, с учетом всех необходимых ограничений (в том числе связанных с особенностями и ценностями конкретных лесов).

Это все вовсе не значит, что леса Северо-Западной России вне опасности. Но угрожают им не ужасные шестиколесные механические монстры, а бестолковые и безграмотные реформы лесного законодательства и всей системы лесоуправления. В конце концов, харвестеры и форвардеры – это всего лишь машины, и результат их использования целиком зависит от законов и правил, здравого смысла и мастерства конкретных людей. А вот неграмотные и бестолковые лесные законы и правила, к числу которых, безусловно, относятся новый Лесной кодекс и большинство разработанных в соответствии с ним новых лесных нормативов, представляют собой самую непосредственную угрозу российским лесам, в том числе лесам Северо-Западного региона. Именно из-за этих новых законов и правил уже в самом ближайшем времени следует ожидать разорения значительной доли законопослушных лесопользователей и заполнения их ниши черными лесорубами и прочими лесонарушителями. Именно эти законы и правила ставят под угрозу захватов (приватизации), застройки и разорительных хаотических рубок зеленые зоны городов и поселков и другие защитные леса. И эти угрозы лесу намного более реальны и страшны, чем любая лесная техника сама по себе – будь то харвестер, трелевочный трактор, бензопила или даже каменный топор.

Роман Шипов, советник руководителя Федерального агентства лесного хозяйства:

– Очень хорошо, что корреспондент «Смены» впервые познакомился с современной лесозаготовительной техникой. Да, суп можно есть не только руками, но и ложкой. Весь цивилизованный мир сейчас работает в лесу именно так. Это динамичнее, экономичнее, экологичнее.

Кратно больше вреда лесу приносят не машины, а люди, которые уничтожают лес огнем, бросая окурки и выжигая сельхозполя. В 90% случаев причиной лесных пожаров является человеческий фактор, и Ленинградская область здесь в лидерах. Даже нелегальные рубки уничтожают значительно меньшие площади лесного фонда, нежели огонь.

Кстати, черные лесорубы такие «всепожирающие» машины не используют – у них просто нет на это средств. Современной техникой оперируют, как правило, добросовестные арендаторы, которые вкладываются в развитие своей материальной базы, а значит, заинтересованы в том, чтобы соблюдать правила работы в лесу и не попасть в черный список отлученных от арендной базы.

Возможно, это окажется новостью, но в России существуют нормативные акты, которые четко регламентируют работу заготовительной техники в лесу, а новый Лесной кодекс обязывает арендаторов высаживать новый лес на территории заготовок. Напомню также, что лесной комплекс (особенно глубокая переработка древесины на территории России) является одним из стратегических направлений развития национальной экономики. Лес – единственный из возобновляемых природных ресурсов. В целом по стране он прирастает на 4% в год. А вырубается сегодня только 22% созревшего леса. Остальные деревья перестаивают, сохнут, болеют, создают пожарную опасность, теряют свою ценность для природы и экономики. И современная техника – один из путей повысить скорость и качество заготовки спелой древесины, которой сегодня, повторюсь, в избытке.

Игорь Ганин, специалист по продажам лесозаготовительной техники «Цеппелин»:

– По всей вероятности, автор этой статьи – ну о-о-о-очень далекий от леса и реальности человек, я бы даже сказал, дитя цивилизации, который лес видел только на картинках, по телевизору или в крайнем случае в парке.

«Корабельные сосны из Ленобласти». Если бы автор немного напрягся и посмотрел во Всемирной паутине Интернета (надеюсь, он в курсе, что это такое) исторические справки, то, наверняка, узнал бы, что корабельные заводы, находящиеся в Ленинградской области (например, в Лодейном поле), снабжались сосной из Архангельской области. На севере деревья растут на 30−60% времени дольше, чем в Ленинградской области, у них очень плотная структура древесины, хорошо противостоящая намоканию и гниению, выдерживающая большие нагрузки при строительстве кораблей.

«Наши северные соседи специально для этого придумали настоящие „машины смерти“». Однако лесов у них, наших соседей, от этого не стало меньше, потому что их высаживают, выращивают и заботятся о них с помощью этих же машин.

Две такие «машины смерти» – харвестер и форвардер – заменяют в лесу 25−30 человек, которым необходимо за мизерную зарплату летом – в дождь и жару – и зимой – в мороз, по пояс в снегу – работать по 8−10 часов, чтобы «наш автор» мог себе позволить читать книги, модные журналы и газеты, сидя в удобном кресле, за красивым столом, глядя в окно – все это производится из древесины! Интересно, а автор себе вообще представляет, что делается из древесины? И ещё вопрос к нему же: «А пошел бы он в эти самые „лесорубы“ работать летом в тучах комаров, а зимой по пояс в снегу?» К сожалению, сейчас все меньше и меньше людей, а тем более специалистов хотят идти на такую трудную, физически тяжелую, малооплачиваемую работу. Как говорят директора леспромхозов: «Старые кадры или уходят на пенсию, или пока работают, им уже тяжело уезжать с насиженных мест, а молодежь не просто не приходит, а даже дети этих самых старых кадров, прожившие до 17−18 лет в лесном поселке с родителями, видя все эти трудности и лишения, уезжают в город. Им проще „жвачкой торговать“ в городе, а вечером бары, кино, рестораны, развлечения. Где же это все взять в лесном поселке?»

«На здоровенной платформе разместилась кабина». Если бы автор не наблюдал за соревнованиями по забиванию гвоздей (в которых он, надеюсь, не участвовал по причине малых силенок и неумения держать инструмент в руках, предназначенных только нажимать на клавиши своего компьютера), а сел в эту самую кабину, то увидел бы: CD/МР3-проигрыватель, кондиционер, эргономично расположенные кнопки и джойстики управления, такой же как у него на столе компьютер; ощутил бы мягкость и удобство сидения, не уступающего своими качествами домашнему креслу. В таких условиях можно работать, и только в такие условия можно заманить молодежь для работы в лесу на сегодняшний день.

«Сначала металлическая „рука“ захватывает дерево у основания и в мгновение ока спиливает его. Затем ствол за несколько секунд пропускается через приспособление, очищающее его от веток. Дальнейшая его судьба зависит от ситуации: либо „рука“ тут же грузит бревно на лесовоз, либо оставляет на земле». А ведь в процессе заготовки участвовали 2 машины, и харвестер никуда ничего не грузит, для этого есть форвардер. Чем в этот момент был занят автор и куда смотрел? Побывав на выставке передовых технологий лесозаготовки, применяемых всеми странами мира для того, чтобы и в тяжелых лесных условиях человек чувствовал себя не изгоем общества (как это было в 40-х – 50-х годах в сталинских лагерях на лесоповале), лишенного всех благ цивилизации, а человеком. Автор даже не позаботился узнать об этих прогрессивных технологиях и начинает высказывать свое видение «дилетанта» на происходящее вокруг в стиле 15−17 веков.

Уважаемый Никита Рубцов, к счастью, на выставке было несколько категорий посетителей:

  • Преподаватели лесных школ и вузов, уважаемые люди, хотя и немолодые, но стремящиеся узнать что-то новое для своих учеников и студентов, возможно, завтрашних операторов таких машин.
  • Сами студенты, завтрашние выпускники вузов, стремящиеся узнать о прогрессивных технологиях, чтобы завтра не быть «купи – продаем», а найти свое достойное место в этом очень сложном и интересном бизнесе и применить те знания, которые заложило в них государство.
  • Директора леспромхозов, бумажных и фанерных комбинатов, лесозаводов, думающие о завтрашнем дне своего предприятия и о людях. Чтобы специалисты не уезжали, а, наоборот, возвращались в рабочие поселки и на предприятия, имели возможность работать на достойной технике, не побоюсь этого слова, «в галстуках» и получать достойную зарплату, а не ходить в грязных телогрейках с тяжелыми бензопилами и думать, как жить дальше.
  • Специалисты лесхозов, желающие узнать, как эти машины работают «за границей», чтобы сохранялся подрост, не портился почвенный покров, как после «наших 55-ток»; о возможности навески дополнительного оборудования для пахоты, посадки и ухода за саженцами молодых деревьев.
  • Депутаты и представители власти, следящие за выполнением наказов Президента России В. В. Путина (после поездки в Республику Коми в прошлом году), относящихся к лесной и деревообрабатывающей промышленности.
  • Лесные СМИ, пропагандирующие передовые технологии лесной отрасли, информирующие о новинках и лесозаготовительной техники, и деревообработки.
  • Никита Рубцов – невежда в данном вопросе.

Светлана Емельянова, начальник отдела рекламы ООО «Омникомм Технологии»:

– Я думаю, что нельзя так категорично оценивать представленную на этой выставке технику. Кстати, насколько мне известно, скандинавские страны славятся своими экологичными технологиями вырубки лесов. На выставке, кстати, были представлены технические средства и инструменты для массовой посадки молодых саженцев деревьев на местах вырубок; каждый желающий мог попробовать «в деле» работу этого оборудования. Что касается самой рубки леса, то это часть нашей жизни. Нам необходима древесина для производства мебели, стройматериалов, бумаги и т.д. Без этого и спать, и есть, и писать не на чем. Важно то, как построен процесс вырубки леса и что предпринимается потом. В зарубежных странах, вырубая лес, думают о последствиях, у нас, к сожалению, пока в первую очередь думают о сегодняшней выгоде. В России огромные территории леса, однако, обращаясь неправильно с лесом сегодня, мы можем потерять этот ресурс или ухудшить его качество завтра. Например, мы не полностью реализуем возможности получения продукции из срубленного дерева, ведь в большинстве случаев используется только ствол, все остальное – кора, ветки, щепа, крупные куски древесины – это отходы. Однако в большинстве развитых стран эти отходы активно используются для производства ценных продуктов, например почвогрунта, биотоплива, различных поделок из дерева (зубочистки, мышеловки, лопаточки для жарки) и другого. У нас это пока на начальном этапе. Экологической стороне вырубки уделяется мало внимания. При планировании вырубок должны прогнозироваться последствия их негативного воздействия, планироваться меры по минимизации этих последствий, осуществляться новые лесопосадки. Надеюсь, что лесная отрасль в России будет активно развиваться, и развиваться в сторону устойчивого лесопользования. Помимо того что с помощью леса мы получаем необходимые для жизни предметы, не стоит забывать о том, что леса – это легкие нашей планеты.