Русский Английский Немецкий Итальянский Финский Испанский Французский Польский Японский Китайский (упрощенный)

Партнеры журнала:

В центре внимания

Как уберечь свои деньги в смутное время

После разочарований в играх на финансовых рынках инвесторы с большим интересом стали присматриваться к реальному сектору экономики. Средства производства, в отличие от ценных бумаг, никогда в цене не падали и не упадут. Одна из самых перспективных и недооцененных в инвестиционном плане отраслей экономики − деревообработка. Бизнесмены хотят вкладывать деньги в создание новых мощностей, однако, мало разбираясь в лесном бизнесе, совершают серьезные ошибки, которые делают проект нерентабельным. Как избежать просчетов?

В последнее время в деревообрабатывающей отрасли сложился портрет типичного инвестора: это, как правило, крупный предприниматель, заработавший большие деньги в других высокорентабельных сферах и решивший вложиться в иные сектора экономики. Про лес он ничего никогда не слышал, но однажды к нему приходит приятель и говорит: «Там лес есть! Достается за так, по административному ресурсу! Его можно попилить, сделать из него оконный брус и продавать».

Обрадованный открывающимися перспективами инвестор выделяет деньги, отдает на откуп реализацию лесного проекта этому приятелю-партнеру и надеется на скорую выручку. При этом совершенно не вдается в подробности: какой по породному составу лес собирается рубить его компания; какова себестоимость заготовки древесины ввиду отсутствия лесных дорог и квалифицированной рабочей силы; каков в конце концов деловой коэффициент выхода заготовленной древесины в конечном продукте?

Доходит порой до смешного. К примеру, заместитель директора по инвестиционным проектам компании Global Edge Илья Катулин вспоминает свой разговор с бизнесменом «из металлургии». Инвестор, проведя аналогию между металлургией и деревообработкой, просто не предполагал, что коэффициенты выхода готовой продукции в этих отраслях могут сильно различаться, пока ему не объяснили, что лес-то не льют, как металл, а обрабатывают механическим способом.

Часто предприниматель, услышав «верхнюю» цену на определенный продукт переработки, скажем на клееный оконный брус − 1−1,2 тыс. евро за м, делает все свои расчеты исходя из этой цифры. При этом не учитывая, что за такую цену покупатель готов приобретать продукцию категории «премиум», которая изготавливается из высококачественной ангарской сосны, не имеющей никаких дефектов. А пиловочник, который инвестор собирается заготавливать у себя в Тверской области, таким качеством не обладает. Кроме того, если изначально бизнесмен планирует зарабатывать на сосне, которой в арендуемом лесном массиве оказалось только 30%, а все остальное − некондиционные осина и береза, то он должен быть готов к тому, что и выход деловой древесины будет всего 30%. Да и лес дешевле вывозить из Швеции, чем из родной Твери. В результате получается, что только по себестоимости сырья его бизнес уходит в большой минус.

Такое понятие, как норма прибыли, тоже бывает трудно постичь потенциальным инвесторам в российский ЛПК. Как правило, предприниматель хочет иметь все − от сырьевой базы до производства продуции высокого передела. При этом абсолютно не берется в расчет, что лесозаготовка требует гораздо больше вложений, чем производство тех же деревянных домов. Отдача же от бизнеса выходит обратная: она выше там, где есть глубокая переработка древесины, и ниже где простая рубка леса. Сегодня собственную сырьевую базу может себе позволить иметь только крупный профильный лесной бизнес. Средний бизнес (а деревообработка второго-третьего передела относится к среднему бизнесу) не потянет затраты на её обслуживание, так как согласно новому Лесному кодексу лесопользователь обязан проводить все лесохозяйственные мероприятия на арендуемом участке. Кроме того, он не в состоянии должным образом отследить цепочку движения ресурса из леса до конечного потребителя, поскольку здесь встает ещё один острый вопрос отрасли − дефицит управленческих кадров.

Эти и другие классические ошибки инвесторов приводят к тому, что их бизнес изначально становится невыгодным. Когда дело доходит до приобретения оборудования, мало кто из станкоторгующих компаний поинтересуется, насколько жизнеустойчив тот или иной проект. Инвестору нужно производство? Прекрасно! Ему подбирают станки, устанавливают на его территории технологические линии − и вперед, к высоким прибылям.

Сегодня совершенно неразвита культура заказа у профильных инжиниринговых структур предпроектных изысканий на предмет эффективности планируемого бизнеса и путей её достижения. В развитых странах ни один серьезный проект не начинается без проведения такого рода изысканий, а их стоимость достигает 10% всего проекта. «В России этот показатель − 2−3%, но платить даже такие суммы сегодня готовы единицы», − считает Илья Катулин. В этом исследовании подбор необходимого оборудования не главная задача. Гораздо важнее установить наличие и состояние сырьевой базы, конкурентной среды, энергетической, транспортной инфраструктуры, логистики, внутреннего спроса, перспективных рынков сбыта. С набором этих данных можно уже приступать к созданию технологических линий производства. Это в идеале. На практике же бизнесмен, доверяя чему и кому угодно − партнеру, интуиции, расчетам на бумажке, разговорам с соседями по даче, но только не здравому смыслу, начинает строить производство, которое никогда рентабельным не будет.

«Проблема инвестора в том, что он порой даже не хочет слушать „за бесплатно“ то дельное, что ему предлагают, − сетует Илья Катулин. − Он не хочет переложить риски своих инвестиций на других. Он думает, что ему хотят что-то „впарить“, не понимая, что наша задача − не столько продать станки, сколько создать грамотный и хорошо построенный, рентабельный бизнес».

В качестве иллюстрации замдиректора по инвестиционным проектам компании Global Edge приводит пример фирмы, которая построила в Вышнем Волочке (Тверская область) завод по производству клееного бруса. Изначально бизнесмены планировали создать цех лесопиления. Их удалось буквально уговорить перенести строительство этого цеха на второй этап развития бизнеса. Сейчас они довольны тем, что не занялись лесопилением, поскольку качество доски, поставляемой из Иркутска, в два раза выше, чем тверской, а стоимость привозного сырья такая же, как местного. Коэффициент выхода гораздо выше, ниже стоимость изделия, и в итоге их бизнес успешен.

Другой случай: фирма, которая уже занималась изготовлением деревянных домов, решила делать для них окна. Предприниматель планировал приобрести узкоспециализированную оконную линию, а купил… универсальное столярное производство, которое позволяет выпускать не только окна, но и лестницы, отделку интерьеров, подвесные потолки к его домам и т. д.

В докризисное время на рынке было немало примеров, когда холдинги имели малоэффективные лесные подразделения, которые существовали в их структуре по принципу «пусть будет на всякий случай». Такие предприятия отдавались на откуп младшим партнерам, которые, ведя бизнес по-своему, не спешили делиться подробностями с его собственниками.

Сегодня, когда стоимость денег серьезно возросла, иметь, а тем более создавать такие предприятия − непростительная роскошь. Одной из основных ошибок будущих владельцев лесного бизнеса Илья Катулин называет именно необоснованное доверие нового проекта партнерам, которых, как правило, подбирают не столько по профессиональным качествам, сколько по степени псевдолояльности шефу.

Нередки истории, когда такие горе-партнеры за откат приобретают оборудование у малоизвестных на рынке фирм, ставят производство, а потом тихо исчезают из дела «по собственному желанию», оставляя бизнесмена с неэффективным предприятием Инвестор не всегда готов вникать в производство, хотя, как показывает практика, проект получается жизнеспособным, только когда хозяин во все вникает. Собственник должен видеть реперные точки своего производства и понимать, на что надо обратить внимание, чтобы бизнес заработал.

Иван ЯКУБОВ