Партнеры журнала:

Тема страницы

Размышления о «Лесном кодексе»...

Вот уже несколько лет подряд в обществе не утихают споры относительно принятия нового «Лесного кодекса». Свои размышления и опасения по этому поводу высказывают люди, занимающие самое разное положение: обладающие реальной властью, непосредственно работающие в отраслях лесного хозяйства и лесной промышленности и просто обыкновенные люди, которым небезразлична судьба российского леса. «Лесной кодекс» − это главный документ, от статей которого зависит будущее общего народного достояния, каковым пока является лес. Вопрос очень серьезен и требует тщательной и скрупулезной проработки. На страницах нашего журнала мы постараемся отразить разные точки зрения на «Лесной кодекс».

Во время проведения пятого Международного лесопромышленного Форума в октябре 2003 года в той или иной мере рассматривались отдельные позиции по «Лесному кодексу». Было отмечено, что удельный вес вкладов в лесные отрасли в 4 раза ниже, чем в других отраслях, что необходима сертификация всей лесной продукции и работа по анализу лесных ресурсов. Новый «Лесной кодекс» должен стать базой для развития лесных региональных программ, помочь завершить программу деятельности лесозаготовительных предприятий по развитию инфраструктуры в дальних районах, улучшить состояние транспортных сетей и экологического состояния лесов, создать научно­методические центры по мониторингу рынков лесного хозяйства.

2 февраля 2004 года в Министерстве экономического развития и торговли РФ состоялось слушание проекта нового «Лесного кодекса».

О результатах этого заседания, а также о своем видении лесного кодекса рассказал директор по развитию лесозаготовительных и деревообрабатывающих комплексов корпорации «Илим Палп» Дмитрий Дмитриевич Чуйко:

«Обсуждение проекта нового „Лесного кодекса“ впервые состоялось на таком высоком официальном уровне. Рассмотрение проекта проводил Минэкономразвития, и участвовал широкий круг заинтересованных лиц: лесохозяйственники, лесопромышленники, деятели лесной науки, экономисты, представители экологических и природоохранных общественных организаций, работники сферы власти федерального и регионального уровней, то есть, в той или иной мере, были представлены все основные участники процесса совершенствования лесных и лесопромышленных отношений. История подготовки этого документа достаточно долгая. Примерно три года идет обсуждение проекта нового „Лесного кодекса“. В этой работе приняли участие, наверное, все известные в стране специалисты, но, к сожалению, до недавнего времени не удавалось сформировать в той или иной мере консолидированный вариант такого документа, поскольку в „Лесном кодексе“ РФ должны быть увязаны противоречивые интересы всех заинтересованных сторон. С одной стороны, это документ, задача которого обеспечить защиту, охрану и воспроизводство лесов как ценнейшего природного объекта, как среду обитания и людей, и животных, и птиц, и так далее, и как часть мировой экологической системы. С другой стороны, надо обеспечить эффективность экономического использования этого природно­сырьевого ресурса. Поэтому здесь должны быть увязаны противоположные по вектору направления интересы. В то же время „по вертикали“ надо увязать интересы федерального уровня власти, региональных и муниципальных властей. Наконец, третье − необходимо учесть общую тенденцию повышенного внимания мирового сообщества к природным ресурсам и их использованию в деятельности человека, в промышленности. Проявление данной тенденции − это и деятельность крупных международных экологических и природозащитных организаций, и введение системы сертификации, и многие другие механизмы. Уверен, что в будущем эта тенденция будет только усиливаться. Вот предпосылки, которые привели к тому, что документ три года обсуждается и рождается крайне трудно. Заранее очевидно, что, каким бы он ни получился в итоге, он не сможет полностью удовлетворить требования всех сторон − это попросту невозможно. Важно создать документ, который бы консолидировал и оптимизировал те направления, которые разнородны и противоречивы.

Пожалуй, подавляющим большинством лесников и лесопромышленников признано, что законодательная система должна состоять из трех блоковых документов. Первый блок − это четко сформулированная и получившая статус государственного документа для обязательного исполнения „национальная лесная политика“, которая бы четко определяла, что в долгосрочном плане является целями нашей деятельности в лесу.

Следующий по уровню − это документ, который формируется сейчас − „Лесной кодекс“ РФ. Это основополагающие „правила игры“, или действия всех, кто участвует в охране, защите, воспроизводстве, развитии леса и в процессе его промышленного и социального освоения и использования.

И третий блок документов − это подзаконные нормативные акты, отражающие механизм применения первых двух документов в реальной жизни. Естественно, все эти три уровня документов, составляющие единый комплекс, должны быть увязаны с „Гражданским кодексом“, „Налоговым кодексом“, „Таможенным кодексом“ и другими базовыми нормативными документами, касающимися смежных сторон деятельности, жизни и так далее.

Такой, по идее, должна быть нормативная база. Что же происходит сейчас? Лесной национальной политики сегодня нет. В некотором смысле сейчас ее подменяют две принятые в 2002 году Программы комплексного развитиялесного хозяйства и лесопромышленного комплекса РФ. Но они не идентичны тому, что должно быть в „Национальной лесной политике“. Они лишь определяют некоторые параметры, которые хотелось бы достичь без указания механизма, средств для достижения, ответственных ведомств и мер ответственности. По итогам 2003 года эти программы уже не выполняются.

Действующий „Лесной кодекс“, который принят в 1997 году, конечно, не отражает того, что сейчас происходит в ЛПК. Главная проблема существующего „Лесного кодекса“ заключается в том, что он не соответствует нынешнему направлению развития экономики Россиина рынок, на привлечение инвестиций, на повышение капитализации и так далее, то есть экономические компоненты стоят в стороне. Прежде всего, именно поэтому пришлось перерабатывать существующий „Лесной

кодекс“. В свое время к разработке существующего кодекса были привлечены очень серьезные люди: лесники, экономисты, научные работники, лесохозяйственники и другие, но он не отражает нынешнюю тенденцию, не стимулирует, не способствует развитию ЛПК.

Совершенно очевидно, что если документ не адекватен нынешней ситуации, то тот, кто в этой отрасли является лидеромпо площади арендованного лесного фонда, по объемам лесозаготовки, по масштабам лесопереработки, непременно будет испытывать все трудности, связанные с несовершенством лесного законодательства. Например, мы сталкиваемся с проблемой внедрения самой современной многооперационной техники, потому что определенные параметры ее работы, неизбежные при таком уровне техники, не вписываются в существующую нормативную базу. С одной стороны, использование этой техники позволяет в несколько раз увеличить производительность, существенно снизить себестоимость древесины, кардинально изменить условия труда, позволяет в совершенно другом виде представить работу лесоруба. Он уже становится не вальщиком леса, а оператором машины, намного превосходящей, скажем, современную автомобильную технику. Операторы по­другому подготовлены, по­другому одеты, по­другому заканчивают рабочий день, по­другому зарабатывают. В конце концов, начинают по­другому жить. А нас сдерживают ограничения, и очень серьезные, и нам приходится искать выход из положения.

Серьезные проблемы возникают с закреплением лесного фонда за такой крупной вертикально интегрированной корпорацией, как „Илим Палп“, хотя мы перерабатываем весь заготовленный лес. У нас есть и производство целлюлозно­бумажной продукции, и механическая переработка древесины (лесопиление), и деревообработка, фанерное производство, плитное производство. При наших масштабах − а мы заготовили в прошлом году 7,1 млн. м3 древесины и переработали 12,5 млн. м3 − закрепление лесного фонда под перспективу развития является одним из основных факторов стабильности. Сама жизнь заставляет нас активно участвовать в разработке нового „Лесного кодекса“, в котором принципиально новыми является целый ряд положений. Это − схема распределения полномочий между федеральным и региональным уровнями власти. Мне представляется, что в последнем варианте проекта Лесного кодекса найден интересный механизм, определяющий, что приоритет остается у федерального уровня власти, но на основе соглашения между федеральным уровнем и уровнями субъектов федерации значительная часть полномочий передается на уровень субъекта федерации. Поскольку это создается на основе соглашения, то существует и механизм отзыва этих полномочий, если лесные угодья используются не целевым образом, не по назначению, не эффективно, не в соответствии с „Национальной лесной политикой“ (которой нет, но которая должна быть). Таким образом, федеральный центр передает субъекту федерации на основе определенного договора эти полномочия и следит за их выполнением. Не получается − забирает на время, которое будет отведено на устранение выявленных неполадок, недостатков, или насовсем, если неполадки не будут устранены. Это действительно интересный, современный и динамичный механизм.

Второй очень важный момент − это введение частной собственности на лес. Он, конечно, отражает тенденции развития страны, социальных, экономических, политических отношений. Вопрос сложный, поскольку есть менталитет, сложились определенные отношения, настораживающая практика несправедливого, необъективного распределения собственности. Надо создать документ, который минимизирует такую опасность. Мы прекрасно понимаем, что предлагаемое в новом проекте „Лесного кодекса“ введение частной собственности на лесной фонд может привести к тому, что появятся трехметровые заборы вокруг лесных участков, через которые не смогут пройти люди, или лес будет браться для одной цели, а использоваться будет по другому назначению. Особенно в зонах у городов, мест отдыха, у природных объектов. Очевидно, что из возможности приобретения в собственность должны быть исключены лесные участки, имеющие особое природоохранное значение, имеющие статус участков, на которых установлен особый режим лесопользования. Нужен очень серьезный и тщательно продуманный механизм передачи от государства частному собственнику участков лесного фонда. Такой механизм, который, соответствуя рыночным тенденциям, не приводил бы к злоупотреблениям и искажениям. Это невероятно сложный момент. С другой стороны, переход в собственность, если исходить из практики зарубежных стран, позволяет существенно повысить эффективность лесопользования, результативность работы по сохранности леса, потому что подавляющее большинство владельцев леса заинтересованы в его высокой продуктивности, самых лучших характеристиках участка леса, ведь им можно пользоваться десятилетиями, и продать, и заложить. Для крупных структур, лесопромышленных корпораций − это возможность существенного увеличения капитализации, повышения инвестиционной привлекательности своей деятельности. Это возможность гарантировать свое сырьевое обеспечение и развивать глубокую переработку, добиваться стабильной прибыльности.

К сожалению, в той редакции, которая рассматривалась 2 февраля, есть только один механизм, стимулирующий развитие ЛПК, − механизм аренды леса. Очень важный момент − право беспроблемной пролонгации существующих арендных договоров. По нашему мнению, это должно иметь место в случае, если арендатор полностью соблюдает условия арендного договора. А прекращение действия арендного договора по инициативе арендодателя должно быть только в судебном порядке, чтобы полностью исключить влияние личных взаимоотношений, конъюнктуры, недобросовестности, ликвидировать базу коррумпированности.

Полностью исчезло из проекта понятие концессии лесного фонда, а мы рассчитывали, что в новом проекте под концессией будет пониматься не просто долгосрочная аренда, а долгосрочная аренда с определенными инвестиционными условиями. Почему эта проблема стоит для нас так остро? По данным из разных источников, около 800 млн. м3 леса в год теоретически можно было бы заготавливать в России без ущерба для природы. Заготавливается сегодня, по наиболее близким к реальности оценкам, около 170 − 180 млн. м3. В экономически доступной зоне можно заготавливать около 250 млн. м3. Все остальное − в зоне экономической недоступности. Никто добровольно не будет вкладывать деньги в освоение этого лесного фонда. Значит должен быть механизм, стимулирующий это освоение, иначе лес перестаивается, поражается вредителями, болеет, гибнет.

Еще один вопрос, который не рассматривается в последнем проекте „Лесного кодекса“, − вопрос добровольной лесной сертификации. А ведь это − целая система мер, действий, организационных мероприятий, которые позволяют навести внутренний порядок на производстве и в лесопользовании, доказать внутреннему и внешнему потребителю, что мы производим продукцию из древесного сырья, которое заготовлено в соответствии с правилами. Это также гарантирует, что происхождение данного сырья проконтролировано и технологические методы его заготовки соответствуют экологическим и социальным нормам.

Таким образом, к сожалению, в проекте нового „Лесного кодекса“ нет механизма более активного привлечения финансовых и инвестиционных средств в освоение и развитие лесопромышленного комплекса. Более того, предлагается перевести на лесопользователя в полном объеме финансовое бремя лесовосстановления, лесозащиты, борьбы с лесными пожарами, вредителями и так далее. На первый взгляд, это выглядит достаточно логичным. „Раз вы используете лес в качестве сырья для своей продукции, для получения прибыли, то и ухаживайте за ним, как положено“. Однако любое правило необходимо рассматривать применительно к реальным условиям.

Две трети всех российских лесозаготовительных предприятий убыточны и технологически не могут подняться выше простой заготовки леса и поставки его лесопереработчикам или на экспорт. Если сейчас на них и на тех, кто успешен и входит в оставшуюся треть (а это, в большей степени, те, кто находится в составе вертикально интегрированных структур с глубокой переработкой древесины), возложить еще и финансирование всех необходимых лесохозяйственных работ, то в живых останется только эта треть, да и то „урезанная“.

В аренде сегодня, по статистическим данным, находится не более 15% всего лесного фонда нашей страны. 85% − не в аренде, а у государства. Если забота о защите, охране, воспроизводству леса будет лежать на лесопользователе, кто будет финансировать такие работы на этих 85% лесных площадей?

Есть разные прогнозы по срокам вступления в действие нового „Лесного кодекса“, но наиболее вероятное время − осень текущего года. Это очень важно, поскольку в зимний период, когда заготавливается до трех четвертей всего годового объема древесины, лесной комплекс уже вошел бы с новыми правилами игры и новыми отношениями».

4 февраля 2004 года в Шуваловском дворце Санкт­Петербурга прошло расширенное заседание организационного комитета шестого Международного лесопромышленного Форума «Лесопромышленный комплекс России ХХI века». Открыл заседание председатель Оргкомитета Международного лесопромышленного Форума, полномочный представитель Президента РФ в Северо­Западном федеральном округе Илья Иосифович Клебанов. Он заверил, что вопросы лесопромышленного комплекса решаются при поддержке Правительства РФ и Министерства природных ресурсов. На Лесном Форуме будут представлены наиболее актуальные проблемы ЛПК в России до 2015 года. В то же время вопрос с принятием «Лесного кодекса» чересчур затянут.

Заместитель Министра промышленности, науки и технологий РФ Сергей Герасимович Митин сказал, что общие результаты роста и темпы ЛПК − 101, 5% − устраивать никак не могут. Поэтому необходимы государственная политика в лесном хозяйстве, согласование уровня таможенно­тарифных пошлин, законодательное обеспечение в отсутствие основного лесного закона проведения аукционов, условий доступа в лес, привлечение инвестиций в ЛПК для глубокой переработки древесины.

Президент Союза лесопромышленников и лесоэкспортеров России Мирон Васильевич Тацюн констатировал, что вопросы по переводу лесов в частную собственность прописаны в новом «Лесном кодексе» в общем виде и существует опасность скупки их на корню иностранцами. Леспромхозы на 53% убыточны, если на них возложить лесохозяйственные мероприятия, то можно погубить лесозаготовительную промышленность. Должны быть предусмотрены ограничения по рубке в лесах 1­й категории, в 46% резервных лесов отсутствуют дороги, а более 70% лесов перестойные и годятся только для химической переработки, необходимо строительство лесовозных дорог.

Заместитель полномочного представителя Президента РФ в Северо­Западном федеральном округе Любовь Павловна Совершаева считает, что леса должны оставаться в государственной собственности. Из аренды леса могут передаваться в субаренду, лес может вноситься в залог, а договора аренды должны регистрироваться как недвижимость.

19 февраля 2004 года проект «Лесного кодекса» должен был обсуждаться в Правительстве РФ, но рассмотрение его отложено на середину­конец марта 2004 года.

Интересно было узнать мнение о проекте «Лесного кодекса» у представителей ветвей власти, науки и бизнеса в Санкт­Петербурге. Приводим краткие высказывания некоторых из них.

Председатель комитета по природным ресурсам и охране окружающей среды Правительства Ленинградской области Михаил Александрович Дедов:

«„Лесной кодекс“ − логическое продолжение общей государственной политики правительства Российской Федерации. Необходимо расширить принципы, основанные на аренде лесного фонда. Арендаторы должны арендовать лесной фонд с передачей территории в собственность на условиях выкупа. Реализовать конституционный принцип 72 статьи Конституции РФ. Федеральный государственный орган должен заключать соглашение о передаче субъекту Федерации права распоряжения лесными ресурсами».

Ректор Санкт­Петербургской Лесотехнической академии д. т. н., профессор Владимир Иванович Онегин:

«Союз лесопромышленников России в 2002 году собрал в Лесотехнической академии специалистов разных ведомств для участия в разработке „Лесного кодекса“. Представителей лесной науки волновало не прочтение каждой статьи кодекса, а отсутствие четкого представления о том, как будет осуществляться управление лесной отраслью, останется ли сложившаяся, традиционная система лесхозов, кто будет финансировать отрасль в масштабах государства.

Волновал вопрос арендных отношений, как их отрегулировать. Лесотехническая академия предложила ввести понятие залоговой стоимости арендуемого участка леса. Ведь если арендатор вырубит лес, то он должен провести все лесовосстановительные работы. Поэтому если арендатор выигрывает тендер по краткосрочной аренде, то он должен сдать в банк залоговую сумму на лесовосстановительные работы (сумму залога должен определять государственный орган). Если арендатор выполнил, как полагается, все лесовосстановительные работы, то залог возвращается ему полностью. Если же этого не произошло, денежные средства, которые находились в банке в виде залога, предоставляются той организации, которая сможет качественно провести все эти мероприятия.

Кроме деления лесов на природоохранные необходимо выделять леса как экспериментальные комплексы научным учреждениям для подготовки студентов и специалистов лесного хозяйства, как это было еще в 1948 году.

Необходимо сохранить категорию сельских лесов, которых по России насчитывается около 350 тысяч гектаров. Агропромышленный комплекс очень тесно взаимодействует с лесным, и ни в коем случае нельзя уводить от аграриев сельские леса.

Частные леса могут быть, но хозяйство в них должно вестись как в государственных лесах. Законодательно должна быть прописана возможность пребывания в частных лесах населения для сбора ягод и грибов.

Не надо бояться того, что иностранцы скупят лес. Пусть покупают, но строят дороги и определенная доля круглого леса должна иметь на месте глубокую переработку древесины, пусть строят предприятия в России.

Предприятия должны иметь комплексный подход и свою базу. Если по „Лесному кодексу“ будет принято решение об исчезновении лесхозов или запрет на их хозяйственную деятельность, то куда денутся люди, работающие в лесной отрасли, кто будет их содержать. Необходимо законодательно оговорить все эти вопросы».

Президент Ленинградской областной торгово­промышленной палаты д. э. н, профессор Рашид Фаатович Исмагилов:

«Принятие нового „Лесного кодекса“ катастрофически отстает. Россия − самая лесная держава и принятие основного закона по лесу не терпит отлагательства. В свое время была совершена большая ошибка с упразднением Министерства лесного хозяйства и передачи его функций Министерству природных ресурсов. Проблемы лесного комплекса кардинально отличаются от проблем газовой, нефтяной и угольной промышленности, а поэтому к нему должен быть совершенно другой подход.

Положение, когда леспромхозы рубят, ведут лесовосстановительные работы да еще и сами себя контролируют, не выдерживает никакой критики. Необходимы два автономных органа.

Частная собственность на лес должна быть, и чем быстрее и последовательнее это произойдет, тем больше уменьшится воровство и взяточничество. При этом рекреационные зоны должны оставаться охранными территориями, а контроль должен осуществляться государством.

Приход иностранцев не играет большой роли. Иностранцы более законопослушные и дисциплинированные предприниматели, нежели российские. Появится здоровая конкуренция. Главное, чтобы они выполняли обязательства, прописанные при покупке или аренде лесной территории, а сам процесс должен быть подконтрольным.

Ленинградская областная торгово­промышленная палата вместе с Правительством Ленинградской области готовы делить ответственность в регулировании лесных отношений. Участие в этом процессе должно гарантировать Федеральному центру прозрачность добросовестного бизнеса.

Железнодорожные тарифы являются слабым местом для лесной отрасли, поскольку монополии доминируют при внешнем паритете. Взаимопонимание власти и бизнеса будет достигнуто, если тарифы для депрессивных отраслей будут регулироваться не рынком, а государством».

Мы привели некоторые высказывания людей, не понаслышке знающих трудности лесной отрасли. Думается, что надо стремиться найти какой­то компромисс в создавшейся ситуации и в каждой позиции отыскать рациональное зерно. Ведь мы живем в России и кому, как не нам, гражданам России, больше всех пристало заботиться о своем национальном богатстве.

Людмила ГРИШКОВА

Другие статьи рубрики Регион номера: Красноярский край

Эльдорадо в центре Сибири
Сверху видно все
В Красноярском крае начинают восстанавливать ранее действовавшие предприятия ЛПК
ЛПК Красноярского края
Список предприятий ЛПК Красноярского края

Вдоль Сибирского тракта
Запас лесосырьевых ресурсов в Красноярском крае увеличивается
ЛПК не в приоритете
Инвестиционные проекты в ЛПК Красноярского края
Основные предприятия ЛПК Красноярского края
Дом из ангарской сосны
Список предприятий ЛПК Красноярского края

Красноярский край в цифрах
Срочно требуются регионы-доноры
Инвестиционный климат: стрелка на «ясно»
Список предприятий ЛПК Красноярского края

Красноярский край (состояние и перспективы развития ЛПК края)
Красноярск - город будущего! (итоги Красноярской выставки «Деревообработка»)
Государева служба
ЛПК - Привлекательный во всех отношениях
Проект «Лесные ресурсы и технологии» (Форест) в Красноярске
Кто в лесу хозяин?

Обзоры ЛПК регионов России