Партнеры журнала:

Лесозаготовка

Интенсификация лесозаготовок требует денег и кадров

При внедрении интенсивной модели лесопользования всего за пять лет текущие объемы заготовок в стране можно увеличить на 30% и при этом качественно повысить уровень восстановления древостоя. Подобные смелые прогнозы были обнародованы на прошедшей в конце 2017 года в Москве встрече представителей властей и бизнеса, получившей название «Повышение эффективности лесного хозяйства за счет внедрения модели интенсификации использования и воспроизводства лесов».

Чиновники в очередной раз пообещали лесному бизнесу ускорить процесс перехода на новые методы хозяйствования. Предприниматели, в свою очередь, признали, что для успешной реализации этой модели необходимы существенные вливания в отрасль, а также тотальная переподготовка профильных специалистов.

Индустриальное лесоводство

Обсуждение проблемы внедрения интенсивного лесного хозяйства в России идет давно. Ее суть состоит главным образом в создании определенной системы проведения рубок ухода за весь период жизни древостоя. За лесом ухаживают, как за огородом, обеспечивая выход определенных лесоматериалов и получая максимальную экономическую отдачу. Антиподом подобного бережливого подхода эксперты называют экстенсивную модель, уже много десятилетий используемую в нашей стране и основанную на пионерном освоении, при котором у природы регулярно захватываются новые территории.

При этом лесоперерабатывающие компании вынуждены прокладывать лесовозные дороги все глубже в малонарушенные леса, что определяет увеличение плеча доставки сырья до предприятия и существенно влияет на себестоимость лесоматериалов. Да и оставленные после сплошных рубок земли лесного фонда уже не восстановить до естественного состояния. О низком качестве современного воспроизводства лесных ресурсов не говорит сегодня только ленивый.

Столкнувшись с дефицитом сырья, увеличивающимся расстоянием его доставки на комбинаты, ведущие лесные компании стали требовать от властей решения проблем лесообеспечения. В результате модель перехода к интенсивному лесопользованию была закреплена в Основах госполитики в области использования, охраны, защиты и воспроизводства лесов в РФ до 2030 года. Но этого мало. Есть насущная необходимость полностью переписать многие правила, регулирующие деятельность в лесу.

«Переход на интенсивную модель ведения лесного хозяйства требует пересмотра многих составляющих работы организаций отрасли, - задал тон панельной дискуссии ее модератор, президент Поволжского государственного технологического университета Евгений Романов. - Это не только замена одних нормативов другими и даже не замена чокерных трелевщиков форвардерами. Прежде всего это отличная от сегодняшней философия лесного хозяйства, нацеленность на максимально высокую целевую продуктивность лесов и производительность труда. Готовы ли мы к этому? Не слишком ли упрощенно смотрим на интенсификацию? Упростим правила рубок, снизим их возраст, уменьшим нагрузку на арендатора при лесовосстановлении - и дело пойдет? Если будет так, то мы опять наступим на грабли: у нас не вырастет ВВП на гектар и продолжится снижение качества наших лесов. Индустриальное лесоводство требует эффективного поддержания структуры леса. А это затраты!»

Прописка есть?

«Интенсивное лесное хозяйство - это результат насущной необходимости», - вторит модератору начальник отдела лесопользования и лесоустройства Санкт-Петербургского НИИ лесного хозяйства (СПбНИИЛХ) Борис Романюк, в прошлом научный руководитель проекта «Псковский модельный лес», который экспериментально доказал эффективность внедрения интенсивной модели лесопользования в России.

По его словам, сегодня отсутствуют экономические и управленческие связи между лесовыращиванием, заготовкой и потреблением древесины. Основной постулат современного лесного хозяйства: необходимо выращивать то, что можно продать. «Мы должны четко понимать, кто будет потреблять сырье, какое именно и в каких объемах, - сказал г-н Романюк. - В зависимости от этого формируются затраты на всю цепочку заготовки, переработки и реализации лесоматериалов. У процесса интенсификации должна быть конкретная территория и конкретный адрес, прописка. Пока нет территории, нет экономического расчета: мы не можем подсчитать, что целесообразно делать, а что нет».

Первое звено в этой цепи - лесное хозяйство, для которого нужно детально просчитать необходимость проведения тех или иных мероприятий, а также затраты на воспроизводство и рубки ухода. По подсчетам эксперта, только для перехода Котласского ЦБК (входит в группу «Илим») на интенсивное лесопользование необходимо 600 млн руб. первоначальных инвестиций, причем 100 млн руб. из них - исключительно на ведение хозяйства в лесу. Большая статья затрат связана со строительством и поддержанием в должном состоянии дорожной сети, а также с использованием определенных видов транспорта.

Особое внимание Борис Романюк уделил вопросам воспроизводства лесов. «В первую очередь мы должны направлять инвестиции на осветление и прочистки, - считает эксперт. - Без выхода на равномерное осветление леса в объеме площади ежегодной лесосеки у нас нет никакой перспективы для реального возобновления лесного фонда. При искусственном возобновлении мы впустую тратим огромные деньги - это результат системы рубок ухода за лесом, которая не приводит к формированию нужного породного состава и сортиментов, повышению экономической отдачи от лесов. Осветление и прочистки - это наш локомотив на пути к качественному лесному фонду».

По прогнозам г-на Романюка, в течение пяти лет внедрения интенсивной модели, когда будут надлежащим образом вовлечены в оборот рубки ухода, объемы заготовки древесины увеличатся на 30% по сравнению с текущими, объем ухода за молодняками вырастет в три раза, а искусственного лесовосстановления - в два.

Концепция хороша, практика хромает

Выступление сотрудника СПбНИИЛХ поддержали многие представители лесного бизнеса, принявшие участие в дискуссии. Так, директор по лесообеспечению ЗАО «Интернешнл Пейпер» Федор Грабар признал, что существующие нормативы не позволяют рассматривать участки аренды в качестве активов, что толкает предпринимателей на извлечение краткосрочной прибыли. В итоге качество лесного фонда снижается, в частности доля хвойных насаждений в общем объеме сокращается на 0,3-1,0% в год. Для потребителей древесины это означает удорожание сырья. Переход к интенсивной модели лесного хозяйства стабилизирует ситуацию, создаст предпосылки для устойчивого развития. Это инициатива, требующая как изменения законодательства на федеральном и региональном уровнях, так и внедрения новых практик лесоуправления.

Тем не менее ряд представителей бизнеса считают, что вести хозяйство по-новому можно уже сейчас, при внесении изменений в лесохозяйственный регламент и проект освоения лесов - основополагающие документы, по которым арендатор может заготавливать древесину. При обоюдном желании бизнеса и местных властей можно внести изменения и в региональные программы, благо у властей полномочий на это более чем достаточно.

Однако, по мнению экологов, на местах не спешат менять правила игры. В качестве примера руководитель лесного отдела «Гринпис» России Алексей Ярошенко привел практику властей Архангельской области. СПбНИИЛХ разработал Концепцию интенсивного использования и воспроизводства лесов, которая (как в ней декларируется) должна была стать «основой для принятия управленческих решений и разработки необходимых нормативно-правовых документов при переходе на интенсивное использование и воспроизводство лесов в пилотных лесных районах Российской Федерации». Принятие этой концепции инициировало разработку новых нормативных актов в сфере лесного хозяйства: Правил заготовки древесины, Правил лесовосстановления и Правил ухода за лесами. В частности, новые Правила лесовосстановления предусматривают наличие в регионе одного особого района - Двинско-Вычегодского, в состав которого входит основная часть лесов Архангельской области, наиболее пригодных для ведения интенсивного лесного хозяйства. Область - один из нескольких ключевых регионов для реализации концепции, в ее лесах ведут лесозаготовительную деятельность несколько крупнейших лесных компаний России, активно лоббирующих внедрение в нашей стране новых подходов к ведению лесного хозяйства.

Еще на этапе разработки концепции экологи предупреждали, что смешение идей интенсивного воспроизводства лесов (то есть лесовыращивания) и интенсивного использования лесов (добычи сырья) приведет лишь к увеличению объемов рубок в лесах, не достигших возраста спелости, и к забвению мероприятий по уходу за молодняками.

Теперь все эти опасения, к сожалению, стали реальностью. Пока только в Архангельской области, но у природозащитников нет оснований предполагать, что в других регионах, вовлеченных в реализацию концепции, будет по-другому. Так, в Поморье 31 января 2018 года был утвержден План реализации госпрограммы «Развитие лесного комплекса Архангельской области (2014-2020 годы)» на 2018 год, содержание которого, по мнению экологов, подтверждает, что никакой интенсификации воспроизводства лесов здесь не будет.

План, в частности, включает следующие показатели по основным мероприятиям, относящимся к воспроизводству лесов: общая площадь лесовосстановления 61 тыс. га; проведение агротехнического ухода за лесными культурами на 11,4742 тыс. га; рубки ухода за лесами (рубки осветления и прочистки) на 11,4 тыс. га; рубки ухода за лесами (рубки прореживания, проходные) на 7,79 тыс. гектаров.

Алексей Ярошенко, по сути, повторил тезис Бориса Романюка о локомотиве интенсификации лесов. «Главное, от чего зависит итог воспроизводства лесов, то есть получение хозяйственно ценных лесных насаждений, способных развиваться дальше и не терять ценных качеств до возраста спелости, - это уход за молодыми лесами: агротехнический, рубки осветления и прочистки», - уверен эколог.

По подсчетам Алексея Ярошенко, в Поморье, где площадь лесовосстановления 61 тыс. га в год, для того чтобы воспроизводство оказалось эффективным, необходимо проводить агротехнический уход примерно на такой же площади (около 60 тыс. га), то есть в пять с лишним раз большей, чем предусмотрено планом на 2018 год. Рубками ухода в молодняках, в свою очередь, необходимо проходить ежегодно леса на площади около 120 тыс. га (в 10 с лишним раз большей, чем предусмотрено планом). Рубки ухода в молодняках в условиях таежной зоны обычно важнее, чем агротехнический уход, поэтому эколог утверждает, что при существующем соотношении показателей лесовосстановление в Архангельской области окажется, по сути, на 90% неэффективным.

Кадры поменяют парадигму

Кроме того, представитель «Гринпис» подверг критике и вступившие в силу в начале 2018 года Правила ухода за лесами, утвержденные Минприроды России в развитие вышеуказанной концепции. По его мнению, в этом важном документе для властей и бизнеса нет ясно выраженных стимулов и обязательств перехода к практике интенсивного лесопользования. «Концепция, по сути, провалилась. Хотели как лучше, а получилось как всегда», - напомнил он известное изречение Виктора Черномырдина.

Оппонируя экологу, директор НП СРО «Лесной союз» Виктор Грачёв отметил, что в Вологодской и Архангельской областях серьезно относятся к переходу на новую модель, но одна из проблем - недостаток нормативных документов. «Надо ускоренными темпами форсировать ее решение, - призвал г-н Грачёв. - Например, в Вологодской области разработан и последовательно выполняется план реализации пилотного проекта по внедрению новой модели лесопользования».

Виктор Грачёв поднял важный вопрос внедрения интенсивных методов ведения лесного хозяйства не только на сырьевых базах крупных предприятий, но и на всей площади эксплуатационных лесов в России. Тот же Котласский ЦБК, к примеру, при собственной заготовке 2,2 млн м3 в год потребляет около 5 млн м3. То есть недостающий объем комбинат берет у сторонних поставщиков. А кто они? Глава «Лесного союза» привел такие цифры: в год только по краткосрочным договорам купли-продажи предприниматели рубят около 26 млн м3. К ним можно присовокупить еще почти 15 млн м3 древесины, заготовленной гражданами для собственных нужд, но все же большей частью попадающей на рынок.

Виктор Грачёв обрисовал и структуру арендаторов: из всего спектра можно выделить только около 30 компаний с объемом заготовки более 500 тыс. м3 в год. Около 260 предприятий добывают от 200 до 500 тыс. м3, а у остальных объем заготовки колеблется от 5 до 200 тыс. м3.

Решение проблемы тотального перехода страны на рельсы интенсивного ведения лесного хозяйства г-н Грачёв видит в массовой переподготовке профильных специалистов. Он считает необходимым включить в программу всех отраслевых вузов страны дисциплину по организации и ведению методов интенсивного лесного хозяйства. К слову, в Мытищинском филиале МГТУ им. Баумана (бывшем МГУЛ) курсы подобной тематики уже читают будущим лесоводам. Кроме того, г-н Грачёв предлагает организовать для действующих предпринимателей специальный курс по интенсификации, во Всероссийском институте повышения квалификации работников лесного хозяйства, а также в регионах организовать аттестацию малого бизнеса на предмет готовности к выполнению правил и моделей интенсивного лесопользования; в перспективе даже внедрить профессиональные стандарты в этой сфере.

По убеждению Виктора Грачёва, с изменением парадигмы профессионального образования произойдут кардинальные перемены и в сфере лесного хозяйства.

 Иван ЯКУБОВ